Сквозь века - Ксения Мирошник

Год спустя…

Мы с Артуром вышли из чудесной столичной оранжереи, выбрав для моей семьи самые красивые белые каллы. Я сжимала цветы в руках и ужасно волновалась. Несмотря на солнечную погоду, колючий ветер заставлял плотнее кутаться в пальто.

Муж вел меня под руку по широким улицам Аддлтона и неспешно рассказывал о переменах в полицейском участке. В последнее время нам редко удавалось побыть наедине и насладиться компанией друг друга. Мы оба полностью погрузились в заботы и очень скучали.

— Райли решил пойти учиться на детектива, — сказал Артур и улыбнулся.

— У него обязательно получится, — обрадовалась я.

— Только если он научится держать язык за зубами, — усмехнулся мой муж и обнял меня за плечи.

— После резни в участке, — аккуратно начала я, и Артур перестал улыбаться, — он очень повзрослел. В его глазах уже нет столько смешинок, как прежде. И это удручает меня, милый. Я так надеюсь, что со временем боль отступит и воспоминания померкнут.

— Та ночь оставила неизгладимый след, но я замечаю, что Райли все чаще улыбается. Думаю, все будет хорошо, не переживай.

Как только я оправилась от потрясения и набралась сил, тут же вернулась за теми несчастными, что были заточены в подземельях магистиума. Мои девочки помогли излечить их и вместе с миссис Крофтон тщательно стерли почти все воспоминания о случившемся. Некоторое время спустя Артур стал суперинтендантом и возглавил тот самый участок, в котором прежде служил детективом-инспектором. Эта должность помогла ему окончательно уладить все последствия этого мутного для обычных людей дела.

Шли мы медленно, поскольку Артур еще не оправился от тяжелого ранения. В ту самую ночь, когда Лютер был повержен, моего мужа придавило стеной, которая повредила ему правую ногу и располосовала спину. Хромота осталась, но врачи давали утешительный прогноз, что вскоре Артур восстановится и сможет полноценно приступить к своим обязанностям.

Мистер Хардман, когда пришел в себя, был поражен до глубины души тем, что натворил, находясь под влиянием Эдгара. Этот чудесный человек тяжело переживал содеянное и со временем стал нашим добрым другом. Он помогал разгребать развалины Хэксмен-хаус и спасать оставшиеся личные вещи и книги.

От него же поступило предложение полностью восстановить поместье, но я не согласилась, понимая, что без миссис Баррингтон это место никогда не станет прежним. Мы похоронили эту отважную женщину, которая пожертвовала своей жизнью ради учениц, в один день с Эдолин. Ноэль передумал везти тело сестры в Кэчстон.

Олридж-холл принял и разместил у себя всех обитателей пансиона. Миссис Додсон обласкала девочек, каждой подарила свое тепло. Тоску по Эдолин она утоляла заботой о моих ученицах.

Спустя несколько дней, когда Артуру стало немного лучше, а Ноэль смог ходить, они оба приняли решение, что теперь Олридж-холл даст приют пансиону для необычных девочек. А меня они попросили возглавить его. Поместье было огромным, и в нем могло найтись место для всех. Его величество король Эдред поддержал эту идею и сегодня вместе с нами вечерним поездом поедет в Вичпорт, чтобы присутствовать на открытии нового учебного заведения.

— Когда приезжает Ноэль? — спросила я у мужа, когда мы покинули пределы города и свернули на дорожку к кладбищу.

— Уже должен был прибыть в Олридж-холл.

— Они обещали привезти Эмилию! — с замиранием сердца сказала я, предвкушая первую встречу с племянницей Артура.

— Фредди не писала тебе, как они поладили? — остановился он и развернулся ко мне всем телом.

— Писала, — с улыбкой сказала я, утвердительно кивая. — Все прошло замечательно. Девочка приняла новую жену отца просто прекрасно. А ты сомневался?

— Нет, — рассмеялся Артур и продолжил путь, увлекая меня за собой. — Твоя подруга умеет ладить с детьми, а ее большое доброе сердце невозможно не полюбить!

— Это точно. — Я радостно прижалась к плечу мужа и прикрыла глаза, наслаждаясь его смехом.

Несколько месяцев назад, когда дела с пансионом пошли ровнее, наши друзья обвенчались, и это стало первым светлым событием с момента гибели пансиона и его хозяйки. Такие разные и на первый взгляд казавшиеся непримиримыми, но их объединило общее горе, когда ухаживали за Эдолин. Случившееся напомнило Ноэлю, что хорошие люди есть и среди магов. Увидев отвагу Уиннифред, ее благородное сердце и безмерное желание помочь, он влюбился без памяти, хоть и не сразу это признал. Друзья отправились в Кэчстон. Жизнь Ноэля была именно там. Там он собирался продолжить помогать отцу, оставив Олридж-холл полностью на наше попечение. Теперь Артур стал его владельцем.

Как только мы вошли в ворота старого городского кладбища, сердце дрогнуло. С тех пор как я возглавила новый пансион, времени ни на что больше не оставалось. Пока Артур приходил в себя, а Ноэль еще не покинул Вичпорт, они оба помогали мне с организационными вопросами, а после я уже самостоятельно погрузилась в это полностью. Я расширила круг учителей, ведь мы потеряли миссис Баррингтон, а Уиннифред покинула город ради новой жизни с мужем. Мистер Оглси и миссис Крофтон с удовольствием остались рядом со мной.

Еве Мейсон не пришлось сдавать выпускные экзамены, ведь битва за пансион показала все, на что она была способна. Девушка с грустью уехала от нас, обещая навестить в скором времени. Другие ученицы остались возле меня и продолжили обучение.

Выкроив среди нескончаемых дел несколько дней, Артур спешно увез меня в столицу, а потом привел сюда, чтобы я смогла увидеть могилы родителей и Томаса Марлоу. Несколько писем и настойчивость моего мужа помогли ему обнаружить места их захоронения, и я была благодарна. Как оказалось, родители и сестра покоились под одним камнем.

Обычный серый камень с потускневшей надписью: «Престон Бенджамин, Анна, Глория». Не драгоценный, не магический, но столько в нем было света. Столько эмоций он дарил, столько тепла. Возложив цветы на могилу, я не проронила ни слезинки, зная, что они прожили хорошую жизнь, веря, что они видят меня и радуются. Я уже не бессмертна, но прошло целое столетие, а я все еще жива, я помню о них и люблю.

Над могилой Томаса задержалась чуть дольше.

— Прости меня, — прошептала ему, — и спасибо. Спасибо, что, невзирая на мой поступок, ты спас мне жизнь. У нас все получилось, и ты можешь покоиться с миром. Твоя жертва не была напрасной, — я перевела дух, справляясь с нахлынувшими чувствами. — В пансион пришла новая ученица. Твой талант перешел к ней, и теперь в мире появился новый маг-ювелир.