Земля мертвых - Александр Прозоров

— Степа, дай наручники, — попросил Леша. — У меня там еще двое лежат.

Патрульный с лычками сержанта молча протянул подчиненному блестящие «браслеты», а сам повернулся к Росину:

— Ну и как вы все это объясните, гражданин мастер?

— Это не наши ратники, не наш клуб, — покачал головой Костя. — Я не знаю, что им в голову втемяшилось.

— Как это не ваш, если они и при доспехах, и с мечами?

— Это палаши.

— Эй подождите, — растеряно толкнул мастера Никита Хомяк. — А где моя деревня?

В самом деле, в горячке схватки никто не обратил внимание на то, что на холме, в окружении сараев, стояло всего лишь две грубо рубленные и крытые дранкой избы.

Росин растеряно зажевал губу.

— Может, мы заблудились? — с надеждой поинтересовался Хомяк.

— Где? — развел руками Костя, но на всякий случай оглянулся на лагерь. Нет, лагерь был здесь на месте. А вот деревня на холме — нет.

Никита, глядя ему за спину, округлил глаза.

— Постойте-постойте… — порыв ветра опять разорвал туманную пелену над водой. — Смотрите!

— Что там?

— Бакенов нет на реке! И щитов навигационных тоже. А еще на острове и на том берегу дачи стояли. А сейчас сплошной лес колышется.

— Ничего, в прокуратуре разберутся, — пообещал сержант. — Пойдемте со мной, понятыми вас пока запишу. А ты, Стас, — обратился он к другому своему напарнику, — иди в центральную сообщи, пусть бригаду присылают.

— Ага, понял, — патрульный с погонами рядового ушел в сторону просыпающегося лагеря, а оставшиеся люди двинулись в сторону домов.

— Ничего не понимаю, — крутил головой Хомяк. — Вот здесь, вместо этих столбов с сетями, стояла хибара буржуя. Рядом Лупаска дом, сруб кирпичом обложенный. Дальше мельничий двор, магазин. Вы же сами магазин видели! Это что шутка, да? Костя, перестань!

— Никита, ты за кого меня принимаешь? За Коперфилда? Куда я, по-твоему, кирпичные дома деть могу?

— Пошли, пошли, не отставайте! — поторопил их сержант, поднимаясь на приступку перед дверью дома.

— Смотрите! — Росин указал на деревянные петли, на которых держалась дощатая дверь. В бревнах был вырезан небольшой паз, туда вставлен деревянный штырь. На штыри и одевались торчащие из двери деревянные «лапки» со сквозными дырами. — Ч-черт, первый раз такое вижу.

— Давай, зубы мне не заговаривай, — Степан вошел в дверь и издал возмущенный стон. Росин и Хомяк сунулись следом.

Темная изба с затянутыми чем-то, напоминающим пергамент, окнами состояла из одного помещения, в центре которого стояла сложенная из крупных камней большая прямоугольная печь, заваленная сверху грудой тряпья. А на полу лежали мертвые тела: двое мужчин в полотняных рубашках, залитых кровью; женщина, отрубленная голова которой продолжала покачиваться рядом с плечами и, что самое страшное — дети. Четверо детей в возрасте примерно от трех до десяти лет.

— Кто это сделал?! — повернулся сержант к Росину, хватаясь за кобуру. — Кто это сделал, мастер хренов?!

— Что ты на меня орешь?! — повысил голос Костя. — Я тебе что, ваххабит недорезанный, детей убивать?!

— Твои это! С придурью! Мечами поиграть захотелось!

— С ума сошел?! Не могут русские таким заниматься! Да я им сам глотки перегрызу, тварям! На улице они лежат, забыл?

Люди все вместе выскочили на пыльную утоптанную землю. Сержант остановился рядом с закованным в наручники бандитом, несколько раз пнул его ботинком в бок:

— Ты кто такой? Откуда? — но пленник тихо рычал, что дикий зверь.

— А вот здесь, — Хомяк указал на догорающий сарай, — стоял мой дом. С подземным гаражом, два этажа. Три машины кирпича заказывал, не считая фундамента.

Ситуация казалась настолько бредовой, что Никита даже не проявлял беспокойства. Ну куда могла исчезнуть целая деревня в несколько дворов? И если ее снесло некое стихийное бедствие, украли инопланетяне, разбомбила авиация НАТО — то кто аккуратно разровнял землю, засадил травой и поставил вместо каменных деревянные дома?

— Мастер, вы здесь? — поднялся со стороны реки Игорь Картышов. — Идите ко мне, посмотрите.

— Стоп, без меня никуда не ходить! — предупредил сержант, направился ко второму дому, заглянул внутрь и испуганно шарахнулся назад. — Гдатская сила, и здесь тоже… А что у реки?

— Пошли, посмотрим, — позвал Игорь, спускаясь обратно к воде.

У самого берега, привязанная с толстой березе, покачивалась большая лодка — метров десять в длину, трех в ширину, с высокой мачтой. Никаких надстроек-кают на ней не имелось, но перед мачтой стоял небольшой парусиновый навес. Росин сразу обратил внимание на толстые пеньковые канаты, полотняный парус, на прицепленные к бортам круглые щиты, на лежащие на дне две граненые пищали. Похоже, это судно собирали по всем правилам в каком-то реконструкторском клубе.

— Неужели новгородские ушкуйники? — покачал он головой. — Они что, белены объелись?

— Кто-кто? — навострил уши сержант.

— Утром несколько лодок должно было из Новгорода подойти, — пояснил Росин. — Шведскую высадку изображать. Вот что мы сделаем: Игорь, иди к стоянке «Глаза Одина», попроси их взглянуть на этот кораблик. Может, признают, видели на каком-нибудь сборище. И скажи, пусть все в лагере доспехи оденут. Если еще какие психи объявятся…

— Здесь я отдаю приказы! — повысил голос сержант.

Игорь кивнул и побежал в сторону поляны.

— Ну… — запнулся милиционер, потом зло сплюнул и пошел следом.

Лагерь просыпался. Кое-кто еще только потягивался, брел к реке, умываться, предвкушая веселый интересный день, но многие уже знали о случившихся поутру убийствах и озабоченно обсуждали случившееся. Совет надеть доспехи был воспринят как сигнал явной и вполне реальной опасности — впрочем, совершенно правильно.

— Степа, центральная не отвечает, — кинулся навстречу командиру патрульный. — Кажется, рация накрылась: вообще ничего не слышно, только треск.

— Гдатская сила, этого только не хватает! — выругался сержант. — Ну-ка, дай я попробую…

Пока начальник патруля орал в микрофон рации, Росин достал свой сотовый, попытался набрать номер, но телефон упрямо не подключался к линии. Тогда Костя отошел к палатке, потряс за плечо спящего там на раскладушке Немеровского:

— Миша, у тебя «труба» с собой?

— А-а, мастер? — продрал глаза тот. — С собой. А что?

— Вызови «скорую». Скажи, есть раненые. С огнестрельными ранениями.

— Огнестрельные?! — сел на постели Миша. — Откуда?

— Ты «скорую» вызови, — попросил Росин. — Потом расскажу.

На улице вокруг палатки мастеров и рядом с милицейской машиной начала потихоньку собираться толпа. В основном из тех, кто приехал на фестиваль из любопытства или заодно с друзьями.