Проклятие династии - Галина Львовна Романова

«Курить бегали!» — сразу догадалась она и вздохнула — ее муж сам больше не курил и ей не давал. А эти двое даже не позаботились рты прополоскать! Хорошо быть принцем крови!

Другим заинтересованным лицом оказался, как ни странно, кузен принцессы, которого Лиана с собой не взяла. Он тоже вздохнул, но его томный взор был адресован принцу Кейтору и пропал безрезультатно.

Интересным наблюдением для Хельги оказалось и то, что нринц-наследник никак не отреагировал на исчезновение невесты в компании младшего брата. Но это можно было списать на важность момента — как раз в эту минуту он тщетно пытался вспомнить, что такое должен был сказать, морщил лоб и что-то невнятно бормотал.

Описывать парад, мистерии и молебны — дело трудное, нудное и неблагодарное, потому что на мистериях повторялось почти одно и то же. Хельге запомнилась мистерия в храме Белого Быка, потому что всех зрителей там разместили в маленьких ложах по двое или трое.

— Дорогая, — Даральд галантно пропустил жену вперед, — располагайтесь и немного подождите меня. Я скоро вернусь!

Хельга никогда прежде не бывала на мистериях Белого Быка — незамужних девушек на них просто не допускали, поскольку Белый Бык был богом плодородия, деторождения и всех процессов, непосредственно этому предшествующих, а именно — секса. Он же считался богом-покровителем домашних животных и всех, кто работает с ними.

В ложе, расписанной картинами из мифологии, находились одно низкое мягкое ложе и два удобных креслица, стоявших у самого края, чтобы можно было без помех любоваться мистерией и традиционным танцем с быками, которым открывалось и закрывалось действо. Хельга уселась на одно из кресел, сложила руки на коленях и осмотрелась.

Внизу светлела круглая арена, обнесенная высокой стеной. Ложи первых лиц располагались в первом ряду, как раз напротив входа, сейчас забранного решеткой. Пахло благовониями, навозом и еще чем-то незнакомым. «Коровами!» — принюхавшись, догадалась девушка.

За стеной послышался шорох, и ей стало интересно, кто находится справа и слева, — как-никак она обещала Веймару следить за герцогиней Гвельдис. Девушка встала и выскользнула наружу.

Мистерия уже началась, но кое-кому было не до того.

— Ты чего тут делаешь? — Смутно знакомый женский голос с иностранным акцентом дрожал от удивления, возмущения и еще чего-то непонятного. — Как ты тут оказался? А если кто увидит?

— Плевать! — Хельга узнала голос Кейтора. — Клей все равно спит!

— Он может проснуться!

— Не проснется. — Младший принц захихикал.

— Ты… ты его отравил?

— Не-а. Просто дал камердинеру бутылку, и он согласился ничего не разбавлять.

— Что «не разбавлять»?

— Ну, успокоительную настойку, которую приготовил для него дядюшка. Ее надо разбавлять водой пополам, иначе эффект будет слишком сильным, и пациент может уснуть в неподходящий момент. Смотри — этот момент настал!.. Клей, ты так мил, когда спишь!

Хельга затаила дыхание, но, прежде чем она вздохнула, принцесса Лиана озвучила ее подозрения:

— Значит, это сделал ты? А если подумают на лорда Даральда? Не забывай — его уже один раз хотели казнить!

— А, плевать! Я скажу, что это сделал я, и его простят. — Кейтор весело хмыкнул. — Кроме того, это отличный способ подшутить над Клеем.

— Его простят, — принцесса думала о своем, — а тебя накажут.

— Мне все равно, — судя по голосу, принц еще улыбался, но глаза наверняка уже были серьезными, — ради того, чтобы побыть с тобой, я готов на все. Иди ко мне!

Разговор в ложе стих, сменился другими звуками — приглушенными вздохами, шорохом одежд и поцелуями.

С пылающими ушами, не зная, куда девать глаза, Хельга вернулась на свое место. Только что она стала свидетелем — нет, не супружеской измены, поскольку принц Клеймон и принцесса Лиана пока еще не были женаты, — начала международного скандала. «Я никому ничего не скажу, — решила она, тупо глядя на арену, где уже вовсю шел танец. Белый Бык бегал по песку кругами, а три обнаженных гимнаста-юноши кувыркались, прыгая через его спину, вставали на его хребте ногами и вообще — выделывали такое, что дух захватывало. — Я никому ничего не скажу потому, что Кейтор — мой друг. Но как бы не стало еще хуже!»

Сзади послышался тихий шорох, две руки легли ей на плечи. Девушка вздрогнула и слабо вскрикнула, но руки надавили сильнее, вынуждая ее сесть.

— Расслабься, — промолвил Даральд. — Ты вся дрожишь. В гостях у Белого Быка нельзя быть такой… мм… холодной.

Он осторожно стал разминать ей плечи и шею.

— Пересядь отсюда на ложе. И тебе будет удобно, и мне!

— Но я хотела посмотреть мистерию, — запротестовала девушка. Гимнасты как раз закончили выступления, и откуда-то полилась странная, немного тягучая музыка.

— Уверяю тебя, что там совершенно не на что смотреть. — Судя по голосу, Даральд улыбнулся. — Большинство зрителей приходят сюда именно для того, чтобы без помех заняться любовью. Белый Бык — кастрат, но он не мешает другим жить полной жизнью.

Хельга уперлась, и Даральд уселся рядом, взяв ее руку в свои. На арене тем временем начало разворачиваться действо, и девушка не обратила на это внимания. Она позволила мужу играть с ее пальцами, поглаживать ладонь и мягко целовать запястье, а сама не сводила глаз с арены.

Потом что-то тяжелое легло ей на колени. С усилием отведя глаза от того, что происходило внизу — там разыгрывался эпизод первой встречи Белого Быка с людьми, — Хельга увидела, что Даральд сидит на полу, положив голову ей на колени.

— Курить хочешь? — вдруг спросил он.

— А, — только и могла вымолвить девушка.

— Можно. Но только потом. После…

— После чего?

Вместо ответа Даральд заставил ее нагнуться и поцеловал в губы.

— Давай перейдем на ложе, — предложил он, прервавшись. — А то я себе шею выверну. Да и тебе неудобно!

У Хельги действительно заболела спина, и она с некоторым наслаждением вытянулась на мягком ложе с чуть приподнятым изголовьем. Даральд тут же пристроился рядом, прижался к ней всем телом. Его теплое дыхание обжигало девушке кожу, а руки вовсю начали хозяйничать, распуская шнуровку платья и пытаясь забраться под подол.

— Что ты делаешь? — попыталась протестовать Хельга в перерывах между двумя поцелуями.

— Я хочу тебя, — прямо в ее губы выдохнул Даральд. — Иди ко мне!

Хельга мигом вспомнила точно такие же слова, сказанные несколько минут назад в соседней ложе.

— А если кто-нибудь войдет? — предприняла она слабую попытку остановить мужа.

— Я запер дверь, — улыбнулся он. — Кроме того, почти все зрители сейчас заняты тем же самым. Ну, иди сюда, моя девочка.

Хельга больше не могла сопротивляться. Любовная магия Белого Быка вошла в ее плоть и кровь и окунула ее в омут страсти.