Разорванное время - Алексей Калугин

Кийск с Аникой молча, не глядя друг на друга, сидели на ступенях Блуждающего дома. Сколько это продолжалось, несколько часов или всего пару минут, – кто мог ответить? Время словно перестало существовать. В месте, где они оказались, мгновение могло длиться вечность.

Кийск вытащил нож и стал выковыривать им мелкие камешки из трещины в ступени. Незаметно для самого себя он начал говорить, рассказывая Анике о локусе, о мире, существующем в его сети, о Блуждающем доме и о той цели, с которой он пришел сюда.

– Для чего ты все это мне рассказал? – спросила Аника, когда он закончил.

– Не знаю, – пожал плечами Кийск. – Наверное, потому, что ты должна знать все, раз уж пришла сюда.

– Разве это что-то меняет?

– Нет, – качнул опущенной головой Кийск.

– Мне очень жаль, что погиб твой брат, – сказала через какое-то время Аника. – Вы были с ним очень похожи… И не только внешне… Порой мне казалось, что вы понимаете друг друга без слов.

– Он был мне больше, чем брат, – сказал Кийск. – Он был частью меня самого.

– Я понимаю…

Они снова замолчали, глядя в пустоту.

– А что станет со мной, со всеми, кто живет в локусе, после того, как ты сделаешь то, что собираешься? – спросила Аника.

– Мир локуса перестанет существовать, но сознания тех, кто в нем находятся, останутся в сети локуса. Они будут находиться в латентном состоянии до тех пор, пока кто-либо не извлечет их и не перенесет на другой носитель информации. Это может быть компьютерная или информационная сеть. Или новое тело.

– И как долго мне придется ждать возвращения к жизни?

– Тебе не придется ждать. Время для тебя не будет существовать. Тебе покажется, что между погружением в латентное состояние и пробуждением не пройдет и мгновения.

– И все же, когда это произойдет?

– Не знаю, – честно признался Кийск.

– Будем считать до трех или сразу приступим к делу?

– Что? – удивленно поднял голову Кийск.

– Давай не будем тянуть, – сказала Аника. – А то у меня мороз по коже проходит, как только я себе представлю, что меня ожидает. Хоть ты и говоришь, что эта кожа ненастоящая. Что ты должен сделать? Взорвать этот дом?

– Не знаю, – пожал плечами Кийск.

– Ну так давай посмотрим, что там внутри.

Быстро, словно боясь передумать, Аника поднялась на ноги, сунула в руки Кийску автомат и, подхватив свою сумку, направилась вверх по лестнице. Кийск догнал ее уже у самой двери.

Открыв дверь, они увидели огромный каминный зал. Стены его были покрыты зеленоватой драпировкой с золотистыми узорами. В центре стоял большой круглый стол с расставленными вокруг него обитыми красным атласом стульями. Три стены, за исключением той, в которой находилась входная дверь, украшали глубокие камины, сложенные из серых, грубо отесанных каменных блоков, с широкими полками над очагами и витыми металлическими решетками. Судя по идеальной чистоте в очагах, камины ни разу не использовались по своему прямому назначению. В зале было только два высоких стрельчатых окна, которые находились с обеих сторон от камина на противоположной от входа стене. Форма окон и то, что стекла в них сияли чистотой, совершенно не соответствовало тому, как они выглядели снаружи.

Поставив сумку на пол, Аника зябко обхватила себя руками за плечи. В зале царили красноватый полумрак и промозглая сырость.

Кийск подошел к столу и провел ладонью по столешнице. На полированной поверхности не было даже следов пыли. Как, впрочем, и в любом другом месте.

– Совершенно не то, что я рассчитывал здесь увидеть, – признался Кийск.

– А что, по-твоему, здесь должно было находиться? – спросила Аника.

– Какой-нибудь операторский зал со множеством электронных приборов, – взмахнул рукой в воздухе Кийск. – Какие-нибудь кнопки и переключатели, которые можно попробовать понажимать.

– Если защитная программа предстает в виде стального червя, так почему бы операционному залу не выглядеть, как зал для приема гостей?

– Тогда подскажи мне, где тот рубильник, который я должен выключить? – спросил Кийск.

– Давай посмотрим в других комнатах, – предложила Аника.

Из зала вела только одна дверь, пройдя в которую Кийск с Аникой оказались в небольшой комнате, обставленной в конторском стиле начала двадцатого века. Все здесь, как и в каминном зале, сияло чистотой. Столы, стулья и круглая вешалка у двери аккуратно стояли на предназначенных для них местах. В помещении не было ничего, кроме мебели, никаких мелочей вроде забытых авторучек, смятых листов бумаги или оберток от конфет в мусорных корзинах. Заглянув в столы, Кийск убедился, что они тоже пусты.

Пройдя еще две комнаты – ванную, где из кранов не текла вода, и бильярдную, в которой, кроме зеленого стола, не было никаких принадлежностей для игры, – Кийск с Аникой вышли к мраморной лестнице, ведущей на другой этаж. Хотя снаружи дом выглядел как трехэтажный, в нем было только два этажа.

– Бессмыслица какая-то, – сказала Аника, когда, обойдя десятка два помещений, обставленных в различных стилях, среди которых им встретился даже небольшой плавательный бассейн и искусственная площадка для игры в мини-гольф, они снова вышли в каминный зал. – Не знаю, как ты, но я не заметила ничего говорящего о том, что этот дом предназначен для связи с иным миром. Больше похоже на творение какого-то безумного архитектора.

Аника отодвинула стул и села на него, положив ноги на стол.

– Все дело в том, что мы видим вещи не такими, какие они есть на самом деле, – сказал Кийск, присаживаясь на стул по другую сторону стола. – Давай не будем забывать о том, что мы находимся в электронной сети локуса. Если весь Блуждающий дом – это операционная программа, с помощью которой периферия механиков подсоединена к сети локуса, то комнаты – отдельные файлы этой программы.