Искусство быть напарником - Анастасия Левковская

Всю дорогу я ждала подвоха. Что вот-вот из-за ближайшего поворота вырулит машина, и все начнется по новой. Я вертела головой, провожала подозрительным взглядом каждое проезжавшее мимо авто и все сетовала про себя, что в моем любимом револьвере остался только один патрон. Мало! Чертовски мало!

Но дорога лентой ложилась под колеса мотоцикла, ветер свистел в ушах и заставлял глаза немного слезиться, а неприятности все не начинались. И только когда перед нами открылись ворота в имение Охотских, я вдруг осознала – оторвались. Приехали. А вместе с этим меня начало отпускать. Черт, да меня же сейчас накроет! Как бы с байка не свалиться!

Но мой организм был умнее меня. Моих сил хватило, но ровно до порога дома. Я еще успела слезть с мотоцикла и увидеть спешащего к нам Захара Охотского. Отметила хмурое лицо отца Риста и… провалилась в странное оцепенение.

– Ира, пойдем. – Напарник тронул меня за плечо, но я не отреагировала.

Происходящее воспринималось словно в тумане. Двигаться не то чтобы не хотелось, я не видела в этом смысла. Меня охватило равнодушие ко всему на свете, поэтому я продолжала расслабленно стоять на одном месте и пялиться в одну точку.

– Ира!

Передо мной, словно картинка на экране, появилось обеспокоенное лицо Риста.

– Что с ней? – Тихий мужской голос, принадлежащий, кажется, Захару Охотскому.

– Откат. У нее такое бывает после серьезных передряг, где нервная система работает на износ. Ну ты знаешь… Как у прадеда было.

– Понял. Отведи… Или отнеси ее в гостевую комнату, а потом быстро ко мне в кабинет!

Кажется, отец моего напарника был очень зол.

– Хорошо…

Меня подхватили на руки и понесли, едва слышно ругаясь. Я понемногу окончательно погружалась в свое состояние. Последнее, что зафиксировал мой мозг, как меня принесли в комнату и осторожно положили на кровать. Ну и слова:

– Я скоро вернусь.

И пустота…

Первым ко мне вернулся слух. В голову ворвались звуки, все сразу. Даже такие тихие, как стрекот сверчка где-то за окном. Что уж говорить о разговоре. Вернее – о монологе.

– Да, Мышка. Да, мы вляпались. Круче не придумаешь… Передай Вереску… Большой привет, он поймет. Нет, я тебе ничего не скажу, не доросла еще. Она в порядке. Да. В полном. Дану?.. Не знаю, решай сама. С этого придурка станется сорваться к нам, а мне бы не хотелось потерять друга. Вот умница, я тоже так думаю. Все, давай, судя по хлопанью ресниц, наша спящая красавица очнулась. Обязательно, мелкая, обязательно.

А потом я увидела Риста. Он стоял у окна, опершись пятой точкой на подоконник, вертел в руках мобилку и с улыбкой смотрел на меня.

– Чего пялишься? – прохрипела я, ощущая, что голову сдавило словно железными тисками.

– Да так. – Он неопределенно пожал плечами, а затем склонил голову и сощурил темно-серые глаза. – А скажи-ка мне, Ромашка… Знаешь ли ты, почему тебя вот так срубает? Уж слишком нетипичная у тебя реакция.

– Знаю. – Я рывком села на кровати и, сжав запульсировавшие виски, простонала: – Ой, черт… Но тебе не скажу!

– Скрытная какая, – усмехнулся он и пятерней взъерошил свою светло-русую шевелюру – за то время, что мы не виделись, она отросла еще сильнее. – Просто то, что с тобой происходит, очень похоже на аналогичное состояние моего прадеда. Он, кстати, тоже нейтрализатором был.

Я изумленно приоткрыла рот. Ничего себе новости! Это что… получается, мы с Ристом как бы родственники?! Черт знает в каком колене, конечно, но все же. Вот уж точно – как тесен мир!

– И как среди темных магов затесался нейтрализатор? – ехидно спросила я, массируя все еще болевшие виски.

– Всякое бывает. – Напарник неопределенно пожал плечами. – Я же вот среди них тоже затесался… Кстати, отец думает, что именно этот странный нейтрализаторский ген и дал мой частичный иммунитет к магии.

Вот в чем в чем, а в генетике я не сильна. Поэтому лишь хмыкнула и перевела разговор на более животрепещущую тему:

– Что мы дальше делать будем?

– Пока отдыхать. – Рист оттолкнулся от подоконника и, в два шага оказавшись рядом со мной, присел на краешек кровати. – У нас есть еще часа четыре. Ровно столько надо, чтобы отец договорился о самолете и его подогнали сюда, на наш частный аэродром. А потом, Ромашка, мы с тобой улетаем.

– В теплые страны? – хихикнула я взволнованно – такая близость Аристарха, да еще и на постели, знатно нервировала.

– О нет, – медленно улыбнулся он. – Скорее наоборот. В холодные. На неопределенный срок нас приютит Исландия.