Талисман для князя. Глава рода - Мелина Боярова

– Нет, к сожалению, – Алим покачал головой, – и часть пленников освободили живыми. Куда их спрятал Стужев, одному Богу известно. Но он намекнул, что лучше бы нам не лезть и никоим образом не выдавать участие в операции. Насчет Светланы Шумской, думаю, князь не обманул. Я показал запись разговора с Бельским. Семен Павлович подтвердил, что съемку сделали в Трушинском подземелье и даже опознал камеру. Однако на момент штурма она пустовала уже пару-тройку месяцев как. И еще, я попросил навести справки о Новгородском княжестве, куда вела вторая метка.

– Есть результат? А ты сам проверил? – разволновалась.

– Проверил, конечно, – ашкеназец, прищурившись, посмотрел в окно, через которое солнце щедро заливало комнату светом. – И Стужев подтвердил эти сведения. В общем, метка привела прямиком в Новгородский храм светочей.

– И что это значит? – опешила. – Вы пробовали узнать? Расспросить?

– Ох, Нина! – Алим тяжело вздохнул. – Ты ведь понятия не имеешь, что из себя представляет организация светочей. Они существуют особняком и ни от кого не зависят. Даже император вынужден считаться с ними. Если человек обратился за помощью, и настоятель храма ее оказал, то светочи ни за что не выдадут подзащитного.

– Но есть же способы? А если подзащитный захочет встретиться с кем-то? Не пленником же его держать?

– Нет, насильно никого не удерживают. Однако люди там меняются и сами обрывают контакты с внешним миром, посвящая жизнь служению Богу.

– Считаешь, мама сумела сбежать и попросить убежища в храме светочей?

– Или ей позволили сбежать, при этом гарантированно изолируя от общества, – возразил брат, и от меня не укрылась горечь, просквозившая в его словах.

– Случилось нечто такое, о чем мне нужно знать? Говори, расстроюсь ведь, если утаил что-то важное, – потребовала от князя правды.

– Ты права, – Алим отвел взгляд и гулко сглотнул, – наутро после той ночи в Императорский Земельный приказ поступило прошение об отчуждении Каменной пади в пользу объявившегося наследника.

Я застыла, переваривая новость. Неужели, потеря воеводы послужила спусковым крючком? Ведь не вчера же этот наследник нашелся, в самом деле? Шумский давно готовил плацдарм для захвата Каменной пади, но отчего-то медлил и выжидал более пяти лет. Действительно решил, что я погибла? Или был уверен, что потеряла способности? Бойня в усадьбе Трушина доказала, что я обладаю всеми качествами надежного щита. А значит, смогу пройти вторую инициацию. Маму он наверняка вынудил подписать бумаги и страшно представить каким способом. Ненавижу!

– Кто он?

– Имя держится в секрете, но интересы наследника представляет князь Агнияр Шумский. Мы с Семеном Павловичем подняли все связи, чтобы притормозить рассмотрение документов. Однако на императорском балу у Шумского будет возможность обратиться с личной просьбой к Его Величеству Федору Алексеевичу. Герой, как-никак! Избавил империю от темной мерзости, пожертвовав лучшими воинами дружины. Император собирается наградить князя орденом, а в качестве подарка преподнести Каменную падь. Не представляешь, что я почувствовал, когда понял, как извернулся в этой ситуации князь.

– Почему же? Представляю! Но нам нельзя этого допустить! Ни в коем случае! Я не отдам Шумским родовое имение! – стиснула кулаки и искусала губы в кровь, чтобы не расплакаться от обиды, но предательские слезы все равно потекли по щекам. – На императорском балу я заявлю о себе во всеуслышание! И расскажу о том преступлении, что учинил Агнияр Шумский пять с половиной лет назад.

– Нина, боюсь, князь только этого и ждет! Старый интриган показал, что умеет выходить сухим из воды. Ты ведь еще несовершеннолетняя и тебе обязательно назначат опекуна. По обряду принятия в род, ты – княжна Леви, значит, я вправе выступить в этой роли. Но я бы на это не рассчитывал. Шумский прекрасно осведомлен о родстве и титулах, понимает риски. Наверняка заготовил провокацию, из-за которой мне не позволят оформить опекунство.

– А Игнат? Он же Забелин – прямой родственник!

– Прежде всего, Игнат – сын предателя, погубившего великого князя с семьей, – напомнил Алим о печальной странице нашей истории. – Могу предположить, что опекуном назначат третью, незаинтересованную сторону.

– Кого же? Есть варианты?

– Есть, и они тебе не понравятся, – брат скривился, – при таком раскладе сил, император гарантированно постарается загрести перспективного мага в твоем лице под себя. Первый кандидат – Репнин Алексей Борисович, курирующий Московскую академию магии и прекрасно осведомленный о твоих талантах. А второй – небезызвестный дворянин Милославский. Старший из братьев.

– Но он же… – ахнула, раскрыв рот.

Младший Милославский, возможный биологический отец Юленьки, был тесно связан с темным орденом и обладал удивительной способностью влюблять в себя женщин и создавать послушных марионеток.

– А я о чем? – ашкеназец скривился. – При любом раскладе опекуны попытаются через тебя получить доступ к Каменной пади и выдадут замуж за кого-нибудь из ближайших родственников.

– Ты ведь не допустишь этого? – схватилась за плечи, скрестив руки на груди.

– Не допущу! – брат подался ко мне, приобнял, чмокнул в лоб, как маленькую. – Выздоравливай, я обо всем позабочусь.