Университет Ульгрейм. Лицо некроманта - Анастасия Левковская

— Хена видела? — Она с интересом на меня посмотрела. — Он вроде тоже туда собирался.

— Видела, — скривилась я и проникновенно спросила: — Слушай, чего он ко мне пристал?

— Что на этот раз?

Я в лицах пересказала всю сценку, время от времени прерываясь, чтобы толкнуть ухохатывающуюся Фиру.

— Слушай, чего смешного? — возмутилась я, когда полуэльфийка почти сползла с дивана, утирая слезы.

— Ой, прости, — всхлипнула она и села ровно. — Просто этот Хен… Мой тебе совет: не обращай внимания. Он всегда себя так ведет с девушками.

— Улли сказал, что впервые видит его таким агрессивным.

— Потому что ты — не просто девушка, — фыркнула Фира насмешливо. — Ты — моя первая здесь подруга. Ясное дело, он будет испытывать тебя на прочность! А как ты хотела?

— И всего лишь? — облегченно выдохнула я. — Это замечательная новость! Спасибо!

— Но я тебя сразу хочу предупредить, — хитро улыбнулась она. — Если ты поддашься его обаянию, он против не будет.

Вот тебе и с добрым утром…

— Не дождется. — Я пожала плечами. — У меня совершенно нет времени и желания окунаться в построение личной жизни.

Почему-то перед мысленным взором вылезло ехидно улыбающееся лицо Рина, которое словно говорило мне: «Ну-ну, девочка, мечтай дальше». Но я решительно отогнала видение прочь.

— А почему вы не у родителей? — спросила, чтобы сменить тему и себя заодно отвлечь. — Ты же говорила, что вернетесь перед самым закрытием ворот.

— Их в посольство вызвали, — зевнула Фира, а затем вдруг оживилась и захихикала: — Кстати, тебе Марк ничего не рассказывал?

— В смысле? — нахмурилась я. — О чем именно? Сегодня я его еще не видела.

— О, тогда ты не в курсе, что вчера учудил мой братец! — Полуэльфийка засмеялась.

— Так, мне это уже не нравится. — Я напряглась. — Когда они успели познакомиться?!

— Познакомиться, дорогая моя Глория, это ерунда! — отмахнулась она. — Они чуть не подрались!

— Что-о-о?! Как?!

— Хен Марка достал, — спокойно ответила Фира. — Целенаправленно и нарочно.

Я так и думала. Все-таки есть подобному разумное объяснение. Этот странный полуэльф просто сумасшедший, вот и все. Иначе с чего бы ему «целенаправленно и нарочно» доставать некроманта?

— Совсем больной, да? — сочувственно пробормотала я.

— О нет! — покачала головой подруга. — Не в меру умный.

— Да ладно? — недоверчиво протянула я.

— Знаешь, ты бы видела лицо Марка, — опять рассмеялась она — кажется, настроение у Фиры было замечательное. — Он уже кулаки сжал, чтобы врезать по наглой эльфийской морде. А Хен вдруг расхохотался, приобнял его за плечи и заявил: «Ты нормальный мужик. Одобряю». Ну а потом… Доверительно предложил Марку на мне жениться. Сказал, что даже сам за свадьбу заплатит.

Все, это был финиш.

Я схватилась за голову и застонала:

— Фира-а-а! Твой братец меня не угробил, так ты решила закончить это благое дело? Причем с его именем на устах?!

— Я что, виновата? — пожала плечами она. — Вот такой у меня брат. Другого нет. Так что приходится мириться.

— Что-то мне подсказывает, что его все-таки не любят не за то, что он полуэльф, — скривилась я.

Фира вытаращилась на меня, а затем, закрыв лицо руками, просто завыла от смеха.

— Что, и тут обманул? — с безнадежностью в голосе спросила я и возмутилась: — Знаешь, я еще никогда себя не ощущала такой доверчивой идиоткой, как сейчас!

— Расслабься, Глория, — вздохнула она, отсмеявшись. — У тебя нет против него ни единого шанса. Нет, есть, конечно, процент идиотов, которые попрекают нас происхождением. Но что я, что Хен плевать на это хотели с королевского дирижабля. А знаешь, за что на самом деле не выносит моего братца большая часть Ульгрейма?

— За то, что он ехидный, противный и любит доставать окружающих? — зло предположила я.

— Всего лишь за специализацию, остальное — частности, — спокойно отозвалась полуэльфийка.

— Да что у него за специализация такая в целительстве, что… — начала было я и осеклась.

Я знала одну такую специализацию. Тех, кто практиковал это ответвление целительства, боялись и часто ненавидели. Считали теми самыми мифическими ментальными магами, которые умеют читать мысли и узнавать о тебе сокровенное. И могут заставить тебя поступать не так, как ты привык.

— Мозгоправов в Ульгрейме не учат, — сухо сообщила я очевидное. — Только в моей родной Тирэне и… — опять умолкла, начав осознавать что к чему.

— Совершенно верно, в Лиррвирене, — кивнула Фира. — Все же эта специальность, по большей части, к магии почти не имеет отношения.

— Зато к личности тех, кто этим занимается, имеет. — Я передернула плечами. — Значит, потому он мотается между странами? Учится и там и там?

— Ага. Он каким-то образом выбил себе свободное посещение и тут и там, и нахально пользуется тем, что сессии в разное время. — Подруга немного помолчала, а после тихо спросила: — Ты теперь его тоже избегать начнешь, да? Все же не стоило ему так агрессивно тебя прощупывать…

— Избегать? — Я коварно заулыбалась. — Мне только интереснее стало! Я, знаешь ли, в родном городе с мозгоправами не раз и не два встречалась. Так что кое-что тоже могу им противопоставить. Посмотрим еще, кто кого.

— Мне уже любопытно на это посмотреть, — захихикала она.

Мы еще немного пообщались, и Фира засобиралась к себе.

После вернулся Марк, и я имела несказанное удовольствие выслушать его версию того, как они с Хенримом чуть не подрались. К моему удивлению, друг не злился на полуэльфа и даже с пониманием отнесся к его методам. То, что Хен к тому же мозгоправ, Марка тоже не смутило. Как и предложение жениться на Фире. Более того, друг зубоскалил, дескать, если когда-то его и загонят под венец, то только с такой, как наша полуэльфийка. Короче, дурачился от души.

А в воскресенье выяснилось, что Хенрим — закадычный друг Шэйна. И, соответственно, Ника. Так что Марка и Алекса Шэйн утащил с собой. Под предлогом, чтобы младшекурсники учились пить.

Уж не знаю, чему они там учились, но вернулись друг с соседом перед самым закрытием ворот Ульгрейма. Причем Алекс был довольно пьян. Марк — по его меркам — тоже вполне навеселе.

Я так и не смогла выяснить, в честь чего была пьянка. Потому что повод явно был, только Марк не узнал какой. Сумел вспомнить лишь то, что связано это было с Ником и ничего веселого в нем не было.

Впрочем… Оставалась в неведении я недолго.

В понедельник, в самом начале боевки, мне рассекли бровь, так что пришлось посреди занятия топать в лазарет, сдаваться Бель.