Импорт правосудия - Вячеслав Шалыгин

– Яволь! – Красавчик щелкнул каблуками и вытянулся, как на параде.

– Клоун, – неодобрительно сказал Сидоров и пошел к выходу из приемного отделения.

– Гипертрофия чувства собственного достоинства за счет атрофии чувства юмора, – вслед ему поставил диагноз Красавчик и махнул обеими руками.

– Пригород… – Красавчик зевнул. – Что мы там забыли? Вряд ли этот Алексей, как там его, Васильевич?

– Валерьевич…

– …Алексей Валерьевич Кузьменко успел туда доковылять.

– У сообщника была машина, – уверенно заявил Эрик.

– Откуда ты знаешь? – спросил Красавчик. – Свидетели из приемного отделения о машине не упоминали…

– Он приехал в больницу почти следом за «Скорой», а это означает, что у него был под боком транспорт.

– Резонно, – согласился Красавчик. – Жаль, никто не может этот транспорт описать.

– Именно поэтому мы сейчас посетим одного моего знакомого, который лучше любого компьютера знает всех священнослужителей города, включая малочисленные и даже глубоко законспирированные секты.

– Чекист? – наугад спросил Красавчик.

– Копай глубже, – загадочно ответил Эрик и усмехнулся.

– А кто еще может заниматься контролем за потенциальными шпионами? – удивился Красавчик.

– Что же ты так сразу их в шпионы записал? – мельком взглянув на партнера, спросил Эрик.

– Они же борцы за свою веру, а любые борцы довольно часто поддаются соблазну ускорить процесс принятия обществом их образа жизни довольно сомнительными методами, в том числе и посредством подрыва существующего порядка. В хаосе гораздо легче привлечь на свою сторону сомневающихся и слабых духом…

– Да ты философ, – Эрик улыбнулся. – Сейчас у тебя будет прекрасная возможность побеседовать на эту запутанную тему со специалистом. Он не чекист, а доктор исторических наук. Самый авторитетный теолог в стране. С ним советуются даже первые люди в церковной иерархии. Причем независимо от конфессии. А ко всему прочему он еще и не прочь поболтать о явлениях, с религией никак не связанных. Например, из области уфологии, магии, мистики…

– Ты меня удивляешь, – Красавчик покачал головой. – Откуда у тебя такие связи?

– Секрет фирмы…

– Но я тоже часть фирмы, а ничего этого не знал…

– Теперь знаешь…

– Все равно я обиделся…

На здоровье. Все, приехали, идем…

– Весьма и весьма интересная история, – теолог опустил на нос очки и снова взглянул на фотографии. – Вы твердо уверены, что сообщником является священник?

– Так показали свидетели, – подтвердил Эрик.

– Серьга, длинные волосы, джинсы… – задумчиво перечислил историк. – Довольно вольный образ для церковного служителя, не правда ли?

– Поэтому я и обратился к вам, Михаил Моисеевич, – Эрик вежливо склонил голову и отпил из чашки глоток любезно предложенного хозяином чая.

– Понимаю, – профессор вновь взял в руки заключение патологоанатома. – Видите ли, дорогой Эрик, если я сейчас выдвину свое предположение, оно может показаться вам довольно смелым… Но, как известно, самые невероятные варианты развития событий зачастую оказываются верными, в то время как простые и логичные по разным причинам навсегда так и остаются лишь теоретическими выкладками. Что вы скажете, например, если я возьмусь утверждать следующее: ваш подозреваемый случайно или намеренно – этого я не знаю – вступил в контакт с исключительно тайным и подверженным когда-то гонениям со стороны большинства христианских церквей, Братством, которое состоит из нескольких сотен членов, разбросанных ныне по всему миру. Гонения, конечно, уже давно прекращены, такое ничтожно малое количество еретиков никому и ничем навредить не может, но из формальных списков они не вычеркнуты. Их секта отличается крайней воинственностью и даже агрессивностью в деле насаждения своих взглядов…

– Я Эрику об этом в машине говорил, – перебивая историка, вставил реплику Красавчик.

Михаил Моисеевич поморщился, но продолжил:

– Основная проблема заключается в том, что эти люди не вполне адекватны, поскольку подбирают по всему миру только себе подобных и делают это в самых неожиданных местах. Например, в лечебницах для душевнобольных.

– Что, целая секта психов?! – Красавчик даже подпрыгнул в кресле.

– Они не более «психи», как вы изволили выразиться, чем мы, но их взгляд на окружающий мир искажен, а логика извращена. Правда, сделано это настолько естественно и даже убедительно, что в процессе дискуссии или простого общения вы ни за что не поймаете их на несоответствиях. С медицинской точки зрения они типичные шизофреники. Любой из них, как говорится, случай для учебника. Социально они не так уж опасны, и потому особого контроля за ними нигде не осуществляется. В целом люди как люди, немного со странностями, а у кого их нет? К тому же большинство из них талантливы и оригинальны… А вот теперь об их отличиях.

Четыре раза в год, во время летнего и зимнего солнцестояния, а также весеннего и осеннего равноденствия, они собираются в заранее оговоренном месте на «семинары». Не знаю точно, о чем они там говорят, однако вполне могу предположить, поскольку устав их Братства выражается одной фразой: оберегать наш мир от смешения с Бездной. Главный постулат вкратце таков: Бездна – по мнению многих теологов, предположительно то место, куда был низвергнут враг рода человеческого – в силу неизвестных причин постоянно кипит и выбрасывает некие волны или фонтаны своего адского вещества в сторону нашего мира. Что там творится – неизвестно, может, буйствуют и злятся ее обитатели, раскачивая черные волны и сталкивая их между собой, а может, сам Люцифер пробует прочность своих оков. В общем, представления братьев о сути возмущений в Бездне нашему разуму доступны лишь в схематичном виде. Главное в другом. Любой всплеск или дошедшая до нас волна разливается по миру очередным катаклизмом: войной, землетрясением, эпидемией… Все зависит от силы волны и ее локализации…

– То есть Братство считает, что иногда какой-то чертенок решает поплескаться, а круги от его хулиганских действий доходят до нас в виде очередной «горячей точки»? – встрял Красавчик.

– Примерно так, – согласился историк, – однако и это не все. До нас, по их убеждениям, могут докатываться не только круги, но и подхваченные волной обитатели Бездны.

– Я так однажды в детстве сестрицын аквариум подчистил, – рассмеялся Красавчик, – половину мальков вместе с водой в унитаз отправил…

– Вот для отлова подобных мальков и было создано обсуждаемое нами Братство, – продолжил профессор. – Они свято верят в свою особую миссию и, как им кажется, нередко добиваются успеха. В моей картотеке есть немало тому примеров, записанных, естественно, со слов братьев. Эти люди довольно изощрены в методике изгнания бесов, очищения местности от проклятий, борьбы с ведьмами и в прочей, с их точки зрения, отнюдь не устаревшей и поныне, деятельности. Так что судьба вашего подозреваемого висит на волоске, ведь при изгнании порождения Бездны его человеческий носитель может быть безвозвратно испорчен. А без носителя, по мнению Братства, присутствие чужака в нашем мире невозможно. Он обязательно должен за кого-то или что-то зацепиться, чтобы его не унесло обратно, когда волна отхлынет… И еще одно… Братья свято верят в то, что многочисленные проявления зла в нашем мире и есть пропущенные ими подручные врага. Нераспознанные вовремя, они закрепились среди нас, полностью завладев телами, участками местности или предметами. Экспансия Бездны не ограничена во времени, и потому у нее есть реальный шанс постепенно захватить наш мир целиком без всякого Армагеддона. Незаметными всплесками, волнами и струйками, цепляясь то за людей, то за животных, то за отдаленные селения или целые города и участки местности, они утверждаются среди нас, а мы не бьем тревогу, потому что не замечаем этого. Слишком медленно все происходит. Люди привыкают к новым свойствам окружающего мира, даже сетуют на то, что раньше все было по-другому, но ни на секунду не задумываются над тем, есть ли этому изменению объяснение. Вера в тайную экспансию Бездны, кстати, и является тем принципиальным отличием данного течения от прочих направлений в христианстве, за которое секта попала в список еретиков. Не подумайте, что я разделяю их верование, но лично мне идея Братства кажется довольно обоснованной. Повторюсь с учетом их специфического психического статуса…