Николь. Душа для Демона - Мира Шторм

Тройка воинов неспособна вести бой полноценно и при этом охранять меня. Я не просто слабое звено – я мишень. Это было понятно даже мне. Потому и не сдавались мы с Тахиром, не обращая внимания на череду неудач, день за днем искали способ напитать охранки силой.

На ирлисов в краю за Туманом рассчитывать нельзя. Те не смогут долго сопротивляться влиянию общей атмосферы ненависти и безумия, потому было решено, что отпустим их вечером. А призовем снова только когда вплотную подойдем к лабиринту и будем лучше понимать, с чем имеем дело.

Это для идущего Джана подземные пещеры были пусты. Признаться, мое воображение пасовало в попытке предугадать, чем именно встретит нас Одасо. Хотя поистине неразрешимым для меня был только один вопрос: чем именно являлся Одасо, существовавший в неизменной точке этого мира вот уже более тысячи лет.

Не скрою, втайне я боялась обнаружить внутри гор бога или дракона. Кого-то из тех могущественных существ, схватка с которыми вне пределов наших возможностей. И лишь шикала на саму себя за столь крамольные мысли.

Работающие охранки – способ вести бой совершенно на других условиях. Мы из дома Джантара взяли тот же комплект, который был с нами в прошлом походе. Взяли… впрочем, нет смысла врать самой себе – украли из его дома три дюжины сфер-клеток из желтого металла с кристаллом внутри. Они были способны отпугивать зверей и держать их на расстоянии полутора-двух метров. Вот только в прошлый раз мы исчерпали заряд кристалла практически полностью. Из комплекта лишь шесть охранок бодро пульсировали при включении, а две дюжины и вовсе не реагировали на поворот зубчатого кольца, демонстрируя нулевой запас энергии. Да только все маги этого мира подчинялись жреческому ордену, и мы не могли к ним обратиться. Не могли попросить зарядить приметные охранки с клеймом рода Юндая у наших врагов.

Потому меня распирало от гордости, когда утром я выложила перед Эйданом и Талисой ярко сияющую охранку.

– Ух ты! – искренне восхитилась Талиса.

До Эйдана не сразу дошло, что я бы не стала с таким заговорщическим видом выкладывать одну из шести изначально заряженных охранок. Смотрела я, как тяжело ворочаются мысли в голове Эйдана, как он жует по обыкновению губу и шевелит морщинами на лбу в такт пульсирующему кристаллу, и едва сдерживала хихиканье.

– Чертова ведьма, у тебя таки получилось! – проговорил наконец Эйдан в полном изумлении и широко улыбнулся, не скрывая облегчения. Подхватил охранку и покрутил колесо включения туда-обратно – будто все поверить не мог.

Он повернулся ко мне и совершенно другим тоном спросил:

– А повторить-то сможешь?

Я торжественно показала еще одну охранку – вот не могла удержаться от шалости и теперь наслаждалась выражением его лица. Две пульсирующие охранки будто разгоняли сумрак утра своим спокойным сиянием.

Эйдан восторженно крякнул и, включаясь в мою игру, выжидающе поднял брови. А я только две охранки заранее включила, потому развела руками, мол, больше нет. Эйд хлопнул ладонью по бедру и якобы обиженно вздохнул. А сам уже потянулся к мешку с остальными охранками.

Я невольно перевела взгляд на Тахира – тот точил клинок и искоса за нами наблюдал, улыбаясь.

– Ты же говорила, что у магов другая сила. Как вы это сделали? – воскликнул Эйдан, когда после включения очередной охранки понял, что все они заряжены полностью.

Талиса, задумчиво пускающая дым, посмотрела на меня странно, прищурив глаза.

– Лучше не спрашивай, Эйд, – тихо ответила она за меня и хрипло расхохоталась.

Мои щеки аж обожгло. Похоже, Талиса просыпалась ночью, когда пришел ее черед дежурить, и видела наше сидение друг напротив друга. Но ведь не стала вмешиваться. Я подавила в себе смесь благодарности и досады. Словно в тайне для двоих мелькнула тень третьего. Мелькнула и пропала, позволив нам сохранить опыт единения сил в тишине. Все равно такое не расскажешь, не объяснишь… не забудешь. Чудилось мне, что этой нашей тайной между мной и Тахиром словно окончательно стерлась граница. Да, мы с ним не маги, наша сила иного рода, но то, что творилось этой ночью, иначе как магией не назовешь. Дервины и джамалии не управляют магией, они ее создают…

Мне хотелось коснуться его хотя бы невзначай, и он словно ощутил мое состояние – по моим пылающим щекам скользнули невидимые ладони, и внутри что-то сладко зазвенело в ответ.

Мы обменялись с Тахиром взглядами и присоединились к смеху Талисы и Эйдана. И было что-то в нашем веселье отчаянное и красивое, отчего хотелось петь и танцевать, с силой втаптывая злость и страх в землю.

Словно кто-то свыше ободряюще похлопал по плечам и доверительно подмигнул. В воздухе висела мелкая ледяная взвесь и искрила в ленивом низком солнце.

– Э-ге-гей! – вдруг звонко крикнул Эйдан и залихватски свистнул.

У нас теперь есть щиты, у нас есть способ держать волну безумной ярости на нужном нам расстоянии. Мы сможем сохранять островок покоя и тишины на пути к лабиринтам и мы наслаждались последними минутами спокойного перехода по Белым землям.

А через сутки мы стояли перед Туманом.

Эйдан, собравшийся идти на разведку, помедлил с секунду, а потом обернулся ко мне.

– Я вдруг подумал, а как же так получилось? – произнес он, с самого рассвета хранивший странное молчание.

Пожала плечами в ответ. Все покосились на Эйдана, но никто не спросил, что он имел в виду. И так понятно, что перед Туманом Эйд озвучил самый неприятный вопрос и заодно провел черту – время для разговоров подошло к концу.

– Годы, десятилетия, века… Все вокруг менялось так медленно, что сложно было заметить, – наконец ответила я.

– И это меня пугает больше всего. – Эйдан хмуро кивнул, без лишней торопливости вытащил клинок из-за спины, перехватил удобнее двумя руками и нырнул в Туман. У меня аж озноб по коже пробежал от волнения.

За Эйданом в Туман тенью скользнули два ирлиса. Хорошо. Подстрахуют.

Мы вслух не проговаривали, но уверена, что стена зверей, стоящих в ожидании гостей прямо носом к Туману, мерещилась не только мне.

Даже пару раз ночью просыпалась на мгновение от этой картины, как у невидимой черты стоят дрожащие от ярости разные неведомые твари, скалятся, рычат… И как слюна с клыков на землю падает и шипит. Вот от этого шипящего звука и просыпалась. В свете настоящих звезд понимала, что всего лишь видела сон. Не может же шипеть слюна на ледяной земле. Ведь не может?

Эйдан вернулся минут через двадцать, несколько озадаченный.

– Тихо. Чисто. Никого нет.

Я незаметно перевела дух.

Шрам, вынырнувший из молочной пелены вслед за Эйданом, мысленно передал мне отчетливую эмоцию покоя.

Тахир кивнул, рукой показал Талисе – мол, идем, и подхватил меня на руки.

***

Тахир крепко прижимал к себе Николь и уверенно шел сквозь туман, наполненный влажными шорохами. Густая пелена рвалась под его твердыми шагами и раздраженно закручивалась позади сизыми щупальцами.