Долина драконов. Книга третья. Магическая сделка - Елена Звездная

— Милада, я бы не спрашивала, но ир-хан Зэрнур прав — Страж активирован. Я все пытаюсь понять почему, ведь дар ты не принимала и не приняла, я тебя уже знаю.

Ответить я не успела — на листе появилось всего одно слово:

«И?»

Я отложила лист, посмотрела на маму и молча надела браслет на запястье, предусмотрительно зажмурившись.

Когда перенос закончился, я оказалась там, где было холодно.

Безумно, жутко, вымораживающе до самых костей холодно! И ветер завывал совершенно жутко, и в лицо ударила сотня ледяных игл.

Открывать глаза не хотелось вовсе.

— Мм-м, ты все сняла… крайне пренебрежительное отношение к золоту для бывшей сироты, — раздался злой голос.

И я открыла глаза.

И вздрогнула, увидев прямо перед собой морду Черного дракона и его холодные зеленовато-серебристые глаза.

Почему-то почувствовав себя виноватой, поторопилась оправдаться:

— Цепочка осталась.

Если я ждала проявления хоть каких-то положительных эмоций по этому поводу, то просчиталась. Глаза Ирэнарна мгновенно сузились, из груди вырвалось рычание, и Черный дракон переспросил:

— Что?

— Ц-ц-цепочка. — Я опасливо отползла немного и, расстегнув две петельки на высоком вороте, достала украшение и спросила: — Вы сможете снять?

На какое-то время в этом холодном темном месте воцарилась мрачная тишина, а вот затем дракон, у которого как шерсть дыбом поднялась чешуя, хрипло вопросил:

— Что?!

В следующее мгновение я оказалась в Крепости.

Точнее — в ее остатках.

Здесь повсюду сновали драконы и духи, которые были уже знакомы мне по замку Правящих драконов. Кто-то строил стены, кто-то отшлифовывал каменный пол, духи занимались тем, что прямо из воздуха делали железные подсвечники и посуду, мыли полы, вставляли стекла в проемы только что отстроенных стен.

Когда появилась я, все на миг замерли, затем очень как-то укоризненно посмотрели на меня, после снова вернулись к работе.

В этот самый момент в руино-строительный процесс вошел один из стражей, как-то очень тяжело глянул на меня и спросил у одного из драконов:

— А эльфийку куда нести?

Глухо прорычав что-то определенно ругательное, темно-зеленый дракон ответил:

— Верни жителям города.

Страж помялся, снова глянул на меня с осуждением и нервно сообщил:

— Они ее уже украсили сине-буро-паршивыми цветами, как ты и сказал, хотя, как по мне, ей белые шли больше.

Темно-зеленый дракон оторвался от каменной кладки, медленно, очень медленно повернулся к стражу и прорычал:

— Изыди!

Желание сбежать появилось даже у меня, что говорить о стражнике — он рванул к выходу встревоженной птицей, и уже где-то за пределами крепости чей-то голос спросил:

— А может, мы еще какую эльфийку поищем, а?

В самой крепости после этого атмосфера потяжелела втрое.

— Может, стоит им правду сказать? — предложил один из медных драконов, укладывающих каминную плитку. — Жалко эльфийку.

— Главнокомандующий запретил, — отрезал темно-зеленый, возвращаясь к работе. И уже тише, но явственно добавил: — Эта прикрыла его от позора, теперь он прикрывает ее от публичного унижения, долг чести и все такое.

Потрясенная, я даже не знала, что сказать, — к счастью, и не пришлось. С неба, просто сейчас у Крепости вместо крыши было небо, рухнул Черный дракон, приземлившись возле меня уже в человеческом виде. Оглядев фронт работ и явно обрадовавшихся ему драконов, мрачно спросил:

— Ее плащ где?

Один из духов метнулся вверх, в ту часть, что сохраняла частично остатки второго этажа, и вскоре прилетел, бережно разворачивая упакованные в золотую бумагу мои плащ и сапоги.

— Спасибо огромное! — воскликнула я, после всех разрушений и не ожидавшая увидеть собственные вещи.

Дух улыбнулся плоским нечеловеческим лицом и умчался обратно, создавать подсвечники. Главнокомандующий же молча отобрал у меня плащ и протянул руку, предлагая опереться на нее, пока буду переобуваться. Пальцы в его ладонь я вложила очень осторожно, боясь совершить неверное движение, и вздрогнула, едва его стальная длань стиснула их железной хваткой.

— Переобувайтесь, госпожа Радович! — скомандовали мне.

Нагнувшись, быстро сняла тканевые туфельки, обула сапоги, выпрямилась и замерла, едва Главнокомандующий набросил мне плащ на плечи, после накинул капюшон и стремительно застегнув те две пуговки, которые я расстегнула, показывая ему цепочку, тщательно затянул завязки на плаще.

Быстрый взгляд в мои глаза, и мир вокруг потемнел, ударив волной холода.

Мы перенеслись куда-то в воздух, потому что я мгновенно начала падать и была поймана на лету больно сжавшей драконьей лапой.

Быстрый полет запомнился свистом ветра в ушах и абсолютным чувством защищенности. Мне было с чем сравнивать после левитации телеги Владыкой, вот тогда я жутко перепугалась.

Додумать не успела — рывок вниз, разжавшиеся когти, мгновение свободного полета, и Черный дракон мягко подхватил меня на руки.

— Напугал? — поинтересовался он будничным тоном.

— Абсолютно нет, это был замечательный полет! — совершенно искренне заверила я, подумав, что лететь было гораздо проще, чем сейчас ощущать себя в его руках.

— Вот как? — не спеша отпускать меня, переспросил Ирэнарн. — А у вас большой опыт полетов с драконами?

Несколько замявшись, пробормотала:

— Нет, но его правда хватило, чтобы сделать выводы.

Я не смотрела на Главнокомандующего, но почему-то показалось, что он несколько удивлен. И дракон подтвердил это, спросив:

— И что же это было такое, в сравнении с чем скоростное перемещение боевого дракона для вас «замечательный полет»?

— Левитирование телеги… Лучше даже не спрашивайте.

Он не стал спрашивать, он догадался:

— Гаррат.

Прозвучало до крайности гневно.

Я же пошевелилась, намекая, что меня хорошо было бы отпустить, но Черный дракон холодно сообщил:

— Рано. Так это был Гаррат?

Судорожно выдохнув, я посмотрела на Главнокомандующего и не смогла ответить. Не знаю почему. В тени Горлумского леса его лицо едва ли было различимо, но глаза… глаза притягивали, сверкая в полумраке внутренним светом драконьей сущности. Мне почему-то вдруг вспомнились пирожки в храме Аркалона и чувство неловкости, в чем-то даже стыда, но все равно соприкосновения с чем-то удивительным и волшебным.

— Вы странно на меня смотрите, — хрипло произнес Ирэнарн. И тут же добавил: — Но продолжайте, меня все устраивает.