Диктатура Евы - Ирина Успенская

Все произошло так быстро, что Ева ничего не поняла. И если первый раз она, шутя, попросила таля воды разбросать драчунов, то в этот раз просить было некогда, в этот раз она приказывала. Коротко, жестко, емко.

— Спаси!

Одно слово подкрепленное приказом на неизвестном языке. Слова сами возникли в голове, будто она их знала всегда и Ева, не задумываясь, вытолкнула их через пересохшие губы. Зато и откат от этого действия был намного сильнее. Таль воды не ушел просто так, он коснулся герцогини своей энергией, словно туман окутал кожу и отхлынул, унося с собой часть жизненных сил. Это была плата за помощь.

Пелена с глаз схлынула, и Ева вновь смогла дышать и анализировать происходящее и первое что почувствовала — это цепкие когти на плече.

— Вот и все, иномирянка, ты приняла силу, — удовлетворенно прощелкал клювом Гектор. — Обратно пути нет. Теперь ты готова к обучению.

Ева лишь отмахнулась от него, следя, как Ульям стучит по спине младенца, опустив ему голову вниз. Все притихли и в полной тишине сильный грудной голос начал нараспев читать молитву Заступнице:

— Сестра-заступница яви чудо, спаси дитя неразумное, огради от мрака и тьмы…

Молитву подхватили женщины, затем к ним присоединились мужские голоса, вплетая многоголосие в мелодию веры. Ева почувствовала, как вокруг колодца вихрятся спирали силы, мощной, удивительной, странной. Она оглянулась. Бальтазар стоял позади толпы, прикрыв глаза и расставив руки он взывал к одной из Трех, и Ева видела, как вокруг него кружит серебристая буря.

— А вот и разумник, — спокойно сообщил мэтр. Склонив птичью голову, он с не меньшим интересом, чем наблюдал до этого за Евой, следил за дознавателем. — А наш граф сильный заклинатель, но только очень узконаправленный. Специализируется только на разумниках. Какой обман, а? Видишь? Трипта называет это магией веры, а на самом деле они пользуются теми же приемами, какими пользовались в свое время мы. Шарлатаны! Но к графу присмотрись. Дети от него унаследуют сильный дар.

Ева уже приготовила трехэтажную конструкцию с четким указанием пути, куда следует пойти почти мертвому магистру, но в это время ребенок закричал. И все вздохнули с облегчением.

— Везучий счастливчик, — улыбнулся довольно мастер Ульям. — Ну и где его мамаша?

— Это Маковка! — выкрикнула одна из женщин и затараторила, словно боялась, что ей не дадут высказаться. — Я по воду шла, видела, как она швырнула дитятко в колодец, а сама побежала туда, — она махнула рукой в сторону ворот.

— Догнать! — скомандовал Бальтазар, и Ева кивнула, подтверждая его слова.

Несколько воинов тут же сорвались в бег.

— Родила в обед, да решила избавиться от диточки, — продолжала захлебываться словами тетка, довольная и гордая что оказалась в центре внимания. — А я думала она тряпки тащит в стирку. А она мимо шла, да киданула!

— А если она и прошлого погубила? — ахнул кто-то из баб. — Нам-то сказала, что в деревню матери свезла.

— Дык не в колодец же! Это же она всех бы траванула! Дитяточка хоть и малая, да яду в нем мертвом на всю крепость хватило бы!

— Да не думала она в колодец бросать, видно к свиньям несла, там бы к утру ничего не осталось. А тута спугнули ее. Навстречу гарнизонные шли, их гогот из-за угла слышался. А там один был, что к ней все захаживал, видно от него и понесла. Как услышала метаться стала да и швырнула дитеночка, а тряпки к груди прижала да как ни в чем ни бывало и пошла к воротам. Потом уже побёгла! — перебила тетка. — Как есть одержимая! Глаза горят, сама бледнючая… Ваша светлость, гнать ее надо взашей! Я еще в запрошлый раз говорила управляющему, что гнать надо гулящую!

— Разберемся, — раздался голос Бальтазара. — Я помогу ее светлости провести полное расследование и если подтвердится, что она убивала детей то…

— Ее ждет смерть, — процедила Ева.

Перед ней склонили головы, признавая право судить и миловать. Да и не было сочувствия в лицах людей, все понимали, что трупный яд в колодце мог повлечь за собой большие неприятности.

— Почему колодец не охраняется? — спросила Ева.

— Да не было необходимости, — хмуро ответил капитан Итан. Он подошел неслышно и встал рядом с дознавателем. — По уставу в мирное время к колодцу свободный доступ.

— Скажи патрулю, чтобы присматривали.

Ева вспомнила, что она не только женщина, но еще и хозяйка этой крепости. Она сжала зубы, потому что накатывающая слабость требовала лечь прямо здесь и скрутиться калачиком, а разбираться со всем потом… Когда-нибудь. На плечи легли горячие руки, придерживая осторожно и нежно, Ева почувствовала знакомый запах. Кожа и металл. Бурхун встал позади давая опору и она с благодарностью на него оперлась. На пару мгновений, только чтобы собрать силы и мозг в кулак. На секундную передышку.

— Я здесь, — шепнул тихо наемник. — Выпейте.

Перед глазами появилась рука с фляжкой и Ева, не нюхая, отпила из нее резкий горький напиток. Он обволок гортань и медленно тягуче скользнул внутрь, маленьким фейерверком взорвался в желудке и растекся по венам живым огнем. Какие-то травы…

— Наш семейный рецепт. Минут пятнадцать продержитесь, но потом спать.

— Спасибо.

Ульям унес ребенка, с ним ушли две женщины, вызвавшиеся помочь с младенцем и с кормлением. Остальные расходиться не спешили, наоборот, народа прибывало, новости в крепости разносились быстро. Люди переговаривались, косились на Еву, но главный вопрос пока не прозвучал.

— Обрати внимание, ученица, как они боятся спросить, — иронично заметил таль. Он так и сидел на плече никому не видимый. — И ты не признавайся. Рано пока.

— А как же дитенка-то выпихнуло? — все же не выдержала одна из молодиц. Она держала ведро с помоями и следила за всем с жадностью первой сплетницы на деревне. — Я сдаля так спужалась, думала, пробило родником горы и щас нас как накроет водой!

— Милостью Сестры, — громко ответила Ева. — Благодарю, граф Бальтазар, вы нам очень помогли, — она кивнула дознавателю, словно заслуга в спасении новорожденного полностью принадлежала ему.

Люди тут же переключили внимание на дознавателя, загалдели одобрительно, обмениваясь впечатлениями.

— Вот и правильно, пусть слава ему достанется, — хмыкнул тихонько Бурхун. — Я провожу вас в комнату.

— Ты глянь, какой догадливый, — буркнул Гектор. — Надо от него избавиться.