Хошен императора - Мелина Боярова

– А почему вы назвали тех одаренных, что пожертвовали собой, хранителями? – поинтересовался Иван, внимательно прислушивающийся к каждому слову. – Если не ошибаюсь, они были первыми и единственными добровольцами? После создания Хо`шена согласие одаренных уже не требовалось.

– Молодой человек, а ведь вам это должно быть известно.  Артемий Петрович, может, вы расскажете? – Милонег обратился к моему жениху, который вместе с Алимом давно присоединился к компании.

– Мой далекий предок – один из восьми магов. Только прямые потомки хранителей способны выдержать мощь родового источника и не погибнуть, – ответил Тёмка. – Сегодня я получил еще одно объяснение, почему маги золотых родов сильнее прочих. И, кажется, сообразил, что послужило предпосылками для образования империи и Малого совета. Клятва великих князей государю – это видоизмененный ритуал привязки. Что скажете, ваше святейшество?

– У всех клятв есть нечто общее, – паладин пожал плечами, – а подробности того ритуала мне неизвестны.

– Постойте! – Ромка просиял озарением. – Я понял! Мы же так или иначе связаны с Ниной кровными узами. Учитывая, что стихии в источнике разделены на потоки, воздействовать они будут поочередно. Если просчитаем оптимальный порядок инициации и распределим силы, то поможем на каждом этапе слияния со стихией.

Слова брата вызвали эффект разорвавшейся бомбы, сразу поднялся гвалт, начались яростные споры, что никто не делал ничего подобного и любая ошибка будет стоить жизни. Другие предлагали рискнуть, ведь, отпуская меняя одну, шансов еще меньше. Третьи сыпали возражениями, что недостает магов воздуха. О магах тьмы даже не заикались – днем с огнем не сыщешь. Официально некроманты стояли на учете в Тайной канцелярии, а неофициально попрятались по углам, либо примкнули к темникам.

Общим семейным голосованием мы решили, что эксперименту быть. После этого началась подготовка к опасному ритуалу инициации. Первым выбрали свет, как самую непредсказуемую и энергозатратную стихию. Милонег сначала отнекивался, не соглашался участвовать. Но его вычислила малышка Аби, заявившая, что паладин опасается выдать тайну. Оказывается, магия разума и целительства происходит как раз из магии света. В артефакт столь редкие способности включили по отдельности, потому что для слияния с этой стихией требуются три составляющие. Вторым настанет черед огня, совладать с которым помогут Игнат с Данияром и князь Орлов. Николай Георгиевич как услышал, для чего понадобился, согласился, не раздумывая. Магов земли в нашей семье пятеро, и никто не отказался участвовать. С водой тоже проблем не возникло. Тёмка, братья Морозовы и Полина Лазарева. Она и Света Стрельцова обязаны мне жизнью, поэтому с радостью откликнулись на просьбу о помощи. С воздухом согласился подстраховать Андрей Иванович Голицын, дедушка Ивана по материнской линии. Разумеется, с чужаков взяли клятву неразглашения. Ну, а с тьмой и родовой магией надлежало справиться самой. Эти стихии оставила напоследок.

Подготовка заняла больше двух часов. Ромка, как главный генератор идеи, попросил показать, что из себя представляет источник. Приближаться к нему наш гений поостерегся. Зато нещадно эксплуатировал меня, заставляя перемещаться туда и обратно, чтобы просчитать, на какой глубине залегает пещера. Что удивительно, я не увидела разницы, когда прыгала на разные расстояния. Перемещения ничем не отличались ни по затратам, ни по ощущениям. Вывод тут напрашивался один: пространственная аномалия. Варфоломею пришлось это признать и учесть в дальнейших расчетах. Савва Никитич принимал непосредственное участие в процессе и предложил не распылять силы, а вывести потоки по отдельности, распределив их на равноудаленном расстоянии друг от друга. Учитывая, что крепость Левино построили над источником, то для центрального потока сделать святилище в подвалах крепости. Остальные шесть расположить вокруг, не нарушая порядка, заложенного силами природы. А уж надстроить над источниками святилища и возвести бастионы не составит особого труда. Зато дублирующий круг защиты вокруг Левино сделает наш дом неприступным. Подобного даже в императорском дворце не было, и от осознания масштабов нашей задумки участники волновались не меньше моего.

Среди стихийников я выбрала по одному человеку, с кем собиралась держать постоянную связь. В троице магов света лидировал, конечно же, Алим. Мы с ним общались мысленно, и я ему безоговорочно доверяла. Игнат отвечал за стихию огня, князь Демидов представлял стихию земли, Артемий – воду, а князь Голицын – воздух. Он единственный, с кем я не была связана клятвами. Но Андрей Иванович согласился на привязку, сославшись на то, что достаточно пожил, чтобы бояться смерти. А за собственный род он не переживал. Старший сын давно управлял делами, и он встанет у руля, когда наступит время.

Наконец, приготовления остались позади, и я оказалась один на один с источником. Только физически, конечно, потому что Алим незримо присутствовал рядом, готовый поддержать и взять на себя нагрузку. Остальных участников я тоже чувствовала, но чуть иначе – через кровную привязку. Ступить в испепеляющий столб света оказалось непросто. Я мысленно обратилась за поддержкой к Луке, а он посоветовал ничего не бояться и действовать, как велит сердце. Ага, будто это так легко! Перед второй инициацией было больше уверенности. Быть может, слишком многое сейчас поставлено на карту? Но ведь и прежде от меня зависели жизни родичей – ничего не изменилось. Разве что проблем и ответственности стало больше. Хотелось верить, что судьба дает ровно те испытания человеку, которые он способен выдержать.

Тогда чего я боюсь? Магия – неотъемлемая часть меня, и это только подтверждает, что давно принадлежу этому миру. Неужели я появилась только затем, чтобы раствориться в источнике? Нет, моя задача в другом – очистить мир от темной скверны, сделать его чище, лучше. В таком случае, стоит довериться интуиции, что не раз спасала жизнь.

Вопреки установленному порядку очередности я шагнула в центральную часть источника, погружаясь в родную стихию. Остальные потоки тоже всколыхнулись и засияли ярче, но я этого уже не увидела, вернувшись в тот момент, когда погибла в родном мире. Испепеляющая тело боль и смерть – этот опыт навсегда отпечатался в памяти. Но душа продолжала жить вне физической оболочки. Сознание – это память, где одновременно разворачиваются события прошлого, настоящего и грядущего. Будущее слишком изменчиво, но видеть себя одновременно в сотне мест странно. Картинки мелькают так быстро, что сливаются в сверкающий калейдоскоп. Я привыкла измерять способности разума, основываясь на физических возможностях тела. Но мысль многогранна и способна за доли секунды отмотать десяток лет или же отыскать нужную песчинку среди пустыни. За одно мгновение я увидела себя в новом мире, вплоть до момента, как ступила в бурлящий поток магии. Прожила каждую минуту, испытывая любовь, боль потерь и предательства, радость побед и горечь разочарований.

В следующий миг я вышла из источника и растерянно огляделась, созерцая перемены вокруг. Пещера преобразилась, облагородилась и сам источник видоизменился. Контуры чаши, из которой бил столб силы, напоминали вид на крепость Левино с высоты птичьего полета. Декоративные выступы и бортики точь-в-точь повторяли очертания фортификационных сооружений. И все это заключалось внутрь двух равносторонних треугольников, наложенных друг на друга и составляющих правильную шестиугольную звезду. Из каждого луча такой звезды ввысь устремлялись разноцветные потоки стихий.