Вернуть наследие - Ева Тори

— Сколько тебе лет? — вдруг вырвалось у меня. Он понимающе хмыкнул.

— Мы, маги, живем намного дольше, чем обычные люди, — витиевато ответил он и поцеловал мою руку. — Мне пора. Поешь еще.

— Ладно, — буркнула я и проследила за тем, как Этан уверенной походкой направился к нашим отцам и толпе оборотней. Он выделялся среди них своей уверенностью, холодным взглядом, уверенными движениями и даже ровной осанкой. В нем видна военная закалка. Все его фразы и предложения слушали внимательно, потому что понимали: этот человек выиграл не одну войну и повидал разных противников. Я снова зацепилась за его шрам на глазу. Пробила дрожь, когда я в очередной раз представила, какую боль он испытал, получая эти страшные шрамы и продолжая воевать, истекая кровью.

Конечно, сидеть на кухне и целый день есть я не стала. Этан не забывал обо мне и изредка подходил спрашивать, все ли со мной хорошо. А потом, заявив, что я должна отдохнуть, отнес меня в комнату. Просто взял и отнес! Сказать, что я смутилась — ничего не сказать. А потом привычный жест, уже порядком меня подбесивший: два пальца к виску и я уснула, даже если не хотела до этого спать.

Проснулась потому, что меня стали будить.

— Пойдем, принцесса. Поешь и пора в путь, — Этан выглядел напряженным.

— Хорошо, — хриплым ото сна голосом ответила я и послушно пошла за ним, вцепившись в его руку. Накормили меня плотно, а когда я заявляла, что в меня больше не влезет, требовали, чтобы я ела еще.

— Итак, — меня усадили на диван. Этан встал позади, а отец сел напротив. — Кристалл, тебя ждет непростое испытание. Твоя душа попадет в Василисковую Пустошь.

— Моя душа? — удивилась я.

— Да. Не перебивай. Твое тело будет здесь, а душа бродить по Пустоши. Там ты столкнешься с разными видами опасности… И гипноз, и разные твари — они охраняют Василисков. Не пугайся, когда увидишь их. Они огромные, говорят с тобой только в твоей голове и если ты сможешь убедить Василиска, даровавшего тебе твой дар, ты вернешься и будешь владеть даром легко и он больше не будет пытаться тебя убить. Дар перестанет быть живым и вы сольетесь воедино. Дар станет тобой, а не ты им.

— И каким образом я должна убедить Василиска, что я достойна? — удивилась я.

— Будь честной. Это главное условия. Никогда не ври Василиску, — почему-то мне стало страшно после этих слов. Складывалось ощущение, что отец что-то недоговаривает, но уточнять не стала — побоялась услышать горькую правду.

— Я могу умереть? — спросила и посмотрела на Этана, который сохранил хладнокровие. Посмотрел на меня сверху вниз и не смог совладать с собой: глаза наполнились нежностью и он погладил меня по щеке, зацепив губы.

— Я не позволю этому произойти, — сказал он так, что я сразу поверила в это.

— Пора, — отец решительно поднялся и я следом за ним.

— Девочка моя, — мама подлетела ко мне с необычайной прыткостью для беременной женщины и крепко обняла меня.

— Мам, не переживай, — я обняла ее в ответ.

— Был бы другой способ… Лучше бы мы остались в том мире… Ох, моя девочка, будь осторожна, будь очень внимательна. Не позволяй убить и околдовать себя… — мама содрогалась в рыданиях, словно хоронила меня.

— Мамочка, успокойся, — я осторожно отстранила ее от себя. В комнату прошла Шаэра и приобняла маму за плечи, тем самым останавливая ее, чтобы он снова не ринулась ко мне.

— Не разочаруй, — коротко произнесла мне напоследок женщина.

— Я не доставлю вам такого удовольствия, — гордо ответила я ей и еще раз посмотрев на плачущую маму, уверенным шагом пошла на улицу, следом за мужчинами. Этан тут же подхватил меня под локоть и мы пошли в другую сторону от сада.

— Куда мы? — я покрутила головой, рассматривая ночной сад в освещении магических фонариков.

— В конюшню, — коротко ответил Этан. Сейчас он выглядел хмурым, задумчивым и сосредоточенным, словно мы идем по минному полю.

— А зачем? — удивилась я. — Мы куда-то едем?

— Нет, — мужчина мотнул головой. — Там будем ритуал проводить. Решили сделать это вне дома.

— Странно, — фыркнула я, но расспрашивать не решилась, поэтому остаток пути мы прошли молча. Лишь на подходе, когда отец скрылся в помещении, Этан резко остановился и притянув меня к себе, горячо поцеловал в губы и прижал так крепко, словно прощался.

— Я тебя люблю, — быстро шепнул он мне в губы и втянув запах моих волос, резко развернулся и потянул меня за собой в конюшню.

Я ожидала увидеть лошадей, но никого не было.

— А где кони? — удивилась я.

— Потом, — отмахнулся от меня Этан и махнул рукой: все свечи тут же зажглись и я увидела круг, в котором был нарисован василиск. И это не был просто рисунок, скорее — как восьмиконечная звезда. От него веяло темной силой, которую почувствовала даже я. Судорожно вздохнула, понимая, что мне придется лечь на пол в этот самый круг.

— Ложись, — отец указал на круг. Я коротко кивнула и быстро легла. — Ты все помнишь? Будь честной с Василиском. Возьми меч, — папа положил на меня тяжелый меч.

Страха я не испытывала. Мне было интересно — и только. Посмотрела на Этана. Он был холоден и сосредоточен.

— Готова? — обратился ко мне отец. Я кивнула. — Закрой глаза. — Я еще раз посмотрела на Этана. На этот раз он был уже взволнован и даже не пытался это скрыть. Поэтому, чтобы не поддаваться панике, я поскорее закрыла глаза и сжала в руке рукоять меча. Меня стало слегка колотить от страха. Я услышала бормотание отца и почувствовала легкое покалывание кожи. Потом стала ощущать, что покалывание усиливается и мне становится больно. Я попыталась пошевелиться, но поняла, что мое тело меня просто не слушает. Хотела открыть глаза, но и этого не получилось. И меня стала накрывать паника. Ужасное, непередаваемое чувство, когда заключена в своем сознании и превратилась в овощ. Я металась в своем сознании, а потом перед глазами встал он — мой дар. С издевательской улыбкой на змеином и красными глазами. Он словно наслаждался моими мучениями и отчаянием. Я вырывалась из плена, а потом вдруг рывком поднялась и удивленно посмотрела вдаль. Поняла, что свободна и нахожусь в каком-то белоснежном пространстве. Потерла глаза, присмотрелась и все вокруг стало приобретать очертания. И я поняла, что в жизни не видела ничего подобного, а главное — столько оттенков белого! Деревья, цветы, трава, небо, да и вообще все вокруг — было белым, жемчужным, белым с розовинкой. Кажется, я уже в Пустоше.

— И куда идти? — хмуро произнесла я и поднялась на ноги. Под ногой что-то звякнуло: меч, который дал мне отец, перенесся вместе со мной. Я его решительно подхватила и осмотрелась. Зрелище ужасное, здесь можно сойти с ума от переизбытка белого цвета. Но, что интересно, мне совсем не слепило глаза, как во время снежной погоды. Я все видела четко.

Повертелась вокруг себя, решая, куда же мне все-таки направиться? И решила пойти прямо, куда глаза глядят и направляет моя интуиция. Шла тихо, медленно, чтобы не пропустить какую-нибудь тварь, жаждущую меня убить.