Декоративка. Книга 2 - Агата Грин

— Как, говоришь, называется поселение? «Сургут»?

— Да.  В самом центре дикарских земель.

Александр Истров склонился над столом с фотографиями. 

Фотоаппарат – примитивное устройство, давно не использующееся, но с неразвитыми уровнями нельзя рисковать. Если бы со шпионом что-то случилось, и такой аппарат, пусть и очень миниатюрный, обнаружили  местные, это бы на уровень не повлияло, дикари бы просто выкинули непонятную штуку. Кстати о шпионах… Согласно Договору нельзя посылать на другие уровни соглядатаев, но кто узнает? Ведь он, Истров, и есть тот, кто следит за соблюдением Договора.

На снимках были запечатлены  хмурые леса, болота, простенькие деревянные строения, два гуи  в небе. Поселение пытались облагородить, но это не меняло общей гнетущей картины. Север, болота, мошкара…  В такие неприветливые места можно забраться только с одной целью – спрятаться.

Истров взял одну из фотографий. Женщина была сфотографирована в движении. Одетая в  штаны, длинную рубашку и жилетку поверх, в грубых ботинках,  с волосами, убранными в косу, она выглядела под стать окружению: варварка, дикарка… Но это только видимость.   

«Итак, Ирина,  женщина с пятого уровня. Возраст – 25-30 лет. Энергетический дефект», — повторил про себя Александр, ощущая смутное волнение. На следующем снимке вместе с ней был запечатлен крупный волк.

— Вместо собачки,  — усмехнулся докладчик  и прикусил язык, когда заказчик хмуро на него поглядел.

С момента Церемонии прошел год, ровно год. За это время Ирина успела покинуть Мэзаву, обосноваться в глуши,  родить ребенка… Она намеренно выбрала  ничейные земли, земли, не подпадающие под власть Мэзавы или Ниэрада. Так она пыталась себя обезопасить, избежать встречи.  Ну-ну…

Перебирая фото, Истров спросил:

— Кто ее окружает?

Шпион с готовностью указал на один из снимков.

— Этого зовут Треден, но для нее он «дядя Тред».  Женщина – Айлин. Объект к ним нежно привязан.

Александр присмотрелся. Смуглый мужик  под шестьдесят, черноглазый, сосредоточенный, с животом; пухленькая дама того же возраста со светлыми волосами. Именно так: «мужик» и «дама». Мужик на фото что-то плетет, сидя на лавке, и гармонично вписывается в реалии; дама семенит куда-то по дорожке с корзинкой,  и по ней заметно сразу – городская. 

— Эти двое вместе живут.

— Женщина городская,  — проговорил Истров задумчиво.

— Да, бывшая мэза.

— И ее отпустили?

— Как видите…

— А это кто?  — Александр ткнул пальцем в фото с рослым парнем.  Красивый, она наверняка имеет его в любовниках.

— Всадница Флана,  — пояснил докладчик.  — Молоденькая, но очень сильная. Постоянно облетает окрестности на своем гуи.

— Всадница… а выглядит как всадник.

— Вы не единственный, кто не признал в ней женщину.

Внимание Истрова привлекла следующая фотография, на которой был запечатлен высокий плечистый мужчина с хищным лицом.

— Еще всадник?

— Пренеприятный тип, скажу я вам,  — произнес шпион, и плечами передернул.   — Из-за него были проблемы.

— Этого она  для охраны взяла?

Докладчик замялся.

— Не только…

— И в постель?  — уточнил  Александр. 

— Да, но…

— Что «но»?

— Видите ли… он не просто ее любовник, он… он ее муж,  — быстро  произнес   бедняга-докладчик и опасливо вжал голову в плечи.

— Муж…  — повторил Истров.   — Как муж? Она так и называет его «мужем»? На шестом уровне нет ни мужей, ни жен, ни семей.  Одобрено два порядка: ниэрадский и мэзавский. Она взялась менять порядки?

— Она живет по своему порядку…  Треден и Айлин,  которых я вам показывал, тоже себя так  называют.  

— Как посмела…  — процедил Александр,  по-новому глядя на фото.

Конечно, он знал, что она не будет монашествовать, но муж…  это не для шестого уровня. Никаких мужей-жен-детей-семей! Но не только это  разозлило Истрова. Он был задет тем, что она предпочла ему  другого.  Да, мужчина на фото крепок и высок, да, молод. Но больше у него нет ничего. Что может дать ей этот всадник?

— Его зовут Зен.

— Меня это не интересует. Значит, она решила, что в глуши можно жить, как хочется? Славно, славно…

— Если бы только она… К ним прибиваются и другие дикари; перед моим отъездом приехал мэзавец.  Поверите ли, в очках!

— В очках?

— Да.  Немолодой уже; кажется, его зовут Куз. Он ей бумагу привез. Ах да! Объект очень хорошо рисует. Я слышал,  в ее доме все завалено рисунками.

— Но в дом ее проникнуть не смог?

— Не смог, там всегда кто-то есть. С фото и то были сложности.  Камера маленькая, замаскированная в одежде, но иногда у меня было ощущение, что они ее видят. Да еще и этот Зен…   — докладчик еще раз плечами передернул.

Истров задумался.

Она пока еще не сделала ничего такого, что потребовало бы вмешательства. То, что она в глуши, в одном-единственном поселке, пытается жить, как хочет, на весь уровень не повлияет.

— Ее ребенок здоров?  — сухо спросил Истров.

— Да.

— А она сама? Оправилась от родов?

— Объект в порядке.

Александр нашел среди фотографий  серию тех, на которых с разных ракурсов была зафиксирована Ирина. Она одевалась просто, как и все вокруг, и удобно; это тряпье ее не украшало. Но и  в обносках она привлекательна: прозрачные серые глаза, волевые черты... Совсем не его типаж, но взволновала, зацепила.  

Какая из нее могла бы получиться Верховная! Но она отказалась. Отказалась ради жизни с каким-то дикарем на шестом уровне… Истров не делает одно предложение дважды. Она упустила свой шанс, но должок вернет обязательно. «Должок» к тому времени как раз подрастет…