Четвертое правило Мангуста - Валерий Вайнин

Мы ехали к Дашкиной квартире, чтобы опять спрятать там Светку. Но, по моей прикидке, заточение капитана Сычовой сегодня должно было закончиться. Или, как говорится, чего-то в жизни я не понимаю. Хвостов за нами по-прежнему не было. Да и зачем?! Партия перешла в эндшпиль.

Сидящий сзади Стас напомнил:

– Ты сказал: судя по открытке, Зинаида у них. Что ты там вычитал?

Проскакивая на желтый свет, я подыскивал слова для ответа.

Светлана ответила быстрее:

– Остапчук предложит обменять Зинаиду на меня.

В зеркальце было видно, как набычился Рыжий.

– А ху-ху не хо-хо?! Кто же на это согласится?

– Я, – сказала Светлана.

– Тебя никто не спрашивает!

– Стас, я сама решаю.

Я со вздохом на нее покосился:

– Тебя не спрашивают, Сычиха. Главное, что…

– Это мне решать! – повысила голос Светлана. – Идите, на хрен, оба!

– Вместе с тобой! – парировал Рыжий.

Свернув на перекрестке, я закончил свою реплику:

– Главное, что на этот обмен соглашусь я. Только бы он состоялся.

Рыжий засопел:

– У тебя, вообще-то, чердак на месте?

– А у тебя?! – разозлился я. – Моли Бога, чтобы Остапчук не передумал! Светке дадут медаль, и мы зальемся шампанским!

Повисло молчание. Затем Рыжий проворчал:

– Кому он позвонит? Тебе, Глеб?

– Кому ж еще, – ответила Светлана.

– А где он достанет номер телефона?

Я вздохнул:

– Стас, помнишь, куда нас послала Света? Так вот, ступай туда один.

Опять воцарилось молчание. Уже вблизи Дашкиного дома Светлана осведомилась:

– Почему она называла тебя господином?

Я пожал плечами:

– Недоумеваю.

– Говорю же, она свихнулась, – встрял Рыжий. – После такого шока любой бы…

– Стас, – оборвала Светлана, – я с Глебом разговариваю. – Она пытливо смотрела на меня. – Так почему?

Я почесал затылок.

– Могу только строить догадки.

– Поделись догадками.

Рыжий вновь вмешался:

– Как на допросе. Может, хватит?

– Стас, я с Глебом разговариваю, – повторила Светлана.

Я припарковался у подъезда, возле «Тойоты» Стаса.

– В другой раз, Свет. – Я приоткрыл дверцу. – У костра под гитару. Когда дело закроем.

Светлана кивнула:

– Идет. Вопросы у меня накопились.

Мы выбрались из «жигуленка», вошли в подъезд и поднялись в квартиру. Здесь было прохладно и тихо. Поглядывая на дверь ванной, Светлана сказала:

– Значит, я жду. Если что… вы за мной заедете.

– Не минуем, – ответил я. – Пошли, Стас.

Рыжий топтался на коврике.

– Вообще-то, я останусь. Если Света не возражает. Живот от голода подвело, а переться куда-то… Когда отморозок позвонит – я здесь.

Светлана невозмутимо кивнула:

– Здравая мысль. Пойду приму душ, а ты разогрей пока… – Смутившись, она ретировалась в ванную.

– Отлично, – подытожил я, выходя. – Будьте наготове, я заеду.

Но по дороге домой на душе у меня скребли кошки. Вдруг обмен этот мне только мерещится? Что, если Остапчук опять выкинет фортель? Где тогда искать Зинаиду, как ее вызволять? Спину опять придавила гора, наподобие Эвереста. И с этой ношей я ввалился к себе в квартиру.

Дашка встретила меня в прихожей. На ней были джинсы, кроссовки и майка – полная боевая экипировка. Ее «конский хвост» задиристо вздымался. Она положила руки мне на плечи и посмотрела в глаза.

– Так все плохо?

– Надеюсь на лучшее, – вздохнул я.

Она погладила меня по щеке:

– Подари мне свою надежду. За обедом.

Я помыл руки, и мы прошли на кухню. Там я поел (не помню, что именно), отодвинув булыжник, переместившийся Дашкиными усилиями с подоконника на стол. Похоже, Пьер обосновался у нас надолго. Что ж, места хватит и для него.

За чашкой кофе я изложил впечатляющие результаты нашего свидания с Хлыстиным, упокой Господи его душу. Выслушав, Дарья с тревогой уточнила:

– Думаешь, Остапчук позвонит по этому телефону?

– По какому же еще?

– Откуда он знает номер?

С досады я хлопнул по столу:

– Вы со Стасом сговорились?

Дашка тряхнула «конским хвостом».

– По-моему, вопрос закономерный.

– Да ну?! Позвони Илье – он ответит с ходу.

Дарья прошлась по кухне. Самолюбие ее было задето.

– Обойдусь без подсказок. Во-первых, он мог узнать телефон раньше, у Толяна.

Я похлопал в ладоши:

– Браво! Что значит математический класс!

– Во-вторых, на него работал Гномкин, который легко мог пробить…

– Разумеется. И позволь заметить, существует еще десяток иных возможностей.

Дашка встала подбоченясь:

– Почему же он не звонил до сих пор?

Я прыснул:

– Непременно у него поинтересуюсь. Дорогой друг, почему не звонишь, не заходишь? Жена, дескать, обижается.

Дашка тоже прыснула. И поводила пальцем перед моим НОСОМ:

– Никогда не смей ставить мне в пример Илью!