Апостолы Феникса - Линн Шоулз

2012, Майами

Сенека гнала машину на север по шоссе Дикси, а таинственный автомобиль следовал за ней. В свете придорожных фонарей она различала его очертания и трехлучевую звезду в круге на радиаторной решетке — «мерседес»-внедорожник старой модели, с оранжевыми противотуманными фарами.

— Проверим еще раз! — Она посмотрела в зеркало. Движение было не настолько интенсивным, чтобы помешать задуманному маневру. Не теряя из виду противотуманные фары в зеркале, она сняла ногу с педали газа. Машина стала замедлять ход, двигаясь только по инерции. Преследователь не сразу понял, что случилось. «Мерседес» быстро сократил дистанцию, потом тоже стал замедляться.

— Ну ладно, ублюдок! — Она выжала тормоз и остановила машину на внешней полосе шоссе. «Мерседес» тут же взял правее, свернул в переулок и пропал из виду. Пока его не было, она снова дала газ, перестроилась на внутреннюю полосу и вписалась в первый же левый поворот на Семнадцатую авеню. Потом сделала еще один поворот, путая следы, и направилась по Корал Уэй к югу, на Коконат-гроув, все время поглядывая в зеркало заднего вида. Оранжевые огни больше не появлялись.

Сенека загнала «вольво» в гараж на нижнем этаже дома на Саут-Бейшор-Драйв, где находилась ее квартира. Полгода назад они поселились здесь с Даниелем. Это была не самая роскошная квартира, но им было вполне удобно. Срок аренды истекал в конце месяца, и в качестве свадебного подарка друг другу они с Даниелем выплатили задаток за квартиру в более престижной части Бейшор-Драйв. В одиночку она себе этого позволить не могла, несмотря на то что работала в штате одного из известнейших журналов «Планет Дискавери». Дэн тоже один не потянул бы, но для двоих это было более чем осуществимо.

Войдя в свою квартиру на втором этаже, Сенека заметила пачку писем на журнальном столике. Пока они отсутствовали, за квартирой приглядывал сосед-пенсионер: забирал почту и кормил двух рыбок-клоунов, их с Дэном взаимный подарок на День святого Валентина. Аквариум с соленой водой они приобрели вместе с рыбками. Проходя мимо, она включила подсветку.

Сенека зашла на кухню, бросила сумочку возле раковины и взяла с буфетной полки стакан. Налив воды, извлекла из сумочки пластиковый пакет и вытряхнула на кухонный стол три янтарных флакона. Аккуратно выстроила их в ряд возле раковины, пристально вглядываясь в каждый и раздумывая, какой взять. Она выбрала таблетки снотворного, поскольку намеревалась сразу лечь и спать, забыв об окружающем мире, хотела провалиться в черную дыру, хоть ненадолго обрести спокойствие и облегчение физической и душевной боли. Проглотив таблетку, она запила ее глотком воды.

Вновь наполнив стакан, она вернулась в спальню и растянулась на диване, не в силах даже взглянуть на постель.

На ихпостель.

Сенека смотрела на аквариум, рыбки невозмутимо плавали, и это как-то успокаивало. Несмотря на усталость, нахлынувшую в аэропорту, спать не хотелось. Подозрительная машина и уход от слежки словно бы дали ей второе дыхание. Через некоторое время она стала сомневаться в действенности медикаментов.

Откинувшись на диванную подушку, она поставила стакан с водой на столик и наклонила голову набок. Внезапная резкая боль заставила ее прижать руки к ране на голове. И тут ее внимание привлекла мигающая лампочка на автоответчике. Она подумывала о том, чтобы отключить базовый телефон, но расстаться с привычкой было нелегко.

Сенека подвинулась к краю дивана, чтобы лучше видеть автоответчик. Одно сообщение. Она нажала кнопку. Услышав первые слова, она застыла, как громом пораженная. Когда сообщение отзвучало, она уселась, согнув колени, и положила голову на руки.

Она долго оставалась в этой позе, закрыв лицо руками и покачиваясь, а из мрачных глубин ее сознания поднимались невеселые мысли. В конце концов она подошла к шкафу и отыскала там коробку. Эту коробку размером чуть больше обувной, сделанную из какого-то светлого дерева, мать Сенеки в начале семидесятых годов украсила аппликацией.

Она достала коробку с полки и поставила на кровать. Внутри была целая коллекция посланий, все адресованы ей. Письма, открытки, обычные и поздравительные, фотографии. Наверное, давно стоило все это выбросить.

Долгие годы он только писал ей.

Теперь позвонил.