Звездная тень - Сергей Лукьяненко

— Что мы знаем о законах возникновения жизни? — бросилсчётчик.

— Мы — не много! — съязвил дед.

— Мы — ещё меньше.

Мне показалось, что рептилоид готов сказать что-то очень,очень важное. Но увы, дед, раздражённый необходимостью говорить по очереди сКарелом, этого не заметил.

— Нам известно лишь о двух цивилизациях Ядра, — произнёс он.— Геометры — союз трёх рас, в котором при внешнем равноправии главенствуютлюди. И Тень, о которой мы не знаем ничего. Даже внешнего их вида.

Я наконец решил вмешаться в разговор:

— Мне кажется, они тоже гуманоиды.

— Почему?

— Ну… эти интонации, дед. Когда они говорили о Тени… мы такне рассуждаем о чужих. Скорее о каком-то земном государстве. Неприятном, носвоём.

— Геометры гораздо менее подвержены ксенофобии, чем мы.

— Тем более, дед. Они признают за Друзьями право на любыестранности. Знаешь, такая вот позиция… старшего брата. С Тенью совсем другоедело.

Дед молчал.

— Карел, — негромко спросил я, — ответь мне на один вопрос.Почему мы с Геометрами так похожи? Даже не внешнее сходство, а единыйгенетический код. Это ведь не может быть случайным!

— Не может, — неохотно согласился счётчик.

— Тогда в чём дело?

Мне казалось, что если он объяснит, то я сразу найду ответ.Какой-то странный, универсальный ответ на все загадки и проблемы. ПочемуСильные — сильны, почему Слабые — слабы, что такое Тень и как заставитьГеометров не лезть ко всем со своей Дружбой…

— Я не знаю точного ответа.

— Карел, точных ответов не существует вообще, — ласковосказал я. — Но всегда есть догадки и предположения. Ты ведь не удивлялся тому,что мы с Геометрами похожи. Значит, имеешь гипотезу на этот счёт?

— Только гипотезу. И не хочу её сообщать.

— Почему?

— Вы её примете — и перестанете искать ответ сами. Лучше,чтобы вы искали ответ самостоятельно, независимо.

Я поразмыслил секунду.

— Карел, если ты считаешь… думаешь, что мы примем твоюгипотезу, значит, она льстит людям?

— В какой-то мере… — неохотно откликнулся рептилоид.

— Например, что и мы, и Геометры — потомки древней могучейсверхцивилизации, некогда заселявшей всю Галактику… — начал я.

Рептилоид зашёлся тонким смехом:

— Пётр, подобные мечты свойственны юным, незрелым расам. Яраньше не относил людей к их числу.

— Тогда, возможно…

Заговорил дед:

— Петя, я бы мог выложить тебе десять гипотез. Что Геометры— плод нашего материализовавшегося воображения, что мы — последствия ихнеудачного эксперимента или потомки заблудившейся экспедиции…

— Плод воображения? А почему бы и нет? Дед, ты же самговорил, что их общество похоже на земные утопии! Даже я помню, мне где-товстречались регрессоры… или процессоры, Мировой Совет…

— Это ничего не значит, Пётр. Это лишь вопрос перевода ивосприятия. Когда счётчик влил в тебя язык Геометров, ты поневоле подобраладекватные замены их терминам. Отовсюду — из научных журналов, из прочитанных вдетстве книг, из бульварных газет. Будь ты французским астронавтом Пьером илиамериканцем Питером, планета Геометров стала бы для тебя другой. Совсем другой.Мы смотрим на мир сквозь очки с толстыми кривыми стёклами, которые нам надели вдетстве. Эти очки — воспитание, культура, менталитет. От них не избавитьсяникогда. Я не мог вырастить тебя под чёрным колпаком, Петя, тогда ты вообще ненаучился бы видеть.

— Слушай деда, он умный, — сказал Карел.

Я смотрел на ухмыляющегося рептилоида. Потом спросил:

— Сговорились? Двое на одного?

— Думаешь, я не прав? — поинтересовался дед.

— Прав, наверное, — неохотно признал я. — Ты умнее, дед.Гордись.

— Ничего, Петя, я ведь и постарше тебя буду.

Дед тоненько хихикнул, как всегда, если шутка была понятналишь ему.

— Тогда скажи, что мы будем делать? Поддерживать Геометров?Сражаться за Конклав? А?

— Как ты представляешь себе поиск Тени? — спросил дед,помолчав.

— В корабле Геометров есть какие-то маршрутные карты. Ведьон шёл из Ядра Галактики самостоятельно. Я просто сяду в корабль и…

— Мы сядем в корабль. Все вместе. Ты, я… мы с Карелом.Данилов, Маша…

— Не выйдет, — с удовольствием сказал я. — Эти корабликирассчитаны на одного. Максимум — на двоих, но это уже для коротких полётов.

— Ты помнишь, при каких обстоятельствах алари захватилиразведчика Геометров?

— Что?

— Он пытался взять на абордаж истребитель алари.Пристыковаться и утащить с собой. Видимо, операция достаточно отработана. Мыможем соединить корабль Геометров с нашим «Волхвом»…

Я засмеялся.

— Дед, ты серьёзно? К Ядру Галактики — в челноке сжидкостным ракетным двигателем?

— Почему бы и нет?

А собственно говоря, почему? Я замолчал. Старый шаттл будетслужить просто дополнительной кабиной. Вполне возможно, что мощности разведчикахватит и для полёта вместе с челноком.

— Кстати, там уже не жидкостные двигатели, — добавил дед. —Алари сменили их на свои плазменные.

— Вот так просто взяли — и сменили?

— Да.

Я хотел было высказаться о центровке, аэродинамике,термоизоляции, системах управления — которые никак, ну никак не рассчитаны начужую технологию! Потом посмотрел на ухмыляющуюся морду рептилоида и промолчал.

Дикарь, которому заменили на луке привычную тетиву извымоченных кишок на синтетическую нить, может усомниться: будет ли теперь лукстрелять? Но мне, наверное, не стоит ему уподобляться.

— Алари не боятся? Это ведь нарушение законов…

— Снявши голову… — обронил дед. — Ну, Петя? Я готовсогласиться с тобой. Употребить то малое время, что нам отпущено, не набюрократическое безумие, не на споры с идиотами из правительств, а на полёт кЯдру. Быть может, нам и улыбнётся удача. Мы встретим Тень… высоких, белокурых,благообразных гуманоидов, которые научат нас добру и пониманию. И Геометрыстанут терпимее, а Сильные устыдятся и попросятся в Слабые, Земля превратится вцветущий сад… Ну? Отправимся за чудом, Петя. Но — вместе.