История злодейки - Марина Орлова

— Ты не допускал мысль… просто мысль, что убить собирались не Ванессу. Ну, так, на минуточку, — с небрежным видом уточнила я, а после криво усмехнулась.

— Хочешь сказать, что убить собирались тебя?

— А почему бы и нет? Этот сценарий выглядит более правдоподобным. Желающих убить меня куда больше. А вот Ванесса могла просто оказаться не в том месте и не в то время, и организаторам пришлось спешно переигрывать, подставляя меня, когда поняли, что у меня есть мотив и желание избавиться от соперницы. Немногие в курсе, настоящего положения вещей в нашей непростой истории.

— Думаешь, Ванесса отравилась случайно?

— Она могла просто взять не ту чашку, а на месте графини оказалась бы я, — пожала я плечами, не без удовольствия и облегчения замечая, как от такой новости бледнеет. Ага, значит, перспективами впечатлился. Тут уже не просто покушение на любовницу! На королеву! На, возможно, мать наследника! Приоритеты в таком случае значительно возрастают. — Что произошло бы в таком случае? — задала я провокационный вопрос.

— Подозрение бы пало на Ванессу, — побелевшими губами произнес король, складывая свою цепочку развитий событий. Понимая и то, что у девчонки был отличный мотив и возможность избавиться от меня, учитывая то, что я порушила ее любовь. В таком случае замять дело бы не получилось и Костасу пришлось принять меры. Вплоть до казни той, кого любил, если бы доказательств не нашел вовремя.

— Именно, — кивнула я, устало вздохнув, так как была уже глубокая ночь, а король, кажется, уходить даже не собирался.

— И ты так спокойно об этом говоришь? — пораженно нахмурился Костас, наконец, прекратив мельтешить передо мной.

— Полагаешь, начни я истерично верещать, это хоть чем-то поможет? — холодно поинтересовалась я. После криво усмехнулась и добавила: — Кто-то должен сохранять рассудок холодным. Если этого не собирался делать ты, пришлось мне. Пока ты убивался по своей недобитой любовнице, у меня было время подумать, — не размениваясь на любезность, на которую не было времени, произнесла я, уже отчаявшись выпроводить мужика из своих комнат, которые мне назначили, как персональную и комфортабельную тюрьму. Я не против, хоть вида и не показываю. — Избавляться от Ванессы есть мнимый мотив лишь у меня. Но я этого точно не делала. Зато злопыхателей у меня — сколько угодно. А выставить Ванессу виновной было бы легче легкого. Но, вот беда, девчонка взяла, да и выпила не из той чашки, даже не подозревая, что в ней было. Как итог: я под арестом, но жива, графиня, и та, не померла, а расследование идет полным ходом.

— Что ты предлагаешь? — коротко и по-деловому задал Костас вопрос, который я уже думала, никогда не услышу.

— В первую очередь я бы обратила внимание на тех, у кого был доступ к вещам графини и в мои покои в последнее время. В основном — прислуга: моя и самой графини. Полагаю, виновные сейчас не совсем спокойны и должны совершить ошибки от нервозности. Возможно, под разными предлогами попытаются покинуть дворец. Найдешь исполнителя — найдешь и заказчика, — пожала я плечами, как само собой разумеющееся.

— А что потом? — задал он странный вопрос, окинув меня долгим взглядом.

— А после убей его, — кровожадно улыбнулась я.

***

Король ушел, а я позволила себе еще час побездельничать, наслаждаясь последними возможностями: посетила ванную, где «потупила» сидя в горячей, ароматической воде, поужинала, а вот затем отослала новую служанку и начала неспешно собираться. Никогда не задумывалась, как ощущают себя смертники перед казнью. Никогда и не хотела об этом думать, а вот теперь сама ощущала себя той самой приговоренной.

На меня напало какое-то онемение, что, скорее удивляло, так как в данной ситуации следовало бы быть более эмоциональной. Но эмоций не было, а я спокойно и размеренно прошлась по гардеробной, выбирая наиболее удобную одежду, и остановила выбор на «амазонке», лишь накладную юбку не стала надевать, разгуливая в бриджах и добротных сапогах для езды на лошади. На корсет покосилась, но решила, что он только помешает, и ограничилась рубашкой и жилетом. Затем подошла к трюмо, достала писчие принадлежности, помарала бумагу, лениво размышляя, над тем, что по иронии судьбы, в этот последний раз мой почерк выглядит донельзя красиво. Хоть в рамочку ставь и любуйся такой редкой удаче. Фыркнула от своих мыслей и продолжила короткое путешествие по спальне, разворачивая нехитрые приспособления, что я даже не помышляла прятать. Рассматривая занятные и неприметные вещицы, я нехотя вспоминала все, что было со мной за последние пять лет. Все дни, день за днем пролетали в моих воспоминаниях, поражая доскональности деталей, которые наполнили меня мрачной решимостью. Слабо усмехнулась и поправила сапоги, пару раз топнув для верности, чтобы удостовериться в удобстве. Не хватало только мозоль натереть, чтобы еще и она отвлекала. Наверное, так люди готовятся к рыбалке, а не к своей возможной смертельной авантюре.

После довольно хмыкнула и села в кресло, приготовившись ждать.

По моим прикидкам прошло около двух часов, когда я вновь ощутила чужое присутствие.

— Я так понимаю, ты с плохими вестями? — протянула я, даже не оборачиваясь.

— Себастьян был вынужден бежать. Я перенес его в безопасное место, — ответил мне Ян, выходя в поле моего зрения со сложенными за спиной руками.

— А теперь послал за мной? — вздернула я бровь и зло усмехнулась, в последний раз смотря на игру пламени в камине. — Неужто решил довершить начатое своими ручками?

— Полагаю. Осечка с Мариссой дорого ему стоила. К королю пришел управляющий, после чего уже собирающуюся бежать служанку поймали и доставили на допрос. Уже спустя десять минут король отдал приказ на задержание Улссона, но тот понял, что к чему раньше, — холодно произнес Демьян, на которого я посмотрела ледяным, испытующим взглядом. — Я не знал о его решении, — ответил он на невысказанный вопрос, который задать вслух мне остатки гордости не позволяли. — Но узнала ты. Как?

— Когда знаешь, куда нужно смотреть, можно увидеть гораздо больше, — протянула я и усмехнулась, вспоминая, как переглянулись служанки, как в двух одинаковых и рядом стоящих чашках, совсем немного, но напиток отличался по цвету, о том, как на дне моей чашки таял «сахарный песок», который я не клала в чай. — Отвлечь внимание и подменить чашки не составило труда, — развела я руками. — Твои уроки по ядам не прошли даром. Можешь гордиться, только Улссону не говори, а то он расстроится еще больше, — зло засмеялась я, стараясь скрыть истинные чувства. Ян моего веселья не разделял, только молча разглядывал меня. — Теперь ты знаешь, что меня пытались убить, — цинично усмехнулась я. — И то, что ты сейчас здесь, чтобы отвести меня к Улссону, достаточно красноречиво.

— Я хочу еще раз напомнить, что выход есть, — произнес он, что вызвало во мне порыв ярости.

— Думаешь, я взвалю на себя ответственность за гибель всего мира за собственную жизнь? — в бешенстве прищурилась я, не скрывая искаженной гримасы. — Даже ты не можешь этого сделать, но ждешь от меня? Думаешь, если я соглашусь, тебе будет легче? Ну, уж, нет. Я не доставлю тебе такого удовольствия, — покачав головой, жестко усмехнулась я, а после решительно встала и подошла к демону, с блуждающей улыбкой на губах, за которой скрывала болезненный оскал и потребность закричать. — Почему Улссон не приказал тебе убить меня, а возложил эту обязанность на Мариссу?