Талисман для князя. Глава рода - Мелина Боярова

– Не обещаю, но попробую, – недовольно отозвался ашкеназец и замер, сосредоточенно вглядываясь в схлестнувшиеся в смертельном танце фигуры.

Вот одна отскочила и замерла, тряся головой. Через мгновение снова кинулась в атаку, чтобы уже через секунду оказаться на лопатках. Огнерубов навис могучим телом, намереваясь проткнуть Игната мечом насквозь. Брата спасал только собственный меч, удерживающий противника на весу. Игнат рискнул и дал время, о котором я просила. Разве же я имела право подвести? Выжимая последние крохи магии, я открыла тропу и обрушила воздушные лезвия на воеводу. Маг отвлекся, отражая неожиданную атаку, чем брат немедленно воспользовался, откатившись в сторону.

– И это все, на что вы способны? – расхохотался Став, сдирая остатки изрезанной одежды и оставаясь в подштанниках.

– Нет! – процедил Алим, устремляя на врага полный ненависти взгляд.

Это последнее, что я увидела, когда потеряла сознание. Ни того, чем закончилась схватка, ни как попала домой, уже не помнила. Очнулась я в собственной постели в московском особняке.

Пробуждение было приятным, чувствовала себя выспавшейся и отдохнувшей. На фоне расслабленной неги, растекающейся по телу, происшествия жуткой ночи казались кошмаром. Судя по настойчивым солнечным лучам, пробивающимся даже через плотные шторы на окнах, время далеко за полдень.

– Академия! – подскочила в кровати. – Я пропустила занятия!

– Боярышня проснулась, – встрепенулся полусонный Егорка, очевидно дремавший в кресле, – Нина Константиновна, вы бы прилегли. Дохтур строго наказал, чтобы не вставали. А я сейчас наших позову. То-то обрадуются! Только вы это, прилягте, а? Я ж обещалси, что не допущу энтого, перенапряжения.

– Егор, опять слова коверкаешь? Когда мы уже из тебя грамотного человека сделаем? – пробурчала, нехотя опускаясь на подушки.

С резкими движениями я погорячилась. Голова сразу закружилась, а руки, на которые я машинально оперлась, предательски задрожали.

Минуты не прошло, как комнату заполонили родственники. Алим, Игнат, Савва Никитич, Ромка, Тамара Беркутова, Мусечка…

Стоп, а эти откуда взялись?

– А как вы так быстро добрались за ночь? – уставилась удивленно. – На корабле лететь три дня, не меньше.

Закралось нехорошее подозрение, что провалялась я без сознания больше, чем пара часов. Раз уж подмога прибыла из Алапаевска, то три дня, как минимум.

– Четыре, – Алим устроился на табуретке в изголовье и взял меня за руку, – ты проспала четыре дня. Так надо было, поверь!

– И это минимум! – поддакнула Тамара.

Целительница присела на кровать и принялась водить надо мной руками, запуская диагностическое плетение.

– А как вы? Целы? Нашли ее? – я пристально вглядывалась в лица родичей, а они виновато отводили глаза.

– Алим, – сжала его ладонь, – расскажи, что случилось после того, как я…

– Поставила собственную жизнь под удар и снова чуть не перегорела? Расскажу, куда же я денусь? Но сначала выполним предписания Тамары Васильевны. Что скажете, как наша Нина? – обратился он к женщине.

– В целом, физические показатели в норме, – отчиталась целительница. – Сытная еда и постельный режим приведут нашу девочку в порядок. А вот с магическими данными творится что-то странное. Моей квалификации не хватает, чтобы поставить диагноз. Одно скажу точно: способности сохранились. Но энергетические каналы повреждены. Ресурсы организма направлены на восстановление. Мои рекомендации неизменны: никаких стрессов, хорошее питание и крепкий сон.

При упоминании о еде почувствовала, как заурчал желудок. Он, бедный, уже к спине прилип за эти четыре дня.

– Сегодня можно только бульоны, –  Беркутова поднялась, адресуя фразу уже Мусечке.

Баронесса энергично закивала, всем своим видом показывая, что костьми ляжет, а заставит меня соблюдать режим.

После ухода целительницы, родственнички по очереди отметились с объятиями и поцелуями, лично пожелав мне скорейшего выздоровления. Приятно было ощутить заботу и искренние переживания. За это время Мусечка успела уже распорядиться насчет бульона и вызвать служанок, чтобы помогли мне принять ванную.

Для этого баронесса, не церемонясь, выпроводила посторонних из спальни. После чего присела ко мне поближе и сгребла в охапку, прижав к груди.

– Никогда больше не смей так делать! Мама хочет дожить до твоей свадьбы красивой, а не поседевшей старухой, – пожурила нравоучительным тоном и добавила, расчувствовавшись. – Спасибо, что вернула наших мужчин живыми! Они не говорят, но я-то знаю, что ты снова всех спасла. Материнское сердце не обманешь. И оно разрывается от переживаний, плачет, глядя, сколько испытаний выпало на твою долю.

– Я больше не буду, – шмыгнула носом, прогоняя непрошеные слезы. – Спасибо… мама.

Служанки под бдительным оком Мирьям перенесли меня в ванную, где отмыли до скрипа, намазали кожу маслами и облачили в чистую одежду. Тут как раз и горячий бульон подоспел, которым заботливая наседка покормила меня с ложечки. Сопротивляться или спорить, что я сама способна донести ложку до рта, было бесполезно. Затем меня с комфортом устроили на кровати, где уже заменили постельное белье на свежее, а комнату проветрили.

– Полчаса! – пригрозила Мирьям Алиму, который терпеливо дожидался в гостиной.

– Маму не нашли, это я уже поняла, – первой нарушила неловкую паузу, которая возникла с уходом Мусечки. – Расскажи, что с Огнерубовым? Как вы выбрались? Что обнаружил в подземельях Стужев? И да, он так и смотрел со стороны, как нас убивают? Сколько наших ребят осталось там?

– Что ты! Нет, – ашкеназец замотал головой. – Семен Павлович только в поединок между Ставом и Игнатом не вмешивался. А когда воевода лишился головы, приказал ледяным псам зачистить всех, кто с ним прибыл.

– Даже так? Избавился от свидетелей?

– Так, – вздохнул брат, – официально нас там вообще не было. И жертв не было, будто и не потеряли мы семерых парней. Тяжело сообщать родным, что их сыновей или мужей больше нет. Никакие выплаты не компенсируют утрату. Семьям уже оказали помощь, назначили выплаты пенсий, но… сама понимаешь. А самое мерзкое знаешь что? В газетах написали, что Став Огнерубов героически погиб, сдерживая силы темников до подхода подкрепления из Тайного приказа. Политика! И я вынужденно поддержал эту ложь. Ну а лавры по уничтожению логова темников великий князь Стужев благородно приписал себе. В подземельях обнаружили жертвенный алтарь, уничтожили две дюжины темных магов и больше сотни приспешников тьмы.

– Серьезно?

– Ну, а как бы орденцы одолели воеводу? Кстати, «ненасытную пасть» приписали в заслуги темникам. Дескать, для этого принесли в жертву всех пленников, томящихся в подземелье, и только так сумели ослабить и убить Огнерубова.

– А на самом деле, что там нашли? Алтарь – не выдумка?