Клинки у трона - Сергей Садов

– Рон, ты спишь? – позвал я.

– Спал, – отозвался недовольный голос. – Чего надо?

– Ты не знаешь, почему эта гостиница называется «У моста»?

– И ради этого ты меня разбудил?

– Рон, не вредничай. Если бы ты спал, то тебя было бы из пушки не разбудить, а ты отозвался сразу, как только я тебя позвал.

– Ладно, так и быть, объясню. Эта гостиница называется так потому, что раньше она стояла на перекрестке, через который был перекинут пешеходный мост. После пожара здесь проложили более широкую улицу, перекресток убрали и в мосте отпала необходимость. Но хозяин не стал менять название, посчитав, что если она уцелела при пожаре, то это знак свыше ничего в ней не менять. Если это все, что ты хотел узнать, то я буду спать, с вашего разрешения, милорд, – последнюю фразу Рон произнес с легкой издевкой. По шее, что ли ему надавать? Нет, вставать неохота, да и спать хочется.

Утром я решил рано не вставать. Ага, как же! Решил! Меня подняли сразу после восхода, даже не спросив моего мнения. Оказывается весь мой отряд уже встал и теперь ожидает меня.

– Слушай, а вы не могли бы еще немного поспать? – пытаясь быть вежливым, спросил я у Готлиба.

– Милорд, если вы хотели сегодня отдохнуть, то вам следовало сказать об этом мне вчера, тогда я не стал бы поднимать людей так рано.

Что ж, сам виноват, ничего не попишешь.

– Ладно. Сейчас спущусь.

Готлиб поклонился и вышел. Я же совершил свой самый большой подвиг за все время нахождения в этом мире: поборол сон и встал, а потом заснул стоя. Проснулся я оттого, что брякнулся во сне на пол и сильно ударился коленом об кровать. Поминая всех святых, не очень святых и совсем не святых, я потер саднящую коленку и встал. Чтобы снова не уснуть пришлось прибегнуть к дей-ча. Нет, это все-таки издевательство над бароном. Я вчера вымотался морально на всех этих переговорах, которыми наградили меня сначала Мервин, а потом Нарнах. Потом вымотался физически, исходя пешком чуть ли не весь город, да еще в кольчуге и с мечом, размышляя о своем новом положении. Потом часа два занимался разными хозяйственными делами, уплачивая за ту мебель, которую превратили в дрова мои охранники сегодня за ужином, когда они поспорили с гвардейцами Амстера кто из них сильнее. Еще час пришлось потратить на восстановление хороших отношений с хозяином. В результате всего этого я лег спать в третьем часу утра. Имеет ли право после этого барон поспать подольше? Имеет! Тогда почему мне не дают воспользоваться этим правом? Вот Рон дрыхнет и хоть бы что. И будет до обеда дрыхнуть. Где же справедливость? Справедливости в мире нет. Придя к такому грустному выводу, я открыл глаза и, чувствуя себя взбодренным после дей-ча, тихо, стараясь не потревожить спящего Рона, оделся и вышел.

К полудню удалось закончить все организационные вопросы, поскольку только сейчас обнаружилось, что у нас нет многих, необходимых для похода вещей. В частности обнаружилось, что нет палаток для солдат.

– Я думал ты специально не взял их с собой, – сообщил мне Готлиб, выслушав мои высказывания о тех, кто собирал поход. – Обычно барон должен проверять то снаряжение, которое берут с собой его люди.

Я тут же замолчал, признавая его правоту. Опять я влип в неприятности просто от незнания тех тонкостей, которые остальные бароны познают с рождения.

– Если ты помнишь, то я не родился бароном и стал им по завещанию. Я думал, что такие очевидные вещи должны знать солдаты и без напоминаний.

Теперь настала очередь Готлиба задуматься.

– Я об этом не подумал, – признал он. – Я думал ты приготовил все необходимое здесь, поэтому и не берешь лишнее в дорогу. А то, что мы по дороге останавливались на постоялых дворах, убедило меня в этом.

– Ладно. Сейчас уже поздно искать виновного. – Я вытряхнул свою сумку и достал кошелек с золотом. – Вот. Отправь кого-нибудь из солдат, пусть закупят все, что нам нужно. И пусть выбирают все лучшее.

– Солдат, милорд?! – изумился Готлиб. – Да они же половину своруют и накупят какую-нибудь дешевку, утверждаю, что именно на это истратили все выданные деньги.

– Готлиб, – устало попросил я. – Я не выспался и сейчас туго соображаю. Сам найди кого отправить. Не найдешь, отправляйся сам и прихвати солдат в качестве носильщиков.

– Я отправлю сержанта.

Сержанты в тевтонской армии почти полностью соответствовали сержантам армий моего мира. Они отвечали за дисциплину в отряде, когда командиры были заняты (пирушкой, например) и назначались из опытных латников, низшего происхождения. Почему сержант будет честнее солдат, которым, собственно он и является, я не понял.

– Хорошо.

Вспоминая ту суету, что была утром, я хмурился и сердито кусал губы. Можно сколько угодно ругать Готлиба или Хоггарда, но они не могли предполагать, насколько я плохо знаю все детали похода. Поэтому то, что для них было очевидно, для меня было в новинку и мне всему приходилось учиться на ходу. Поэтому-то они и ничего не сказали мне, когда в поход отряд собрался кое-как. Они-то были уверены, что я знаю, что делаю и им даже в голову не пришло поправить меня. Решив не повторять прежних ошибок, я на этот раз, прежде чем выехать из гостиницы, проверил досконально весь багаж. Причем смотрел не только я (откуда я знаю, что может понадобиться отряду в пути?), но и заставил смотреть Готлиба, к которому подольстился тем, что он более опытен и побывал во многих походах. Польщенный Готлиб согласился провести проверку после меня. Я же не столько проверял, сколько учился у него, наблюдая за действиями Готлиба.

– Ну скоро мы отправимся? – Рон нетерпеливо гарцевал на своем коне. За время путешествия Рон стал отличным наездником и сейчас я сильно сомневался в том, что теперь он не смог бы справиться с тем конем, которого он нашел во время осады Амстера. Тогда мы были вынуждены его продать именно потому, что Рон не смог справиться с боевым конем. Да, теперь бы он справился. Рядом с Роном стоял Дин, завистливо наблюдая за приятелем. Интересно, что этот чертенок наплел другу? Наверняка о каком-нибудь важном задании, которое он должен выполнить, но о котором ничего сказать не может в силу его жуткой секретности, но Дин его друг и по секрету можно сказать… Дальше все зависело от фантазии Рона, а она у него была довольно богатой. – Что мы возимся?

– А некоторые сони могут помолчать, – оборвал я его. – Сам спал до одиннадцати, а теперь всех торопишь.

– А я виноват, да? Сам меня не разбудил!

– Так, я еще и виноват. А ну цыц у меня.

Рон обиженно фыркнул.

– Тоже мне, командир. – Но сказал тихо, чтобы никто не услышал. Только он забыл, что слух у меня был гораздо лучше, чем у обычных людей, благодаря занятиям с Дерроном и Мастером.

– Теперь все? – спросил я Готлиба.

Тот кивнул.

– Кажется да, милорд.

– Отлично, тогда вперед. – Я вскочил на Урагана и выехал вперед отряда. Рядом пристроился Готлиб, а с другого бока поехал Рон. За нами ехали остальные солдаты.