Практика - Наталья Самсонова

— Феи исчезли даже здесь, — задумчиво произнес Кигнус.

— А на Земле остались. И не так мало. Там и колдуны есть, — она покачала головой, — у кого есть фея тот и колдун.

— Давай по порядку, — попросила я.

— Я очнулась в твоем исцеленном теле и почувствовала в себе магию. Вкусную и светлую, как лесной родник. И конечно я захотела оставить ее себе. У меня появились крылья, изумительные и прекрасные. Я научилась их убирать или напротив, проявлять. А после пришел человек, мужчина, назвавший меня своим хозяином. Он потрясал старым пергаментом, и я не смогла ему противиться. Не потому что испугалась, а просто не возникало и тени мысли о сопротивлении.

Она вновь сделала перерыв, чтобы надышаться.

— Около сотни лет назад фейской вольнице пришел конец. Люди вновь открыли ритуал позволяющий отнимать их силу. Секс и руны, — Лаура покачала головой, — унижение и боль. Твоя бабушка отреклась от крыльев — ее вариант договора это позволял. Поэтому мне было не добраться до пергамента. Он боялся, что и я отрекусь. А если отречение происходит два раза, то в этом роду феи больше не рождаются.

— Но ты нашла документ? — спросила я.

— С большим трудом, — она дробно рассмеялась. — Я читала его несколько недель — не могла взять в руки или вытащить, приходилось подсовывать зеркальце и читать так. Колдун следил за мной, не доверял. Считал, что... как же это выражение? От осинки не родятся апельсинки, вот. Михаэль мой сын, только мой. Я не считаю отцом того урода, что неволил меня. И я хочу домой. Вы должны мне помочь.

— Не должны, — возразила я. — Мы можем помочь. Но не должны.

— Убеди нас помочь тебе, — широко улыбаясь сказал Кигнус.

Нахмурившись, я посмотрела на Кигнуса. Что за игру он ведет? Отправить Лауру обратно и дело с концом! Она не по своей воле сюда пришла и рвется домой.

— И что же тебе может дать химера лишенная возможности передвижения? — едко спросила она. — Ты вроде не Диавол, чтобы души забирать. Да я ее тебе и не отдам. Мне все равно, поможете вы мне или нет. Это тело рассыплется прахом за несколько недель, ослабнут печати, и я вернусь на Землю. Вот только мой мир уже начнет движение, и когда я выйду из комы, Михаэлю исполнится шестнадцать или семнадцать лет. Я это переживу, смирюсь, привыкну.

Она говорила зло, едко. Все ее иссушенное тело тряслось от негодования.

— Но вас не прощу. И если мне представится случай — отомщу.

— За что? — с живым любопытством спросил Кигнус.

— За что, — повторила Лаура. — За то, что позволили леди фон Сгольц вытянуть меня сюда, за то, что позволили узнать об обмене. Это — ваша зона ответственности. Когда меня поймал колдун я стерпела все, что он со мной сделал. А ведь могла откупиться знаниями своего прошлого мира. Могла открыть им путь сюда. Но я решила свои проблемы сама. Ведь мое новое тело, моя новая семья и этот мир — в моей зоне ответственности. А ты, Рысь, ты думала об этом? Думала обо мне и о себе? Ты хотя бы пыталась сохранить тайну?

Стало стыдно. На самом деле я даже не задумывалась о том, что из-за меня может пострадать Лаура. Ну ушла и ушла. Другой мир не соседняя деревня. А вышло так, что другой мир оказался ближе другого города.

— Тот человек, колдун, он плохо с тобой обращался? — тихо спросила я.

— Я попала от одного одержимого сексом хозяина к другому. Но на самом деле, все могло быть хуже. Я ведь сказала: «секс и руны» и «унижение и боль». Он предпочитал первый вариант и даже в некотором роде заботился обо мне. Но я этим всем была сыта по горло и даже магия не могла меня примирить с положением ценной, бесправной игрушки. Он предлагал мне украшения, дорогую одежду и деликатесы. У меня все это уже было.

— А потом ты забеременела? — мне было до дрожи интересно узнать чем и как живете моя семья.

— Да и одновременно узнала, что у феи рождается фея. Что у каждого колдуна есть контракт — отец не может пользовать дочь — по которому уже определен хозяин. И что только отказ от силы может сменить не рождённому ребенку пол. Я не сомневалась ни секунды.

Химера замолчала. Она глубоко дышала насыщая свое изломанное тело кислородом. Она высказала все, что накипело, и я признавала — логика есть. И то, что я об этом даже не задумалась... Помимо всего прочего это недоработка еще и Лауры. Откуда мне было знать, что портал можно открыть еще раз? И еще и еще? И что это больше похоже на стандартное путешествие, чем на эксклюзивный шанс? Маги шастают между мирами как тараканы между квартирами, а я виновата.

— Есть и ум и характер, — хмыкнул Кигнус, — странно, что ты не смогла достойно устроиться в родном мире. Не сверкай глазами, я не собирался заставлять тебя платить. Мне нужно было посмотреть на твою реакцию.

— Зачем? — коротко спросила она.

— Чтобы знать, кого я приму в род. Твой сын по достижению шестнадцати-семнадцати лет должен уйти в этот мир. Где я лично буду его обучать.

— Мой сын обычный человек, — жестко отрезала Лаура. — Я сделала все, чтобы оградить его от посягательств колдунов.

— Твой сын светловолос, довольно маленького роста для своего возраста. Слишком худой и необщительный, — начал перечислять Кигнус. — Больше всего он любит забраться куда-нибудь в одиночестве и сидеть часами.

— Аутист? — удивилась я.

— Некромант, — усмехнулся легендарный. — Родство оно не только в крови. Наши души несут печать дара. Магия изначально одинаковая и лишь наша душа может изменить ее окрас. Некромант или огненный маг, стихия воды или земли — это все в человеке. Эльфов избирают стихии, но так они и не люди. Ты, Лаура, должна была родиться некромантом. Но у тебя не было силы — фон Сгольц были качественно прокляты. Однако получив силу на Земле... Если бы ты не поторопилась, твой колдун был бы очень сильно удивлен.

— Я тебе не верю, — тихо-тихо сказала химера, — ты врешь.

— Я знал, что ты здесь, в этом мире. И искал тебя через узы духовного родства. Но вместо тебя зеркало упорно показывало мне двух других людей. Рысь и маленького, худого блондина. Мальчик не ест шоколад, верно? А еще он поднимает стрекоз и червей. Сразу видно двойное родство с Рысью. Кровь и дух оказывают влияние даже в другом мире.

— Я ничего не замечала.

— Он боится, потому и не говорит с другими, потому и прячется. Я привез книги, — Кигнус серьезно на нее посмотрел, — тот мир жесток. Подумай, где смогут использовать такого вот нелюдимого Повелителя Трупов?

У меня даже горло перехватило от открывшихся перспектив. Лаборатории, военные и научные, научно-военные и... И господи, сколько всего придется пережить этому ребенку. Подпитывать магией колдунов и хорошо если через боль и унижение, лечить и поднимать армии мертвых. Чтобы в итоге быть убитым агентами вражеских спецслужб. Или похищенным и впоследствии убитым агентами наших спецслужб.

— Я все сделаю, — хрипло произнесла Лаура. — Где-то через три года по меркам этого мира я открою портал.