Клинок выковывается - Дмитрий Распопов

– Я думаю, что уже через трое суток сюда явится королевская гвардия, – задумчиво произнес Дорн.

– Какой-такой Каладборг, какая гвардия, что вы несете? Вы что, специально решили меня разозлить? – я перешел на крик.

– Боюсь, тан, что вас ждет новое путешествие, теперь уже в нашу столицу. – Подошедший Атор взял из протеза Дарина подкову.

– Не, ну это уже наглость! – Я едва не задохнулся, меня опять собирались куда-то впрячь, при этом не интересуясь моим мнением. – А я вам заявляю, что никуда никаких гонцов мы посылать не будем и никто ничего не узнает.

Дарин скептически оглядел толпу гномов.

– Боюсь, тан, у вас действительно нет выбора. Вы ведь не только гражданин Шамора, но и вассал нашего короля, и будет лучше, если вы сами уведомите его величество о произошедшем, чем ему об этом доложит кто-то другой. – Дарин показал мне глазами на окружающую толпу, намекая, что в толпе легко может быть соглядатай.

Я нахмурился. Дарин был прав, после принятия титула тана у меня появился двойной вассалитет, и просто так отказаться от этого невозможно. Но все же я предпринял еще одну попытку переубедить окружающих:

– Я вообще не вижу в случившемся ничего особенного. Узнает король – хорошо, нет – еще лучше, так что предлагаю всем просто разойтись и забыть об этом маленьком недоразумении.

– Тан, ничего не выйдет, – произнес Дорн, качая головой. – Вы теперь наше национальное достояние, а то, что вы являетесь таким же подданным нашего короля, как и мы, только облегчает ваш и наш выбор.

– Вы хотите сказать, что если бы я был посторонним, то меня просто скрутили бы и силком привезли в столицу? – я презрительно хмыкнул.

– Как только Торгидор узнает, что Каладборг возможно отковать заново, дело может дойти и до этого, хирд гвардейцев до сих пор не знал поражений, – спокойно ответил мне Дорн.

– Да и вообще, Торгидор может пригрозить, что отменит ваше соглашение с ним насчет земли, – тихо сказал Дарин.

Я наконец понял всю серьезность положения. Похоже, никакого выбора у меня действительно нет.

– Так что за Каладборг этот? – спросил я, практически смирившись с тем, что попал из огня да в полымя.

– Каладборг – это меч, выкованный последним мастером клинков и принадлежавший роду Торгидора, – ответил Тарак. – Он был сломан в битве с демоном. Этот меч – символ королевской власти, он способен одним взмахом срезать верхушки трех скал.

«Ну да, конечно, – тут же хмыкнул я про себя, – вранье чистой воды. Ладно, все равно придется смириться и посмотреть, что из этого выйдет. Раз король так дорожит этим мечом, то я слуплю с него большую цену за свою работу. Да и вообще, надо учесть и то, что меня принуждают к отлучке из дома, и то, что работать, похоже, придется внизу. Еще поглядим, кто первый пожалеет о таком повороте событий».

– Ладно, ничего не поделаешь, шлите гонца к его величеству, – обратился я к старейшинам. – Только не приукрашивайте ничего, одни голые факты, тем более что ваши выводы пока еще ничем не подтверждены.

– Конечно, тан. – Дарин с укоризной посмотрел на меня, словно обвиняя в том, что я мог так плохо о нем подумать. – Я перед отправкой обязательно покажу вам послание.

– Все за работу. – Дорн повернулся и таким спокойным, но твердым голосом отдал приказание, что не только гномов, но даже людей как ветром сдуло.

«Хоть за здешние дела можно будет не волноваться, – улыбнулся я, видя, с какой скоростью все выполнили указание старосты. – Главное, чтобы сам Совет не отошел в мое отсутствие от «генеральной линии партии».

«Что-то мне расхотелось в кузнице работать», – решил я и обратился к мастеру Тараку:

– Простите, мастер, что-то руки опускаются у меня.

– Да-да, разумеется, – рассеянно ответил он, мотая головой. – Даю тебе день отдыха, приди в себя.

– Дарин, пошли со мной, хотя бы расскажешь что-нибудь об этих мастерах, – попросил я гнома.

– Конечно, Макс, – кивнул он и зашагал рядом.

– Ну и? – Я сел за стол, пододвинув к себе тарелку с тонко нарезанным беконом. «Чайку бы сейчас, – вздохнул я, – да с сахарком». К сожалению, ни того, ни другого тут не было, равно как не было и шоколада.

– Никто толком не знает, – начал гном, – как это выходит, что бывшие вчера самыми обыкновенными гномы вдруг начинают ковать черный металл.

– Со мною-то ничего… – начал я и осекся. – Погоди! Это что же выходит, инициация, проведенная Загиялом, и то видение меча не были сном или глюками?

– Выходит, что так, – подтверждающе кивнул Дарин. – До этого ведь никаких странностей при работе с металлом у тебя не было?

Я отрицательно помотал головой.

– Ну вот, обычно все так и происходит, – продолжил он. – Вчера еще рядовой кузнец вдруг становится мастером клинков.

– Так что в них особенного-то, в поковках этих, кроме того, что металл черный? – спросил я. – И почему кузнецы зовутся мастерами именно клинков?

– Когда мастер входит в силу, оружие, им изготовленное, становится не просто куском металла, оно приобретает нечто большее, словно берет часть души своего создателя. – Я впервые видел, чтобы Дарин так вдохновенно о чем-то рассказывал. – У такого оружия есть свои, уникальные свойства, которых нет ни у какого другого. У нас каждый ребенок мечтает вырасти и когда-нибудь обрести силу мастера клинков.

– Не совсем понял, что значит «войдет в силу»? – озадаченно спросил я.

– Вообще-то положено гнома, ставшего мастером клинков, в течение десяти лет обучать основам оружейного дела, а затем запереть в специальном зале, глубоко внизу, там, где течет кровь земли. Он не может ни с кем видеться, ему только спускают туда на веревке еду, питье, необходимые материалы и инструменты. И там, в полном одиночестве, имея кузню и гору металла, он в течение пятидесяти лет познает себя, свою силу и искусство, а познав, кует Оружие.

– Сколько-сколько лет? – Мне показалось, что я ослышался.

– Вообще-то пятьдесят. – Дарин насмешливо фыркнул. – Никто же не предполагал, что и человек может стать мастером клинков.

– Я столько не проживу, – ужаснулся я. – Да и желания у меня такого нет, столько лет в одиночестве стучать молотком.

– Думаю, такие вопросы тебе лучше задать Торгидору. – Дарин быстро съехал со скользкой темы.

– А зачем нужно запирать мастеров? – задал я следующий мучавший меня вопрос.

– Иногда выкованное Оружие оказывается опасным не только для своего создателя, но и для всех окружающих, – нахмурился гном. – Было несколько случаев, когда выкованное Оружие выходило из-под контроля и было множество жертв.

– Как Оружие может убивать, если, например, лежит на полу? – недоверчиво хмыкнул я.

– Обычное оружие – не может, – улыбнулся Дарин, – а вот выкованное мастером клинков – еще как.