Дракон 2. Назад в будущее - Игорь Алимов

— Я себя чувствую прекрасно, — заверил ее Котя. — Просто замечательно, лучше не бывает. А вот голова — это да, голова у меня кругом идет, крышу сносит от напряжения. В том фильме про несчастную животину,[1]которую исполосовали ножиком, один профессор, гений скальпеля, пересадил собаке гипофиз от только что умершего горького пьяницы. Подобрал бродячую собаку на улице, обогрел, откормил, а по том — раз и операция. И Франкенштейн этот у него зажил человечьей жизнью: получил комнату и документы. Стал работать по части поимки и утилизации бродячих кошек. Отвратительный тип получился, надо сказать, хотя и с принципами. Так же, дорогая моя, и со мной сейчас. Никто меня не спросил, хочу ли я, могу ли, согласен ли, — просто взяли прямо из самолета, где я тихо-мирно летел себе в Пекин, и за швырнули… куда ты говоришь?., аж в двести какой-то год, да еще и до нашей эры! А я, может, своего согласия не давал, а равно и мои родные… И вот теперь ты наконец сообщаешь, что тебе нужна моя помощь, потому что без меня — миссия по спасению мира провалится. Как бы ты отреагировала на моем месте?

— Не знаю, — потупилась Ника.

— Не знаешь… Вот и я не знаю. То ли выломать пару прутьев из этого куста, положить тебя на колено, задрать юбку, да и выдрать как следует, то ли пойти вон к тем славным селянам и поискать у них сердечного отношения и уютного пристанища.

— Дядя Костя, — Ника смотрела испуганно. — Вы, конечно, вправе меня высечь, но только потом, а сейчас — давайте уйдем отсюда поскорее!

Чижиков глянул из-за куста: количество собравшихся на противоположном берегу озера значительно выросло. Подошло много новых персонажей, в основном из числа тех, кого Котя определил как местных сельхозработников. Повинуясь командам человека с мечом и в шапке, они таскали свежевырубленные в лесочке колышки и прочие палки, очевидно собираясь что-то соорудить — уж не жертвенный ли костер?

Солдат тоже стало больше — они выстроились цепью и начали обходить озеро с двух сторон. Действительно, если не дать деру в самое ближайшее время, солдаты неизбежно обнаружат их укрытие, и далее возможны варианты, рассматривать которые Чижикову совершенно не хотелось.

— Ладно, пошли, — согласился он. — Ты, надеюсь, знаешь, куда?

— Пока вон в ту рощу, — показала назад Ника. — А там посмотрим.

— Просто замечательно! — усмехнулся Чижиков. — Интересно, у тебя вся наша великая миссия так и распланирована — по принципу «а там посмотрим»?

— Не совсем, — в голосе Ники прозвучали неуверенные нотки.

— Да уж ясно, — пробормотал Котя и протянул руку к кошачьей переноске, но Ника остановила его.

— Нет, дядя Костя, клетку придется бросить.

— Это еще почему? Хорошая клетка. Мне нравится. И Шпунтику… нравится тоже.

Кот демонстративно отвернулся и как истинный естествоиспытатель уставился на то, что осталось от кузнечика.

— Дядя Костя! Ну не было в этом времени таких клеток, понимаете?

— Понимаю, понимаю. Значит, мы ее спрячем, а по пути назад заберем.

— Не пойдет, — помотала головой Ника. — Мы больше сюда не вернемся. Ну… если все будет хорошо.

— Если? — возмутился Котя. — Если?!

— Всякое может случиться, — уклончиво ответила Ника.

— Ясно. Значит, успех твоей миссии вовсе не гарантирован, — констатировал Чижиков. — Что-то подобное я и предполагал. Господи, дай мне сил!

Ника тем временем схватила рюкзачок, порылась в нем и достала небольшой флакончик. Побрызгала из флакончика на клетку непонятной бесцветной жидкостью, и на глазах изумленного Чижикова и ликующего Шпунтика клетка с легким треском превратилась в небольшую горку серого порошка, весьма похожего на пепел.

— Ты что это?! — схватил Котя девушку за руку. — Хорошая же вещь!

— Так надо, дядя Костя, — ответила Ника, разравнивая ногой пепел. — Сами подумайте, что будет, если какой-нибудь археолог потом отроет эту клетку и выяснит, что она сделана в Китае в две тысячи девятом году, но на самом деле ей больше двух тысяч лет?

— Да ну… — отмахнулся Котя, хотя и понимал, что Ника права.

Подхватил ее рюкзачок.

— Ладно, пошли уже. Но учти, — Чижиков резко остановился, и Ника налетела на его спину. — Учти: я с тобой еще не закончил!

— Хорошо, дядя Костя. Как скажете…

И они, пригибаясь, рысцой устремились в сторону рощицы — подальше от озера, торопясь преодолеть полоску открытого пространства. Расстояние было плевое, Чижиков и Ника преодолели его за пару минут. Озабоченный таким внезапным отступлением, Шпунтик некоторое время смотрел им вслед, потом подошел к остаткам клетки, вдумчиво понюхал, мощно чихнул, потряс поочередно лапами и потрусил вслед хозяину.

Никто их не заметил.

В рощице оказалось недурно: не очень, высокие деревца, между которыми оставалось полно места, чтобы компания из двух человек и кота могла беспрепятственно продвигаться вперед, полное отсутствие оврагов, ям, возвышенностей и прочей пересеченной местности — иди да радуйся!

Рощица вплотную примыкала к склону невысокого холма, первого в целой череде подобных. Шелестела листва, перекликались птицы, а воздух, свежий и чистый, просто сам рвался в легкие. У Коти даже голова слегка закружилась.

— Ну ладно, — начал Чижиков, когда они отошли достаточно далеко, чтобы их могли заметить приближающиеся солдаты, — теперь скажи, есть ли у нас план?

— Значит, вы согласны?

Ника встала как вкопанная.

— С чем это? — сделав на всякий случай шаг в сторону, спросил Котя.

— Согласны помочь?

— Ну, ты даешь, девочка из будущего! — воскликнул Чижиков. — Как будто ты оставила мне хоть слабое подобие выбора! Что будет, если я тебе отвечу: нет, дорогая моя, я решительно не согласен? Что тогда?

— Не знаю… — неуклюже наморщила лоб Ника. — Наверное, тогда я буду должна объяснить вам, как попасть обратно. Но ведь миссия — это самое важное, дядя Костя! — схватила она Чижикова за руку, тряхнула. — От нее зависит судьба Земли! Если провалить миссию, не будет ни вас, ни меня! Весь мир станет совсем другим!

— Иными словами, ты и твои приятели из будущего не видели возможности отказа, — кивнул Котя. — Чтобы я демонически расхохотался и сказал с адской улыбкой: плевал я на все! Наоборот, весь в соплях сочувствия я должен воскликнуть: ах, чем бы мне послужить будущему? Ешьте мою печень и клюйте мои глаза, если мать-Земля просит! С пониманием относимся…

Котя выдохнул от души и сказал решительно:

— А потому говори уже, какой у нас план. Если он есть, конечно.

— Хорошо, дядя Костя!

И Ника затараторила: