Смотрящая в бездну - Василий Гавриленко

И она, удивляясь самой себе, пересказала недавний кошмар своим новым друзьям, хотя была знакома с ними всего ничего.

– Мне все время кажется, что это был не сон, – Соня поежилась, вспомнив бледное женское лицо, окаймленное зелеными волосами, и голос, говорящий: «Добро пожаловать домой».

– Как? – выдохнул Вилли.

– Я за дверью нашла зеленую лужицу слизи.

Подул ветерок, ребята невольно съежились. Они уже отошли от школы на приличное расстояние и теперь стояли посреди пустой широкой улицы. Только черная собака щурилась на них, мирно лежа в траве у обочины.

– Жук говорил, – сказал Ник, – в озере живет Мисош!

Его брат хмыкнул:

– Мисош! Да этим Мисошем только малышню пугать. Вуди Рот говорит, что на озере Сумрачного Карпа действуют сатанисты.

Соня слушала, не совсем понимая, о чем это они, но одно ей было совершенно ясно: хорошего мало.

– Честно говоря, – сказал Алекс, – я больше доверяю Жуку, чем этому Роту.

– Даже такой тюфяк, как Вилли, признает, что Вуди – трепло, – сурово процедил Ник.

– За тюфяка ответишь! – выкрикнул Вилли.

Назревала гроза.

– Вы еще подеритесь, – недовольно сказал Алекс.

Урки примолкли, сопя, словно молодые мустанги. Ветер, усилившись, всколыхнул волосы школьников. Потемнело, словно солнце вдруг выпило нефти. И тут раздался вой, как будто кто-то тер без перерыва наждачной бумагой по зеркалу. Это выл черный пес на обочине дороги, выл, не задирая вверх головы, как это делают другие собаки, и при этом смотрел на ребят.

– Бешеная псина, – испуганно промолвил Алекс, и ватага со всех ног понеслась обратно к школе.

Они влетели в пустой холл, Алекс захлопнул дверь и прижался к ней спиной.

– В – видели? – заикаясь, выдохнул Ник. – Она прямо на меня смотрела!

– Глаза красные, – вторил ему Алекс, шумно дыша.

– А может, вы зря испугались? – ехидно спросил Вилли. – Не слыхали, как собаки воют?

– Можно подумать, ты не перетрусил! – усмехнулся Ник. – Бежал впереди всех, только пятки сверкали.

– Ничего я не перетрусил! – обиделся Вилли. – Все побежали, ну и я. Я не виноват, что быстрее вас бегаю.

– Вот и не выступай, раз ты не виноват, – отрезал Ник. Он наклонился к Соне и шепнул ей на ухо: «Вилли всегда выпендривается». Алекс заметил это и слегка нахмурился.

– Ребята, не переименовать ли нам наше Братство?

– Как это? – нахмурился Вилли.

– Ну, например… – Тимпов сделал вид, что глубоко задумался. – Например: «Братство против нежити».

– Глупо, – вынес суровый приговор Вилли. – «Братство против нежити». Прямо как дети.

Алекс покраснел и засопел, сверкая глазами. Соня была уверена, что если бы он не прижимал дверь спиной, то кинулся бы на в драку, поэтому поспешила сказать:

– А мне нравится. Вилли, мы ведь и правда еще дети.

Урк хмыкнул и пожал плечами, он-то считал себя взрослым с годовалого возраста.

– Соня, а как ты пойдешь домой? – тревожно спросил Ник. – Нам-то близко, а тебе?

Соня не успела ничего ответить: по пустой школе гулко раздались шаги. И отступать было некуда: за дверью вполне мог притаиться черный пес.

– Наверно, это Термос, – прошептал Алекс, бледнея.

Перспектива встречи с директором была страшнее, чем воющая красноглазая собака, и школьники уже хотели открыть дверь и выскочить на улицу, как с лестницы раздалось:

– Эй, Братство!.

Это был не Термос. К ребятам подошел, стуча по кафельному полу толстыми подошвами, тот самый парень, что так невежливо общался с Филом Маршалом на пороге школы.

– Жук! – обрадованно воскликнул Алекс. – Привет.

Он протянул Жуку руку и тот милостиво ее пожал. Было заметно, что Тимпов теперь не будет мыть руки, по меньшей мере, неделю.

– Здорово, Урки, – Жук повернулся к братьям. Те с нескрываемым восторгом приветствовали его и тоже были польщены, когда парень пожал их вспотевшие ладони.

– А это кто? – Жук посмотрел на Соню светлыми холодными глазами. – И где Белка?

– Белка болеет, – сообщил Алекс. – А это – Соня Маршал. Она живет в доме Сумрачного Карпа.

Жук сморщился, словно у него заболел зуб.

– Вот как! Значит, это по вашей милости проснулось зло?

– Что это значит? – удивилась Соня.

– Мисош, – непонятно пояснил Жук.

– Кто такой этот Мисош?

В дверь постучали. Алекс держал ее, напрягшись; лицо его налилось кровью.

– Что за чепуха? – удивился Жук. – Зачем ты держишь дверь? Открой.

– Там пес, – прохрипел Алекс. В дверь давили с нарастающей силой.

– Какой еще пес? – недовольно спросил Жук. – Открывай!

Алекс отскочил от двери. Она распахнулась, ветер ворвался в школу. Пса не было, а была воронка из воздуха, маленький смерч. Ребята замерли. Воздух в воронке начал сгущаться, зеленеть, и вдруг вместо нее возникло человеческое лицо, которое Соня узнала бы из миллиона: зеленоволосая упырья.

Голова девочки закружилась, она вновь услышала кривляющийся голос: «Добро пожаловать домой».

– Сгинь! – страшно прошептал Жук и, подавшись вперед, швырнул в призрака попавшимся под руку предметом – небольшой пластиковой урной. Урна пролетела сквозь призрак и разбилась на куски. Наваждение исчезло…

«Братство против нежити» еще приходило в себя после столкновения с этой самой нежитью, а Жук уже как ни в чем не бывало насвистывал «Кармен».

– Что это было? – спросил Алекс, безуспешно пытаясь унять дрожь.

– Расслабься, – весело сказал Жук. – Это посланец Хранителя. Мы все теперь его злейшие враги, потому что угрожаем Мисошу.

От этой новости «Братству против нежити» стало не по себе.

– Чем это мы ему угрожаем? – мертвым голосом проговорил Вилли.

– А хотя бы тем, что дружите с ней, – Жук кивнул в сторону Сони. – Но не грузитесь грустью, жизнь прекрасна.

Он и вправду ничего не боялся.

– Соня рассказала нам кое-что, – вспомнил Алекс.

Черный парень мигом посерьезнел:

– А ну-ка…

Пришлось Соне снова рассказывать историю с зелеными волосами. Жук внимательно слушал, изредка кивая головой и шикая на влезающего с комментариями Вилли.

– Соня, это серьезно, – сказал он, впервые называя девочку по имени. – Не обернут ли теперь твой брат?

– Что значит обернут? – испугалась Соня.

– Упырем стал, – пояснил Вилли.