Практика - Наталья Самсонова

— Ушел, я пытался навязаться следом, так он меня так душевно послал, — Вьюга восхищенно присвистнул, — что я даже не сразу понял куда, как и главное, в каком количестве.

— Он смог тебя удивить? — хихикнул Верен.

— Безмерно, — выделался Вьюга.

— Может завел кого? — предположила я, — а что? Мы частенько стали в эльфийский квартал заглядывать. А девчонки там на любой вкус.

— Ему бы веселую да верную, — хмыкнул Вьюга.

— Ага, невысокую и яркую, — поддакнула Кариса.

— Под это описание полгорода подойдет, — отмахнулась я. — Верен, ты сделал то, что я просила?

— И Верен сделал, и я, — вместо алхимика ответила волчица. — Только зачем тебе перерисованные камни из этого клятого «жизнеописания». Оно, кстати, весьма неприятно пахнет.

Кариса встала, дошла до навесного шкафчика и достала свернутые в трубку листы.

— Держи, мучительница. Мой позвоночник очень-очень тебе благодарен за дополнительную нагрузку.

— Рис, ты оборотень, на тебе пахать можно, — фыркнула и, развернув листы, кивнула сама себе.

Дело в том, что буквально пару дней назад я заметила, что у меня очень сильно болят глаза. Всякий раз как открывалась страница с описанием «заклятых камней дарованных воющим небом» по глазам, будто жаром полыхало. Поначалу это можно было списать на глубокую ночь и раздражение от тусклого света. Но два дня назад я нашла время, чтобы почитать днем. Тогда же мне и пришло в голову, что мы можем видеть разный текст. От фолианта ощутимо фонило магией, но при этом никакие заклятья обнаружить не удалось. Тогда решили, что это из-за нахождения в месте силы или эманации от соседней (предположительно колдовской книги).

— Ну что, не зря корпели? — потеребила меня нетерпеливая Кариса.

— Мне тоже не терпится понять, что ты там такого видишь, — согласился алхимик.

— Вы срисовывали с одной страницы, а рисунки у вас разные, — терпеливо пояснила я.

— Что за глупости?

— Кариса отвернись, Верен опиши, что ты видишь.

— Овал, светло-сиреневый оттенок, в центре треугольник в треугольнике другой треугольник, только перевернутый, — устало перечислил алхимик.

— Вовсе нет, — подпрыгнула Кариса, — там ярко-алый круг, в центре тоже круг и в круге круг и... Короче там круг в круге повторяются до точки.

— А я вижу три рисунка, два вами описанных и третий — широкая лепешка, в которой есть выемка под оба камня. И в жизнеописании камни тоже во множественном числе. Мне кажется, это имеет смысл.

— Да, но эти камни описываются в самом начале, потом она долго и уныло живет в графстве и только потом, к шестой главе появляется крепость, — возразила Кариса.

— Просто попробуем поискать что-то, — я протянула им по два листа, — здесь я зарисовала все, что смогла увидеть.

Я заварила на всех чай, достала печенье и успела только помечтать о вкусном ужине — стук в дверь сообщил о прибытии гостя.

Этим гостем оказался Рой. Он раздал наши работы, подчеркнул, что в скором времени для нас будет выделено учебное время и посоветовал чаще ходить в библиотеку.

— Да мы на прошлой неделе все выходные там провели! — взвыл Вьюга.

— И что читали? — живо поинтересовался Роуэн.

— Ну, пара романов и жизнеописаний, — смутился боевой маг.

— И какое влияние эти книги оказали на ваш некротический дар?

— Самое прямое, — вместо Вьюги ответила я, — мы готовимся к поездке по шести крепостям.

— И ищете информацию в приключенческой литературе? Что-то меня это тревожит.

— Да что вы, декан, нас не знаете? Все будет хорошо, — утешила его Кариса, — сами вляпаемся и сами расхлебаем!

— Это-то и пугает, после вашего «расхлёба» придется заново крепости перестраивать, — вздохнул Рой.

— Зато можно будет сменить интерьер, — улыбнулась я, — говорят, крепости давно не обновляли.

— Это уже почти в прошлом. Его Величество подписал смету, так что начиная с шестой крепости пойдет перестройка. Иначе в один из далеко не прекрасных дней Империя обезлюдеет. Рысь, ты собрана?

— Да, а куда мы?

— Секрет.

Рой еще раз напомнил ребятам, что им нужно перепроверить свои работы и выписать ошибки. Затем витиевато попрощался с выглянувшей госпожой Лоссен и, вытащив из кармана черную ленту, поманил меня к себе:

— Веришь мне?

— Умеренно, — хмыкнула я, но позволила завязать глаза.

— Вечно ты не правильно отвечаешь.

— О, возлюбленный мой, светлоокий и белолицый, сердце свое и тело свое укладываю к ногам твоим. Доверие мое безгранично как небо, как воздух, как Великий Лес, — тут же пропела я.

— Первый вариант мне нравился больше, — хмыкнул некромант и помог мне сесть в машину.

— И тут я задумалась, о, мой капризный возлюбленный, а если жизнь после свадьбы? А то вот не угодишь пару раз и все, где-нибудь в лесу буду с гарпиями переругиваться.

— Чувствую, Рысь, что с гарпией переругиваться буду я, причем всю жизнь, — буркнул некромант.

Я только посмеялась и принюхалась. В салоне приятно пахло цветами, какими-то медовыми сладостями и еще чем-то алхимическим. Последний запах был почти неотличим.

— Ты хоть говори, мимо чего мы проезжаем.

— Посмотрите направо и увидите здание городского крематория, — отозвался некромант.

— А дальше будут три лавки с похоронной атрибутикой и Грязные Ворота, — припомнила я, — если мы в ту сторону едем.

— Именно в ту, — подтвердил Рой.

— В таком случае кубок года за самое оригинальное романтическое свидание получает Роуэн Данкварт, — проворчала я.

Он хмыкнул. И, где-то минут через двадцать притормозил, оплатил ночной выезд из города и еще спустя десять минут остановил мелдо. Вышел, открыл мою дверь, помог мне выйти и шепнул:

— Надеюсь, ты меня простишь.

От этих слов меня пронзил озноб. Черная повязка слетела на землю.

— Ярко и людно, — оценила я, — что происходит?

— Наша свадьба, — виновато улыбнулся Роуэн. — Я вообще планировал романтичное свидание на близлежащем кладбище. Там умертвие поднялось, совместили бы практикум и поцелуи. Но Кигнус принес дурные вести и пришлось жениться.

— Я ничего не понимаю. Прям как героиня дешевого романа — кто я такая, где моя родословная и деньги? — не смешно пошутила я.

От огромного костра к нам подошел Кигнус.

— Я объясню, — властно произнес легендарный и поманил меня к себе. — Дело, на самом деле, простое — графа ди-Ларрон поставили в особую позу. Он должен женится, после чего через три месяца представить жену. Тебя. Но если ты откажешься, уже подобрана дивная оборотница с родословной и верительными грамотами. Воспитывалась в глубине Леса, знает, как правильно вести себя с мужчиной. И убеждена, что графство должно принадлежать оборотням. Поэтому я не спрашиваю, я говорю — сегодня ты выходишь замуж.