Как стать королевой Академии? - Анна Одувалова

— Вирена, все дело в выборе. Сейчас выбора у нас нет. Нам нужно согреться, иначе мы погибнем. А курсовую тебе делать было просто лень. Сейчас я могу сказать это с уверенностью.

— Не лень! — возразила я. — Я действительно считала, что не смогу разобраться сама.

— Ты ошибалась.

— Да, но тогда-то я этого не знала.

Еды в доме оказалось немного. Пара шоколадок и остатки печенья. Зато Нокс обнаружил специи и бутылку вина, и скоро по помещению поплыл умопомрачительный зимний запах глинтвейна.

— Вы снова меня спаиваете, — резюмировала я, принимая из его рук чашку с горячим вином. — Это непедагогично.

— Я вообще совершаю очень много непедагогичных поступков рядом с тобой, — признался он мрачно.

— Ага. Например, сегодня завалили Джевиса Денизо. Крайне непедагогичный поступок.

Я прекрасно понимала, что он совсем о другом. Но ту тему затрагивать не хотела совсем. Я чувствовала себя с ним как на тонком весеннем льду, поэтому и пыталась спастись.

— Он не знал на большее, — пожал плечами Нокс, без сожаления меняя тему разговора.

— А раньше знал? — язвительно заметила я.

— Раньше я был снисходителен.

— Что же изменилось сейчас? — спросила я, понимая, что снова с берега ступила на скользкую и хрупкую поверхность.

Нокс устроился рядом со мной на диване, по-хозяйски забрав себе добрую половину шкуры. Если бы я не вцепилась мертвой хваткой в край, то, пожалуй, забрал бы всю. Зажмурившись от удовольствия, он отхлебнул из своей кружки.

— Появилась ты, — признался он как ни в чем не бывало.

— Не верю в привороты… — повторила я.

— Это хорошо, — сказал магистр и, повернувшись ко мне, наклонился к губам. — Тогда нас тянет друг к другу на самом деле, а не из-за того, что ты опрокинула на себя зелье.

— Но вы талантливый маг. — Я уперлась руками ему в грудь. — А что, если вас действительно влечет ко мне исключительно из-за действия зелья? А вы этому влечению магического характера поддаетесь?

— Я же говорил: там не было ингредиентов, которые могли подействовать таким образом.

— Нет! — возмутилась я. — Они просто сделали меня привлекательной для вас. Вот и все. Распечатало ваше чувство зелье, а не я…

— Только в этом проблема, да, Вирена? В том, что считаешь, будто во всем виновато зелье?

— Нет. Проблем очень много. Одна из них — вы мой преподаватель.

— Ну да… — Он поджал губы. — Но я переживу это.

— А я?

— А тебе я помогу пережить.

— Мне нравится другой.

— Этот мальчишка? Нет, Вирена, ты к нему равнодушна. Иначе не так реагировала бы на мои поцелуи. Его так же сводят тебя с ума?

— Я не хочу обсуждать с вами меня и Джевиса, — возмутилась я, с ужасом понимая, что действительно не могу даже воскресить в памяти поцелуи парня своей мечты. И вот это было, пожалуй, самой большой проблемой.

— Вот видишь…

— Вы за этим завезли меня в метель и чужой дом?

— На самом деле, нет, — покачал головой Нокс.

— Нет? — Пожалуй, я даже немного удивилась.

— Не совсем, — признался он. — Мне хотелось побыть с тобой, и нужно было съездить в город. Я решил совместить эти потребности.

— А мое мнение спрашивать не нужно?

— Не будь такой нудной, Вирена. Какая разница, где говорить о сопромагии: в ресторане или в кабинете?

— А вы бы повели меня в ресторан?

— Если бы ты не вывела меня из себя до этого момента, то да.

— Однозначно вывела бы, — хмыкнула я и обнаружила, что глинтвейна остался один небольшой глоток. Было хорошо и тепло. Я даже поняла, почему не злюсь больше на Нокса. Огромная кружка горячего вина сделала свое дело. Я была пьяна и готова спать с магистром в одной постели, лишь бы меня не лишали такого приятного тепла. Поэтому, свернувшись как котенок, устроилась у него под боком. Он нежно убрал с моего лица прядь волос, я подняла голову и встретилась с обжигающим взглядом. Невольно облизнула губы, вспомнив наш последний поцелуй и мечтая ощутить еще раз такие же эмоции. Не иначе как на меня подобным образом действовал глинтвейн. Трезвая я от Нокса шарахалась, и это было правильно.

Казалось, он угадал мои мысли, но тут же слегка улыбнулся и покачал головой:

— Нет, Вирена, я не буду тебя сегодня целовать.

— Почему? — обиженно вырвалось у меня прежде, чем я успела подумать. Мужчина усмехнулся открытее, нахальнее и сообщил:

— Я не такой мерзавец, чтобы пользоваться ситуацией. Ты поцелуешь меня сама, и не тогда, когда мы чудом избежали смерти.

— Ну, это сильно вряд ли, — сказала я. — Без сугробов и глинтвейна я рассудительна и не поддаюсь сиюминутным странным желаниям.

— Тем интереснее, — отозвался Нокс и велел: — А теперь спи. Тебе нужно отдохнуть. Завтра с утра постараемся отсюда выбраться. Надеюсь, помощь к этому времени успеет.

Ночью мне было холодно, несмотря на тяжелую и теплую шкуру. Пробирал озноб. Проснулась в темноте. Единственным источником света был догорающий камин. В попытках согреться я перебралась ближе к Ноксу и даже обняла его за талию. Рука мужчины по-хозяйски покоилась на моих плечах. Наверное, в другой ситуации меня смутила бы подобная поза, но сейчас было так плохо, что совершенно не хотелось обращать внимание на подобные мелочи.

— Вирена? — Нокс вздрогнул, просыпаясь, и попытался отстраниться от меня. Но замер. Дотронулся рукой до лба и с тревогой произнес.

— Да ты вся горишь!

— Похоже, немного простыла, — прохрипела я, понимая, что дрожь мешает нормально говорить.

— Думается, не немного, — обеспокоенно произнес Нокс, все же отстранился и выбрался из-под шкуры. Стало еще холоднее, и меня начало сильнее трясти. Голова раскалывалась, перед глазами плыло. Я чувствовала себя глубоко несчастной и больной. Глинтвейн не помог.

Нокс вернулся, подкинул дров в камин и снова вышел. А мне от расстройства захотелось плакать. Я, конечно, и раньше болела, но не помню, чтобы когда-то так сильно.

Магистр вернулся с прохладным компрессом на лоб. Но мне было так холодно, что я послала магистра непечатным словом, едва холодная тряпка коснулась пылающей кожи. Температура неуклонно ползла вверх, я это чувствовала по тому, как сжимаются от судорог мышцы. Не помогали ни компрессы, ни магия.

— Демоны тебя задери, Вирена! — ругался Нокс. — Я ведь не лекарь, и тем более не целитель. Даже ты со своим универсальным даром, пожалуй, смогла бы оказать помощь лучше.

«Интересно, а кто он? — мелькнула в голове мысль. — Боевик или стихийник?» Другие варианты я даже не рассматривала. Наверное, боевик, не зря же воевал. Да и двигается он как хищное животное. Видно, что за плечами годы тренировок. Впрочем, стихийников тоже тренируют…