Перевернутый город - Ханна Мэтьюсон

– Попридержите коней, молодой человек. У меня теперь вопрос к вам. – Йорн, глядя на Файфа, искривил рот в злой усмешке. – Мне бы хотелось знать про ваш первый поцелуй, – сказал он, облизнув языком губы.

– И какая вам польза от этого знания? – спросила Ильза.

– Платить или нет – ваше дело. Свою цену я озвучил.

Хмурясь, Файф протянул руку Йорну. Прикосновение оракула было коротким, и после него на губах мужчины заиграла довольная улыбка.

– Ни разу? У такого очаровательного юноши? Вы еще молоды. Все будет. Не стоит отчаиваться.

Файф медленно выдохнул, но это не помогло ему справиться с краской, залившей его лицо.

– Когна, – сказала Ильза. Слово прозвучало более настойчиво, чем хотела девушка.

– Да, конечно. Некоторые считают, что Когна – бог. Другие – что гений. Мы все вырабатываем ранние механизмы, чтобы контролировать Видение в той или иной степени. Обладающие выдающимся умом оракулы имеют в этом больший успех, нежели те, кто глуп, естественно. Контроль Когны был сильным изначально. Обучение прошло быстро. Ребенок в качестве подмастерья провидца – выбор необычный, должен сказать, но думается, то был единственный способ держать Когна под контролем.

– Что вы хотите этим сказать?

Йорн обратил свое внимание на Ильзу.

– Насколько близко вы были к смерти? – спросил Йорн.

Ильза уже вытянула руку, которую оракул на этот раз держал дольше. Чтобы отвлечься от мыслей о бесчисленных днях, когда у нее не было ни крошки еды, или о том времени, когда удары розгами были слишком глубокими, Ильза рискнула бросить взгляд на Файфа. Его смущение сменилось раздражением, которое могло бы соперничать по силе с раздражением Элиота.

Йорн нахмурился. Возможно, это было проявлением сочувствия.

– Похоже, что смерть – ваш близкий друг.

– Предпочитаю думать о ней, как о навязчивом поклоннике.

Йорн рассмеялся.

– Ваш поклонник добьется своего рано или поздно, – сказал оракул, снова окинув Ильзу взглядом, пробирающим до дрожи. – Когна – омник.

– Что это еще такое?

Файф покачал головой.

– Я никогда не слышал об омниках.

– Потому что они несравненно редки. Когна – первый омник, рожденный в этом городе, в Альбии, и, я бы даже рискнул побиться об заклад, на континенте. Омник может узреть не только возможное будущее, но и все его вариации, – сказал Йорн, широко раскинув руки в стороны.

– А разве для этого надо быть оракулом? – спросила Ильза. – Разные версии будущего и всякое такое? Я о том, что я тоже могу видеть разные версии будущего. В одной из них мы с Файфом уходим довольными, потому что вы нам помогли. В другой я вам разбиваю лицо. – Ильза улыбнулась. – Гипотетически, конечно.

Файф наклонился к ней.

– Мы разве с тобой не обсуждали, что нужно держать себя в руках?

– Это философия, Файф, я не лезу в драку.

– Юная леди права, – сказал Йорн. – Поставьте омника среди нас, и наше Видение станет посмешищем.

– Но вам все равно известно возможное будущее, даже если оно меняется, в то время, как мы с Ильзой можем только гадать, что нас ждет. В чем смысл видеть все возможные версии, которые никогда не станут действительностью?

Йорн поднял руку и медленно сжал ее в кулак.

– Контроль. Обычный оракул узрит лишь вероятность, податливую и абстрактную. Никто из нас не может сказать, что и как изменит эту вероятность. Но Когна… Когна знает, как сделать желаемое будущее реальностью.

Ильза подавила в себе желание покоситься на Файфа. Какое будущее Когне хотелось сделать реальностью, объединившись с Гедеоном?

– Именно поэтому другие оракулы не могут узреть подмастерье. Мир и его возможности меняются вместе с перемещениями Когны. – Йорн прищурился, глядя белыми глазами на Ильзу. – И это то, благодаря чему вы живы, красавица.

Мысли Ильзы снова завертелись вокруг многочисленных случаев, когда она оказывалась на волосок от гибели.

– Меня даже не было в Уизерворде несколько недель назад. Что Когне известно обо мне?

– Хороший вопрос. Возможно, ваш спутник поможет мне на него ответить, – взгляд оракула метнулся к Файфу. – Что вы сказали в последний раз тому, в кого влюблены?

Ильза усмехнулась.

– Ад нечестивый! Вам действительно нужно это знать?

– Что я могу сказать? Мне нравится наводить шорох.

Девушка не знала, что можно ответить на подобное заявление. Файф спокойно посмотрел на Йорна.

– Я ни в кого не влюблен, – сказал он. Это было ложью.

– Давайте я сам буду этому судьей. – Йорн протянул руку, и Файф с неохотой вложил в нее свою ладонь.

Ильза невольно подумала о том, смогла бы она понять, к кому Файф испытывал чувства, если бы наблюдала за ним дни и ночи напролет. Но это было неважно. Кто бы ни занимал особое место в сердце мальчика, он не хотел об этом говорить, поэтому Ильза не желала этого знать. Она уже была готова вмешаться, предложить какой-нибудь другой секрет из своих, но руки Йорна и Файфа в этот момент разъединились, и оракул с улыбкой, полной веселья, поднял голову.

– Ты не в его вкусе.

– Это и есть плата? Мы должны вас развлекать? – сорвался Файф. Он резко вскочил на ноги, и Ильза последовала его примеру. – Ответьте на наш вопрос, и мы пойдем дальше.

Йорн продолжал улыбаться, непринужденно закинув ногу на ногу.

– Мы всегда знали о вас, Ильза Рейвенсвуд, – сказал он, продолжая смотреть на Файфа. – Материи между мирами недостаточно, чтобы утаить вас от оракулов. Череду событий, которая привела к первой попытке вашего убийства, как вам известно, начал Когна. Благодаря ему же метаморфы узнали о том, что вы живы.

Глаза Ильзы расширились.

– Это Когна отправил посланника с сообщением обо мне.

– Да. Прежде, чем покинуть храм с вашим братом, подмастерью удалось оградить вас от опасности. В данном случае вас должен занимать единственный вопрос – «почему?». Какой прок от вас Когне? С этим я вам помочь разобраться не могу.

– Тогда мы закончили, – сказала Ильза. – Не будем отнимать у вас время.

До того, как они успели уйти, Йорн тяжело вздохнул и встал из кресла. Когда он посмотрел Файфу в глаза, выражение его лица смягчилось.

– Не бойтесь любви, мальчик мой. Она может сильно ранить, но она – лишь раб в вашем подчинении. И за этого раба не нужно платить.

Файф со своими неизменно хорошими манерами, судя по всему, принял последние слова оракула за извинения и протянул руку для рукопожатия. Когда их пальцы соприкоснулись, Йорн, словно против собственной воли, вцепился в ладонь Файфа. Его глаза задвигались так, как если бы он видел сон, выражение лица стало расслабленным. Уже через секунду Файф в испуге отдернул руку, и оракул ахнул.