Меня зовут Алиса - Джозеф Дилейни

– Я слишком многим помогла уйти из жизни, и все они могут ждать меня в этом городе, – продолжила я.

Избегая моего взгляда, Торн закусила нижнюю губу и отвернулась.

– Что с тобой? – спросила я.

Девочка снова повернулась ко мне, и на мгновение мне показалось, что ее глаза блестят от слез, но это была лишь игра света – из-за этой странной луны они будто наполнились кровью.

– Много кто ждет и меня, – задумчиво произнесла Торн. – Я несколько лет помогала Грималкин и за это время убила много нечисти. Тогда нам тем более нужно спешить и как можно скорее добраться до врат.

В словах девочки был смысл: чем больше мы мешкаем, тем быстрее нас учуют враги. И мы стали спускаться вниз по склону.

Пока мы шли, я решила поговорить о том, зачем мертвым нужна кровь. Я хотела получить ответы на мучившие меня вопросы и заодно извиниться за свою реакцию на то, что Торн пила кровь мертвого скелта. Лучше не скрывать свои мысли и спросить обо всем напрямую.

– Значит, мертвым нужна кровь. А что будет, если сопротивляться жажде и не пить? – спросила я.

– Поверь, устоять невозможно, – Голос девочки был полон благоговения, она изо всех сил старалась держать себя в руках. – Жажда крови все время усиливается, и однажды ты просто не можешь сопротивляться.

– А как насчет меня? – продолжила я расспросы. – Что происходит с тем, кто попал во Тьму живым? – Я не испытывала ни малейшего желания пить кровь мертвого скелта, – только отвращение. – И честно говоря, я совсем не хочу есть, но иногда меня мучает жажда.

– У меня для тебя плохие новости, Алиса. Здесь ты не можешь есть обычную пищу, – только пить воду. А если ты выпьешь крови или что-то съешь, то больше никогда не вернешься в мир живых. Тут ничего не попишешь – такие уж во Тьме порядки. Похоже, есть тебе и не захочется, но все дело в том, что сейчас ты используешь жизненные силы своего организма – они тебя и питают. Ты тратишь накопленные запасы энергии. Если ты слишком долго пробудешь в мире мертвых, они закончатся. Ты вернешься домой высохшей щепкой и не проживешь и нескольких недель, а то и дней. Именно поэтому нам нужно скорее выбраться отсюда, отыскав то, что тебе нужно.

Я всегда предпочитаю знать правду, но настроения она обычно не улучшает. Однако я должна поскорее вернуться в Графство не только ради своей жизни – есть и другие причины.

– Ты права, Торн, – ответила я. – Мне нужно вернуться с кинжалом, чтобы успеть совершить ритуал на Хэллоуин. Хотя Грималкин и сильная ведьма, она не сможет вечно прятать голову Врага от его слуг. Их слишком много, и рано или поздно они ее поймают. Я должна вернуться домой до того, как это произойдет. Скажи, ты помогаешь мне, чтобы помочь Грималкин?

Вместо ответа девочка еле заметно кивнула. Ее убили сторонники дьявола – конечно, она жаждала мести. Тут я вспомнила еще об одном мучившем меня вопросе; мне не очень хотелось его задавать, но нужно быть готовой к худшему.

– Что случается с теми, кто умирает во Тьме?

– Если мертвые умирают здесь снова, они просто рассыпаются и перестают существовать – то есть предаются забвению. Через какое-то время некоторые мертвецы прекращают попытки выжить: уж лучше кануть в Лету, чем снова и снова испытывать невыносимые мучения. Это и есть моя судьба, но я даже не представляю, что ждет тебя, Алиса. Я ни разу не видела здесь живых людей. Может, кто-то другой знает ответ…

Я не собиралась задерживаться во Тьме надолго, но все же услышать такое было очень неприятно.

Спустившись пониже, я заметила в городе кое-что необычное: он представлял собой сеть узких улочек, ведущих к галечному пляжу, но среди маленьких домиков возвышалось несколько больших зданий. Одно из них напоминало замок, тут также была церковь и несколько домов, похожих на обычные амбары, где хранят зерно.

– Это замок? – Я указала на крупное строение, стоящее на самой высокой улице.

– Нет, это базилика – большая церковь, как собор в мире живых, – ответила Торн.

Я удивленно нахмурилась. Единственный собор, который я когда-либо видела, находится в Пристауне – это самая важная церковь Графства с очень высоким шпилем. У этого же здания, напротив, была квадратная башня, а не шпиль, но ее размеры впечатляли. Зачем в подземном мире нужна такая огромная церковь?

– Мертвецы ходят молиться в церковь?

– Да, они молятся, – ответила Торн. – Но тут все не так, как на земле, где люди возносят молитвы к Богу. Как ты понимаешь, в основном мертвецы поклоняются дьяволу, хотя некоторые молятся другим темным божествам, таким как Морриган и Голгоф, властелин зимы. У каждого из них в базилике есть свой алтарь.

– Здесь наверняка есть и те, кто не поклоняется ни одному богу, враги дьявола? – Мне стало интересно, сможет ли кто-нибудь нас защитить, пока мы будем искать врата в другое царство.

– Если мы попадем в неприятности, кое-кто все же попытается нам помочь, – ответила девочка. – Тут у нас есть друзья, но я бы не стала на них рассчитывать. Это крайняя мера, ведь им будет угрожать серьезная опасность.

Оставалось только надеяться, что до этого не дойдет. Но я должна сделать все, чтобы раздобыть для Тома кинжал.

– Где же выход из этого царства? – спросила я.

– Врата никогда не находятся долго в одном месте – они перемещаются; я знаю, что некоторые сильные сущности могут влиять на их расположение. Иногда за это они назначают определенную цену. В конце концов, чутье обязательно приведет нас к цели.

– Торн, но ведь однажды ты уже сбежала из этого места. Тебе пришлось за это заплатить?

Девочка кивнула:

– Здесь платой служит кровь. Я заплатила.

Мне не хотелось думать о том, что ей пришлось пережить, но я должна была задать все эти вопросы, чтобы точно знать, с чем мы можем столкнуться. Я не успела сказать ничего больше – Торн повернулась ко мне спиной и быстро пошла дальше.

Спустившись со склона, мы зашагали по ровной земле. От первых домов, в которых не светилось ни одного огонька, нас отделяла сырая земля с несколькими мертвыми деревьями и пучками болотной травы. Я шла вслед за Торн, и с каждым шагом наши остроносые туфли все больше хлюпали, погружаясь в болото.

Вдалеке я увидела несколько силуэтов. Луна слабо светила за зданиями, и во мраке было трудно разглядеть лица, но там были и мужчины, и женщины. Казалось, они идут куда глаза глядят. Один из них шагал по кругу; я слышала тихое бормотание, но не смогла разобрать ни слова.

– Их называют «потерянными», – объяснила девочка. – Они не знают, что мертвы, и их воспоминания о земле запутанны. Здесь они самая легкая добыча – забрать их кровь легче всего, поэтому они тут ненадолго.

Наконец почва стала тверже. Но отойдя от болота, я вдруг почувствовала, будто за мной кто-то наблюдает, отчего волосы на затылке встали дыбом. Пару раз я мельком оглянулась, но никого не увидела, а потом краем глаза все же уловила движение.