Обычная девушка - Делия Росси

"А когда ты, вообще, хоть на что-то обращал внимание?" — съехидничал внутренний голос.

Ну, да. Да. Он — равнодушный мудак.

Доведенный до ручки он психанул. Что за долбанный психоанализ? На хрена ему это мозгопарство?

Хватит. Прекрасная у него жизнь. И он не собирается менять ее на все эти розовые сопли. Жил же как-то без любви и дальше проживет. Вон, Ленке позвонит и завеется с ней на Мальдивы. Или на Ибицу. И забудется в жарком угаре южного солнца, грохочущей музыки, обнаженных женских тел и текилы.

— Дмитрий, ты к нам надолго? — вклинился в его размышления вопрос Строгова.

— Да, не, сегодня уеду, — ответил он, решив претворить свой план в жизнь немедленно.

— Я хотел с тобой поговорить, — остро взглянул на него Сергей Леонидович.

— Давайте, в следующий раз, — отмахнулся он. — Сейчас, реально, некогда.

— Что ж, — в голосе Строгова послышалось разочарование. — Ладно. Потом, так потом.

— Ма, ты прости, мне уже бежать нужно.

Дмитрий решительно поднялся из-за стола и подошел к матери.

— Все было очень вкусно, — поцеловав ее в щеку, шепнул он.

— Да, ты, толком, и не попробовал ничего, — расстроенно произнесла мама.

— Дядя Митрос, а чего ты так рано? Я думала, ты моего щенка увидишь. Деда сказал, что его после ужина привезут.

— Не, Маруська, ты мне своего зверя потом покажешь.

— Когда? — тут же уточнила крестница и посмотрела на него каким-то особым, проницательным взглядом.

Вот же ж… Уникум. Даром, что кроха, а улавливает любые эмоции почище радара. И не скрыть от нее ничего.

— Скоро, Мару. Вот, вернусь из поездки и сразу к тебе.

— Ладно, — смилостивилась егоза. — Только не забудь. А то, ты всегда только обещаешь, и никогда не делаешь. А папа говорит, что свое слово нужно держать.

Чтоб твоему папе. Нашел, чему дочь учить. Получается, он, в глазах крестницы, балабол?

— Я обязательно приду, Марусь, — серьезно ответил он и рванул из комнаты.

Хотелось исчезнуть из этого уютного семейного дома, в котором все любили и были счастливы. Уйти, как можно быстрее. Бесчувственным изгоям, типа него, в таких домах нет места.

Он хлопнул дверью и поежился, от охватившей тело прохлады. Черт. Куртку забыл. А, ладно. Что тут до машины осталось?

— Митрос, ты куда?

Костя, отстранив на секунду телефон, посмотрел удивленно.

— Мне пора, — коротко ответил он. — Дела, брат, дела…

— Ты мне тут цитатами не сыпь. Что случилось?

Костас посмотрел на него тем же взглядом, что и крестница, и тихо сказал в трубку:

— Я чуть позже перезвоню, родная.

А потом, подошел к нему и коротко приказал:

— Рассказывай.

— Да, чего рассказывать? Ты же знаешь, что у меня никогда ничего серьезного не происходит. Бабы, гулянки, выпивка. Все, как всегда.

Он попытался увильнуть от разговора, но Костя не позволил.

— Митрос.

В голосе брата прозвучали требовательные нотки. Вот, черт. Теперь не отвяжется.

— Да, ничего серьезного. Так, хандра какая-то напала.

Он усмехнулся, хлопнул брата по плечу и добавил:

— Не бери в голову, пройдет. Погода паскудная, вот, и тянет душу.

— Мить, а она у тебя есть?

Костя посмотрел на него так, что он на секунду замер, а потом, полез в карман за сигаретами. Курить хотелось давно, но при Маруське он сдерживался. А теперь вот торопливо затянулся и хрипло спросил:

— Кто?

— Душа, — серьезно ответил брат, но в синих глазах, так похожих на его собственные, мелькнули веселые искорки.

— Да, пошел ты, — выругался Митрос. — Придурок.

— Ладно, не злись, — примирительно хмыкнул Костас. — И послушай бывалого человека. Найди причину своей хандры и попытайся с ней разобраться. Иначе, так и будешь мучиться.

— Ты уверен, что она есть, эта причина?

Он с небрежной ухмылкой посмотрел на брата, но тот не повелся на его мнимую браваду.

— Не лги самому себе, Мить, — просто ответил Костас.

И он сдулся. Вот, моментом почувствовал, как уходит кураж, как пусто становится на сердце, как муторная хрень снова заползает в душу.

— Ладно, Кос, — сдался он. — Ты прав. Я тут недавно девку одну встретил. Странную. Не знаю, из-за нее или нет, но как-то по-другому на свою жизнь посмотрел.

— И что жизнь?

Костя глядел на него без насмешки. Серьезно и вдумчиво, как в детстве, когда он вываливал на брата рассказы о своих похождениях.

— Дерьмовая она у меня, — горько признал Митрос. — Вон, у тебя Катюха с Маруськой, родители. Даже собаки. А я… Один.

— А эта девушка… Кто она?

Брат не стал разубеждать. Задал вопрос по существу.

— А хрен ее знает. Говорю же, случайно встретились.

Он смущенно хмыкнул и тут же постарался скрыть это смущение за нарочитой грубостью.

— Знаешь, мышь серая, обыкновенная. Ни кожи, ни рожи. Художница. Я ее на Арбате увидел.

— И что?

— Да, ничего. Мы с ней толком и не разговаривали. Я у нее картину купил, Лельке на днюху, так, парой слов перекинулся и все.

— Не виделись больше?

— Недавно у Ленчика ее встретил, — неохотно ответил он. — Она ему портрет приносила. Ну, я попробовал с ней заговорить, а эта дура посмотрела на меня, как на пустое место, и ушла.

Он не стал рассказывать брату, что попытался подкатить к девчонке. А что? На мордочку она ничего была, да, и хотелось рассмотреть, что за фигурка под ее балахонами скрывается. Ну, и зажал в коридоре, когда эта недотрога от Ленчика вышла. А та на него так посмотрела… Вот, с того взгляда все и началось.

Он поднял глаза на брата. Вот, как тому удается всегда найти суть проблемы? Он уже месяц бесится, не может понять, что происходит, а Костас всего пару вопросов задал — и на тебе. Настоящая причина нашлась. И, главное, так ведь всегда было. С детства.

— Слышь, Кос, а ты в психоаналитики не хочешь пойти? — задумчиво глядя на брата, поинтересовался он.

— Нет, Митрос, — усмехнулся Костя. — Мне не интересно в чужих мозгах копаться.

— Ну, да, ну, да, — издевательски протянул он и посерьезнел. — Ладно, спасибо тебе. Пойду.

Костас молча кивнул и снова взялся за телефон.

— Мить, а ты все-таки девушку ту найди и пообщайся поближе, — так и не нажав дозвон, посоветовал ему брат. — Уверен, это поможет.