Одиннадцать сребреников - Роберт Линн Асприн

— Пожалуйста, не сейчас! Не в этом месте!

— Сперва я должен кое-что сделать, — ответил Шедоуспан и вынул ибарский клинок. — Гайсе, не пытайся остановить меня!

Гайсе пожал плечами:

— Я и не подумаю останавливать тебя, даже если ты захочешь уничтожить весь этот колдовской хлам. Однако господин Аркала вряд ли это одобрит!

— Я не собираюсь уничтожать имущество Корстика. Надо избавить человека от мучений.

Однако, подойдя к Тьюварандису, Ганс сразу понял, что седовласый фиракиец уже мертв.

— Должно быть, Корстик наложил на него заклятие нежизни, — пояснил Аркала. — Это заклятие умерло вместе с Корстиком. И Тьюварандис тоже.

— Но… — вмешалась Мигнариал, — но коты остались прежними…

— Это совсем другое дело, — тихо ответил Аркала. — Заклятие, наложенное на Тьюварандиса, было временным. Корстик не сделал его постоянным. Я думаю, что сегодня ночью в Фираке перестали действовать многие заклятия! Однако коты появились не в результате заклинания — это просто коты, по крайней мере телесно. Очевидно, единственное заклятие, наложенное на Нуриса и Шурину, касается их самосознания. И потому они больше не могут осознавать себя людьми. Но поскольку это было постоянное заклятие, наложенное много лет назад, то я полагаю, что оно продолжает действовать. И ни один маг не сможет извлечь человеческие ипостаси из тел животных — ведь собственные тела Нуриса и Шурины давным-давно уничтожены.

Ганс вложил в ножны свой ибарский клинок и подобрал метательный нож, который запустил в Корстика, ворвавшись в кабинет.

— Заклятия! Давайте уберемся из этой дыры!

Они спустились вниз по лестнице. Мигнариал несла Радугу на руках. По пути Аркала сказал:

— Я приглашаю вас всех к себе в гости. Нам надо немного поговорить.

— Благодарю вас, господин Аркала, — ответил Гайсе. — Но, как вы легко можете догадаться, у меня есть и другие обязанности.

Ганс спросил:

— У вас там найдется выпить? Что-нибудь покрепче пива?

— Найдется.

— Отлично. Ой, но нам все равно надо зайти к себе домой. Я хочу проверить, ты знаешь что, Мигни.

— Мы захватили с собой монеты, — бросил через плечо Аркала, — и табличку тоже.

— Понятно, — без энтузиазма откликнулся Ганс и подумал: «Этот колдун знает все. Боги! О боги отцов моих, как я ненавижу колдовство!»

* * *

Аркала жил в городе, в Северных Вратах. Его большой дом, расположенный посреди обширного сада, находился в дальнем конце улицы Амброзии, в тени высоких деревьев. Как ни странно, он был соседом Тетраса-менялы. Вскоре Ганс и Мигнариал поняли, что Аркала любит полы, выложенные цветной плиткой и мозаикой и не любит ковров, а креслам предпочитает диваны и кушетки. Невысокая женщина средних лет сообщила Аркале, что дети в порядке и уже давно спят. То, что у мага есть дети, оказалось для его гостей немалым сюрпризом. Эта же женщина налила ночным гостям вина, а потом без малейшего удивления исполнила странную просьбу Ганса: принесла кувшин пива и миску. Вскоре Нотабль сосредоточенно лакал свою «награду».

Тем временем Аркала удалился в другую комнату с пестрой кошкой на руках. Он дал понять, что ему нужно остаться с ней один на один. Ганс немедленно исполнился подозрений, однако Мигнариал была совершенно спокойна, а вино оказалось превосходным.

Когда маг вернулся к своим гостям, он остановился, глядя на то, что лежало на низком столике с узорчатой крышкой возле кушетки, накрытой золотисто-зеленым покрывалом. Аркала знал, что означают эти две серебряные монеты и складная вощеная дощечка. На дощечке теперь красовалось одно-единственное имя.

— Остался некто по имени Ильтурас, — произнес его гость, — и еще один человек.

Он обращался к Мигнариал или к себе самому, но оба подняли взгляды, когда Аркала вошел в комнату. Ганс был невероятно удивлен, увидев, что человек, ставший теперь самым могущественным магом в Фираке, снял сапоги и запросто расхаживает по дому в какой-то обуви.

— Как ты и сказал, Ганс, у нее расколот череп. Я дал ей немного ладана, который иногда помогает. И еще наложил заклятие, которое снимает боль — возможно, оно подействует даже лучше ладана. Теперь она либо поправится сама, или же нет. К сожалению, должен сказать, что сомневаюсь в исходе болезни. Итак, осталось всего две монеты. Это означает, что двое наемных насильников Корстика еще живы. Где они — неизвестно. Как ни жаль, я никогда не слышал о человеке по имени Ильтурас. Однако вы, мои отважные южане, должны узнать еще кое о чем.

Аркала налил себе вина и сел лицом одновременно к обоим своим гостям.

— Для начала скажу вам, что вы оказали Фираке огромную услугу. Рискуя проявить чрезмерную любовь к высокому слогу, добавлю, что вы, возможно, оказали услугу всему человечеству. Уже много лет назад некоторые из нас знали, что Корстик достиг поистине запредельного могущества, и даже союз нескольких магов не сумеет сравниться или справиться с ним. Мы сознавали, что он может захватить полную власть над Фиракой, если захочет этого. Мы знали также, что рано или поздно он сделает это и будет править городом. Помимо всего прочего, Мигнариал, он ненавидел и презирал с'данзо. Всех с'данзо, совершенно безрассудно. В своде законов Фираки пять законов напрямую касаются с'данзо и были созданы специально для них — точнее, против них. Все эти законы провел через Совет Корстик. Он так целеустремленно и яростно защищал и навязывал эти законы, что никто не осмелился долго противоречить ему. — Аркала глотнул вина из своего золотистого кубка, украшенного серебром. — Клянусь самим Пламенем, что скоро эти законы будут отменены!

Ганс спросил:

— Почему же он столь сильно ненавидел с'данзо?

— Я знаю, — тихо ответила Мигнариал. — Шурина была… Шурина — с'данзо.

— Ты мне этого не говорила!

— Я этого не знала раньше, Ганс. Это.., это просто осознание. Именно поэтому мы с ней могли общаться. Этому она среди всего прочего научилась, пока была женой Корстика.

— Корстик был очень умным человеком в одних отношениях и весьма неразумным — в других, — заметил Аркала.

— Корстик был безумным чудовищем! — фыркнул Ганс. Аркала пожал плечами.

— Если твой кубок пуст, Ганс, налей себе еще» вина. Ганс так и сделал.

— Два года назад, — начал Аркала, — кое-кто из нас убедился, что Корстик желает стать диктатором Фираки и что вскоре он приступит к осуществлению своего плана. К этому времени один из моих товарищей съездил в Баабду и привез оттуда один предмет, который мы сделали втайне от всех. Этот предмет должен был помочь нам остановить Корстика. С величайшей осторожностью мы начали распускать слухи, постаравшись, чтобы они дошли до Корстика. Слух гласил, что я обрел некий талисман, обладающий огромной магической силой. Было очень забавно время от времени осознавать, что меня пытаются потихоньку расспросить, что-то выведать у меня окольными путями. Я действовал весьма тонко, даже отрицал все — стараясь, чтобы отрицания выходили малоубедительными. И мы достигли своей цели: Корстик и его союзники были убеждены, что я действительно владею подобным предметом. Это посеяло в душе Корстика достаточно сомнений относительно моей силы, и он решил отказаться от своей попытки захватить власть. По крайней мере, отложить ее до тех пор, пока он не узнает побольше о таинственном талисмане или.., не заполучит его.