Под знаком мантикоры - Алексей Пехов

— Я… я приношу свои глубочайшие извинения, что оскорбил вас.

— Отлично, молодой человек, — сказал Его Светлость, вставая на ноги и забирая шпагу противника. — Надеюсь, в дальнейшем это научит вас быть вежливым. Гастон! Гастон! Открывай вино! Наши победы следует отпраздновать! Налетайте, ребята!

Гвардейцы ответили дружным ревом.

Лекарь де Дореса и слуги бросились к лежащему на траве господину.

— Так откуда у одного из ваших сыновей появился этот кинжал?

— Он его выиграл. Как пари.

— У кого?

— У Эрландера де Муора. Не надо больше вопросов! Я сдержал свое слово. Не знаю, почему вас заинтересовал этот кинжал, но все остальное узнавайте у кого-нибудь другого. Прощайте, маркиз. Мой род вас больше не побеспокоит.

Фернан поклонился.

Проклятье! Тысяча раз проклятье! Это был какой-то замкнутый круг! Теперь оказалось, что клинок принадлежал де Муора.

— Удачно? — спросила подошедшая Рийна.

— Да. — Это не было ложью. — Мало того что мы поставили их на место, так одним кровником стало меньше.

— Ты уверен?

— Да. Правда, его согласие было вынужденным, но слово дано при свидетелях.

— Это следует отпраздновать! — Де Вольга кинжалом ловко отбил горлышко у одной из бутылок с вином и протянул ее Фернану.

— Что с де Армунгом?

— Пришел в себя и потребовал свою долю вина. Максика говорит, что с ним все будет в порядке.

— Его следует отвезти ко мне. Надо только узнать, не возражает ли он.

— Не возражает. — Рийна отхлебнула вина. — Я уже у него спросила. Будем надеяться, что лоа Абоми поставят его на ноги.

— Я распоряжусь, чтобы маркиза уложили в повозку. Вряд ли он сможет выдержать путь до Эскарины верхом, — сказал герцог.

Фернан сел на траву и надолго приложился к бутылке. Даже несмотря на то что бой давно кончился, сердце бешено колотилось. Все удалось. Фернан узнал, откуда у де Дореса появился кинжал, и избавился от кровника, но никакой радости от этого не чувствовал. Сейчас он ощущал лишь усталость и боль во всем теле.

Противоборствующая сторона, погрузив мертвецов в закрытую повозку и забравшись на лошадей, покидала место прошедшей дуэли. Последним уезжал Артуро де Дорес. Фернан смотрел в спину бывшему кровнику, пока тот не скрылся за аббатством. Подумать только! Кровной вражде, длившейся невесть сколько поколений, пришел конец. Конечно, оставались еще и де Муора, но один враг куда лучше двух.

Из-за поворота появился всадник, и Фернан с удивлением понял, что это Артуро де Дорес. «Василиск» с интересом наблюдал за ним. Де Дорес остановил лошадь рядом с Фернаном и, не слезая с седла, сказал:

— Сеньор! Сейчас, когда я дал вам слово, ответьте на мой вопрос. Ответьте честно, мой род не будет мстить. Моих сыновей убили вы?

Фернан посмотрел в глаза всаднику:

— Нет. Я здесь ни при чем.

— Поклянитесь Спасителем!

Род де Доресов всегда был слишком набожен. Попроси де Дорес поклясться честью или родом, Фернану пришлось бы юлить, а Спаситель…

— Клянусь Спасителем, я не причастен к убийству ваших сыновей, — не колеблясь ни секунды, ответил сеньор де Суоза.

Де Дорес, разом постарев лет на десять, кивнул и, всадив шпоры в лошадиные бока, ускакал.

— Быть может, ты и прав, что не стал ему говорить и вводить в искушение. — Рийна села рядом с мужем.

— Но?.. — продолжил за нее Фернан.

— Но, как говорят клирики, Спаситель не очень жалует тех, кто дает ложные клятвы от его имени.

— Я как-нибудь замолю этот грех, — кисло хмыкнул Фернан.

— Эй! Дружище де Суоза! Не грусти! — Де Вольга был весел и доволен. — Допивай свое вино, подхватывай сеньору — и давай ко мне в гости! Мой повар обещал приготовить великолепнейший обед! Устроим пирушку, на зависть всем соседям!

— Мигель участвует?

— Клянусь своей рапирой, все участвуют! Или ты думаешь, среди нас есть те, кто откажется попробовать стряпню моего иренийского повара?!

Несмотря на боль и усталость, Фернан оглушительно расхохотался. Замечательное настроение сеньора де Вредо передалось и ему.

Вдали загрохотал гром.