Хранитель трона - Юрий Ландарь

– Я зубами буду грызть этих тварей!

– Это очень опасный поход, – напомнил Руткер, – и мы можем из него не вернуться. Ты хочешь, чтобы твои дети остались круглыми сиротами?

– Корул уже совсем большой, – не сдавалась Ольвильда, – он возьмет на себя обязанности главы семьи. Мы с ним все решили.

– Они решили! – возмущенно воскликнул Руткер.

– Если бы Корул был чуть постарше, я отпустила бы его отомстить за отца, но его время еще не пришло. К тому же дома остаются Катан и Лисита, они помогут Корулу.

Катан молча сидел в кресле, хмуро поглядывая на родственников – его участие в предстоящем походе зарубили в самом начале разговора, а настойчивости Ольвильды у него не было. Лисита же, словно маленький воробышек вжалась в угол дивана, с ужасом слушая то, что участники похода могут не вернуться домой. Но никого отговаривать она не смела, прекрасно понимая, к чему это приведет.

Наконец Руткер устало махнул рукой:

– Делай, как знаешь. Но чтобы всегда была рядом со мной! Не хватало мне еще мотаться по всему Верейну в твоих поисках!

Ольвильда радостно кивнула.

Не стал больше спорить и Гартош, а только повторил жест деда:

– Мы выступаем завтра утром. Надеюсь тебе не понадобятся долгие сборы?

– Я готова идти мстить хоть сейчас.

– Сейчас не нужно, будем действовать по плану, от этого зависит наш успех. Каждый занимает свое место и выполняет свою задачу. Правильно дед?

– Правильно внучек, правильно. А твое место Ольвильда, я еще раз напомню, рядом со мной.

– Расскажи последние новости с Верейна, – попросил Гартош, и ехидно добавил. – Для нашей новой участницы.

Ольвильда, словно не замечая иронии, сидела важно и торжественно.

– За последний день ничего особенно не изменилось, – начал маг. – Ведьмы явно прослышали о нашем походе, и ведут неспешную подготовку. Но наша хитрость сработала, они не ожидают, что мы ударим так рано и именно по ним. Поэтому не стягивают силы в места предполагаемых прорывов.

– Это не может быть ловушкой? Показать нам только то, что мы должны увидеть, а не то, что есть на самом деле?

– Может, – спокойно согласился с внуком Руткер. – Но мы сделали все возможное, чтобы избежать ловушек. Наши соглядатаи действовали предельно осторожно, и я думаю, мы видели истинную картину. А даже если не так, то, что это меняет?

– Ничего! – в один голос ответили Гартош и Ольвильда.

– Карательный поход состоится, даже если нас там будут ждать все ведьмы Верейна, – добавил Гартош.

– На этом, пожалуй, и закончим, – сказал Руткер. – У нас не так много времени, чтобы закончить все наши дела.

Гартош поднялся вслед за дедом:

– Да, дел слишком много. Но я отложу все и загляну в одно место, где однажды мне уже оказали помощь.

– Куда? – с интересом спросил Руткер.

– Я отправлюсь в храм Килесы.

– Я с тобой, – тут же поднялась Ольвильда. – Мне тоже есть о чем попросить богиню мести.

Командор колебался недолго:

– Если уж кому-то и просить помощи, то это тебе.

* * *

Храм Килесы встретил просителей привычной здесь тишиной – не самому популярному божеству он посвящался, поэтому его посетители не любили попадаться на глаза.

Гартош опустился на одно колено. Ольвильда упала на оба, и, глядя в глаза каменной богини, горячо зашептала:

– Только на тебя моя надежда. Я знаю божественная, ты меня поймешь. Меня переполняет ненависть и жажда мести, и они требуют выхода. Эти твари из Верейна отобрали самого дорогого мне человека, и они не имеют права на жизнь. Чтобы отомстить я готова на все. Я буду разрывать их младенцев и пожирать их сердца. Я…

– Достаточно, – раздалось над головой у Осколов.

Гартош узнал этот голос, и знакомое чувство внутреннего холода казалось, превратил кости в лед. Он поднял голову, богиня внимательно смотрела на Ольвильду и та не отводила взгляда.

– Ты стала настоящим Осколом, – произнесли каменные уста.

– Помоги, – тихо и отчаянно, почти проскулила Ольвильда.

Килеса не ответила и посмотрела на Гартоша:

– К хорошему привыкаешь быстро, такЮ молодой Оскол? Получив помощь раз, ты пришел и второй. Похоже, ты решил моими руками решать свои проблемы.

– Свои проблемы я решаю своими руками, – благоразумно удержавшись от резкости, ответил Гартош. – Но твоя помощь мне требовалась тогда, еще больше она нужна сейчас. Я благодарен, что ты помогла нам в той битве, и мы посвятили победу тебе.

– Я знаю, – улыбнулась статуя. – Даже часовню мне посвятили. Как трогательно.

– Помоги нам и сейчас, и слава о тебе разнесется далеко за пределы Иктива.

– А нужна она мне, эта слава?

– Нужна, – уверено сказал Оскол. – Любому богу нужно подтверждение его силы, и чтобы его славили как можно больше смертных.

– Это не всегда так, мой мальчик, – переводя взгляд с одного Оскола на другого, ответила Килеса. – И я не знаю, решила бы я тебе помочь, не приведи ты Ольвильду. Ее желание отомстить гораздо выше твоего, а я всегда питала слабость к решительным женщинам, жаждущим отомстить за своих мужей. Так что вы пришли в нужное место.

– Спасибо великая, – забормотали просители.

– Но моя помощь будет не настолько весомой, как в прошлый раз. Ведь вы идете в другой мир, мне не подвластный. Там другие боги и другие законы. И правящим там богам, конечно, не понравится вмешательство чужих божеств. Так что моя помощь может оказаться для вас очень плохой услугой. Она может привлечь внимание бессмертных сущностей, и вы будете иметь дело не только с ведьмами, но и с демонами. В лучшем случае с духами.

– Кто вмешается позже, для нас не так важно, – сказала Ольвильда. – Главное, отомстить виновникам гибели наших близких.

– Я ждала этих слов, – кивнула Килеса. – Месть, превыше всего. Превыше жизни. В этот раз помощь получишь не ты, Гартош, помощь получит жаждущая мести вдова. Хотя выиграете от этого все вы. Во всяком случае, я на это надеюсь.

Статуя слегка наклонилась, нижняя правая рука богини мести пришла в движение и протянула Ольвильде, застывший лепестком пламени кинжал.

– Держи. Пламя Истиной Мести, это самое большое, что я могу тебе дать. Его силы достаточно, чтобы отомстить твоим обидчикам, но оно не бесконечно. – Статуя выпрямилась. – А теперь идите, пока я не слишком поразилась своей щедрости.

– Спасибо великая, – поклонился Гартош, и поспешно потянул к выходу Ольвильду, не отводящую восхищенного взгляда от пламенного клинка.

Ольвильда была настолько поражена подарком, что забыла поблагодарить богиню. Но, похоже, та не особо нуждалась в благодарностях – сияющие восторгом глаза смертной, служили лучшей благодарностью.