Звездный десант - Василий Орехов

Глава мафиозного семейства снова упал в кресло. Стиснул подлокотники так, что перстни клановой власти скрипнули по лакированному дереву, оставив глубокие царапины.

— Спасибо, Оззи, — с достоинством проговорил он, едва сдерживаясь. — Это все. Можешь идти, друг мой.

Пастор поспешно вышмыгнул за дверь.

— Мы обложены со всех сторон, — угрюмо проговорил Глам.

Джулия негромко вздохнула в глубине кабинета.

— Что будем делать, мой босс? — спросила она.

Саггети безнадежно махнул рукой.

— Мне надо подумать.

Джулия послушно затихла в своем углу, понимая, что ее мужчина нуждается в абсолютном покое, чтобы принять нелегкое решение. Сейчас в его душе наверняка происходила страшная борьба, само его естество восставало против выхода, предложенного невестой и Бампером. Но все другие выходы, увы, были глухими тупиками.

Глам постукивал увенчанными перстнями пальцами по деревянным подлокотникам — неторопливо, палец за пальцем, совсем как отец. Взгляд его был устремлен в пространство. Наконец глава клана с трудом шевельнул пересохшими губами:

— Послушай, дорогая…

— Что, любимый? — с готовностью отозвалась Джулия.

Глам тряхнул головой. Помолчал. Подруга терпеливо ждала его слов.

— Готова ли ты идти со мной до конца? — наконец выдавил он.

— Конечно, мой босс!

— У нас еще есть время и неплохие активы… — Глам не смотрел на нее, однако она пожирала его взглядом, не совсем понимая, куда он клонит, какое решение он все-таки принял. — Я наверняка… я успею обналичить кое-что — не так уж много, но нам вполне должно хватить…

— Для чего? — осторожно поинтересовалась Джулия, когда очередная пауза слишком затянулась.

— Для спокойной и обеспеченной жизни на Ниппоне IV. — Саггети упорно смотрел в сторону. — Если мы с тобой покинем Талгол в течение недели, эти проблемы больше не будут нас волновать…

Некоторое время Джулия молча, в упор разглядывала его.

— А как же клан, мой босс? — тихо, но с едва уловимым оттенком презрения проговорила наконец она. — Как же все те люди, которые безгранично тебе доверяют? Как же честь благородного семейства Саггети?..

Глам зажмурил глаза. Еще крепче впился руками в подлокотники. Его лицо исказила мучительная гримаса, будто слова Джулии причиняли ему нестерпимую боль.

— Ты что, вот так просто сбежишь, как мальчишка, у которого ничего не получилось? — негромко, но веско говорила Джулия. — Бросишь дело своих предков — после того, как мы только что отстояли ваш вековой бизнес в тяжелейшей и кровопролитной борьбе?!

— Послушай, дорогая… — жалобно произнес глава мафиозного семейства.

— Ничего не хочу слушать! Дон Глам, немедленно вставайте и деритесь, как мужчина! — Она стояла посреди кабинета, разгневанная и невероятно красивая. — Я не собираюсь быть женой труса и предателя! Неистовый и непобедимый дон Александро Македонский — вот для кого я готова быть нежной и любящей подругой! Мне нужен настоящий герой, и он у меня уже есть! А трус пусть убирается к черту!..

Саггети резко встал с кресла, подошел к невесте, порывисто обнял ее.

— Спасибо, дорогая, — произнес он, зарываясь лицом в ее волосы. — Прости меня. Я просто испытывал тебя… Ты совершенно права, я не имею права быть слабым. Я не имею права бросать этих людей и фамильный бизнес. Лучше героическая смерть, чем бесчестье. — Он снова упал в кресло, машинально потирая пальцами левой руки внушительные клановые перстни на правой. Развернулся лицом к большому экрану на противоположной стене. — Соедини меня с мистером Вагнером. Я все-таки попытаюсь заключить с ним мирный договор, и это будет только первый шаг к тому, чтобы очистить город от конкурентов. — Он мгновение поколебался. — Впрочем, нет. Иди ко мне, моя тигрица. Пусть Вагнер подождет еще полчаса…

— Мистер Вагнер, — произнесла секретарша, осторожно просунув голову в парилку сауны, — с вами хочет говорить мистер Саггети.

— Какого черта, Нани?! — прорычал дон Ральф, смахивая полотенцем крупный пот с физиономии. — Меня нет! Я предаюсь вечернему отдыху!

— Я ему так и сказала, — терпеливо пояснила Нани. — Но он уверяет, что дело чрезвычайной важности и касается вашего бизнеса.

Вагнер страдальчески сморщился. Мальчишка знал, чем его поддеть. Вагнер не мог думать о суетных развлечениях, когда речь шла о святом — о бизнесе.

— Ну, хорошо, сейчас выйду. — Кряхтя, он стал медленно подниматься с деревянного полка. — Девочки, пошли, пошли! Массаж продолжим в кабинете.

Вывалившись из горячего отделения, мистер Вагнер с головой ухнул в огромный бассейн с проточной водой и неторопливо поплыл брассом к противоположному концу, где его уже ожидала на бортике банщица с мохнатым халатом в руках. Три обнаженные юные нимфы выскользнули из сауны вслед за ним и, звонко хохоча, попрыгали в бассейн, как веселые лягушки.

Выбравшись из воды и неторопливо облачаясь в халат, дон Ральф испытывал неописуемое удовольствие, предвкушая, как он сейчас тонко и со вкусом унизит этого мальчишку, который уже явственно почувствовал, что под его сковородкой развели огонь, и теперь старается любой ценой с нее спрыгнуть. Разумеется, Вагнер не обольщался насчет того, будто Саггети лично набрал номер и сам смиренно убеждал секретаршу связать его с доном Ральфом. Это уже было бы чересчур, это уже было бы унижение первого сорта — для подобных пустяков существуют секретари и референты. Однако мальчишка попал в такую ситуацию, что дон Ральф не очень удивился бы, узнав, что именно так все и было.

Поманив за собой девочек, он неторопливо двинулся к своему кабинету. Они веселым табором расселись на антикварном диване, едва прикрыв наготу какими-то легкомысленными полупрозрачными простынками, а самую бойкую Вагнер водрузил себе на колени и величественно кивнул секретарше: можно соединять.

— Здравствуйте, дон Ральф, — проговорил Глам Саггети, глядя на него с экрана стационарного коммуникатора. — Мое почтение, дон Ральф, — добавил он с явным усилием, стараясь не смотреть на девицу.

— И вам не хворать, мистер Саггети, — преувеличенно приветливо отозвался Вагнер. — Простите мне мой костюм, но я уже собирался отойти ко сну. Вы ведь не сторонник консерватизма в одежде, насколько я помню?..

Уши молодого босса вспыхнули маковым цветом, но он сдержался.

— Разумеется, мистер Вагнер, — кротко отозвался он. — Прошу прощения, сэр, вы не могли бы отослать девушек? У меня к вам очень серьезный деловой разговор, и я хотел бы поговорить без свидетелей.

— А где ты тут видишь свидетелей? — чрезвычайно удивленный дон Ральф перевел взгляд на девчонку, с обезьяньими ужимками обнимавшую его за шею. — Эсмеральда, ты что, когда-нибудь была свидетелем?

— Нет, сладкий, — беспечно отозвалась та. — Ни разу. Ни капельки.