Архитектор Судьбы - Джон Френч

— Приговор оглашен? — спросил Ксеркс, его спокойный голос раздался из горизонтальной щели на маске.

— Да, — ответил механическим голосом худой инквизитор. — Астропатический хор передал его. Если на станции еще остались живые, они будут знать, что приговор приведут в исполнение.

Ксеркс кивнул.

— Когда мы выйдем на огневую дистанцию, остальной флот должен начать атаку. Ничего не должно достаться варпу. — Он оглянулся на бронзовый корпус станции в тисках варпа. — Ничего, кроме пепла и безмолвия.

— Астропат.

Слово разнеслось в пустой тишине астропатической комнаты. Сгорбившаяся фигура в зеленой одежде повернула слепое лицо на затихающий звук, отразившийся от пустых каменных рядов.

— Кир? Это вы, не так ли, мой друг?

Голос Колофона эхом отразился от стен. Астропатический зал находился в центре станции, вдалеке от наступающих демонических сил. Здесь было пусто, тихо и темно. Зачем слепому свет?

Кир шагнул из затемненного арочного входа, доспех урчал при каждом движении. Штурмболтер в правой руке был нацелен спаренными стволами на сгорбившегося старика. Синяя поверхность доспеха эпистолярия была опалена и покрыта полосами высыхающих жидкостей. Кир выглядел словно призрак, восставший с погребального костра.

— Это Кир.

Голос библиария тихо рокотал. Колофон дернулся ему навстречу, вцепившись в навершие трости. На монохромном дисплее шлема он выглядел испуганным. Нет, он выглядел устрашенным.

— Приближается Инквизиция, — запинаясь, произнес Колофон. — Они уничтожат это место и всех нас вместе с ним. Мы должны…

— Почему ты обманул меня? — Кир держался поодаль от старика, медленно кружа вокруг фигуры в зеленой мантии. Единственная руна наведения на дисплее шлема колеблющегося янтарного цвета пульсировала поверх изображения старика.

— Я не обманывал вас. — Колофон остановился, он не следил за перемещением Кира, а говорил прямо перед собой.

Библиарий продолжал кружить, без раздумий отмахнувшись от заверений Колофона.

— Сообщение, оно ставило меня в тупик с того момента, как мы прибыли сюда. Как оно могло быть отправлено, если нас отрезали, едва началась атака? Я не такой эксперт по астропатической передаче, как ты, но я коснулся варпа и почувствовал, что мы изолированы, как ты и говорил.

Колофон закутался в зеленую мантию, словно от холодного ветра.

— Я не понимаю, о чем вы говорите. — Он покачал головой и сделал несколько шагов к двери. — Нам нужно идти. Мы можем спастись на вашем корабле, мы…

— Но сообщение было отправлено. Оно привело меня сюда, и, несомненно, привело Инквизицию. — Кир невесело засмеялся. — Временное искажение. Ты дал мне эту подсказку, а я не подумал об альтернативе.

Старик открыл рот, словно собираясь ответить, но Кир продолжал говорить, подозрение и гнев превратили его голос в низкий рык, исполненный сдерживаемой угрозы.

— Ты отправил сообщение, Колофон. Ты привел меня сюда, и ты навлек кару Инквизиции на это место.

Колофон покачал головой, на его лице отразились потрясение и гнев.

— Вы безумны, мой друг, — пролепетал Колофон. — Вы не…

— Но как ты закрыл варп болью, которую даже я почувствовал? И зачем тебе завлекать сюда людей только для того, чтобы уничтожить? — Кир вытянул меч. — Есть одно существо, которое могло сделать такое, могло наблюдать изнутри, в то время как его родня пришла из-за…

Колофон отшатнулся, когда меч вспыхнул холодным светом.

— Я…

— Существо, которое может казаться созданным из плоти и крови. — Кир почувствовал вес меча в руке, его холодная мощь отражала ярость библиария. — Скажи мне, астропат, если я разрублю тебя, как ты будешь истекать кровью?

— Я…

— Судьбоплет. — Кир произнес имя, и Колофон вздрогнул, словно от удара. Внутри шлема Кира руна угрозы стала красной. Он сделал шаг вперед, его голос устрашающе зарокотал: — Тебе знакомо это имя?

— Я только астропат, — захныкал Колофон.

Кир подумал обо всех мирах, затянутых в болото варпа, о запахе погребального костра мертвого Катариса. Он чувствовал себя глупцом, которым манипулировали. Его видения и идеалы обратили против него. Он не знал, почему демон играл в такую игру, и не хотел этого знать. Существо перед ним было одиноко и заключено в человеческой плоти, которую он мог уничтожить. Его палец начал давить на спусковой крючок штурмболтера, а силовой меч запылал ярче.

Палец застыл на спусковом крючке. Библиарий не мог пошевелить конечностями, на коже выступил пот, и он почувствовал, как кристаллы его психического капюшона будто заледенели, сражаясь с психической силой, которая удерживала его. Она окутала его так быстро, что он даже не почувствовал ее прикосновения.

— Ты действительно глупец, космодесантник.

Голос раздался позади него, в нем ясно слышалось презрение.

— Мне жаль, — сказал Колофон, лживо улыбаясь.

Кир услышал приближающиеся шаги и стук посоха.

Он попытался обратиться к своей силе, но сфокусированное на нем воздействие было подобно гибкому шнуру, который затягивался, когда библиарий давил на него.

— Он не демон, которого ты зовешь Судьбоплет, по крайней мере, не полностью.

Теперь голос, исполненный насмешки раздался уже сразу позади него. Перед ним возникла гибкая фигура Гекаты. Глаза женщины ярко блестели, а крылатая драгоценность на ее посохе пульсировала холодным сиянием. Она встала рядом с Колофоном, старик возле нее горбился все сильнее, становясь похожим на хищную птицу.

— У демона две головы, космодесантник, — сказала женщина и улыбнулась.

Кира охватило чувство падения, за ним тянулись обрывки предположений и истин.

Колофон покачал головой, как будто сожалея, морщинистые складки на его тонкой шее дрожали.

— Все будет хорошо, друг, — пообещал астропат, и Кир ощутил в его словах абсолютную ложь.

Геката медленно моргнула и подошла ближе к Киру, чтобы посмотреть прямо на него.

— Ты скоро умрешь, космодесантник. — Она сдержанно кивнула. — Но сначала ты должен пойти и посмотреть.

Она улыбнулась, и мир рассыпался на осколки.

Кир падал, по телу проносились бессвязные ощущения: вкус ароматного вина; прикосновение пера к коже; боль; лицо отца, пустое и разбитое; вонь трупов; цвета, текущие без формы и системы; звук моря, швыряющего камни о скалу. Все появлялось и исчезало быстрее, чем он мог понять. Он хотел закричать, но у него не было рта.

Вокруг него замерцал оживший мир.

Он сидел на теплом каменном парапете под ясным синим небом. Посмотрев вниз, он увидел спускающуюся к поселению стену с башнями. Низкие серовато-коричневые каменные дома прижимались к основанию башни, как грудной ребенок к матери. Из труб поднимался дым, пахнущий жареным мясом и специями. За обветшалой окраиной селения к горизонту тянулась равнина, ее поверхность колыхалась, когда теплый воздух тревожил зеленое море зерновых.