Принц и Лишний - Кристина Юраш

— Любая… Ты мне нужна любая… — услышала я, пытаясь проглотить слезы. А еще говорят — не принимайте работу близко к сердцу! Попробуй тут не принять…

Я никогда не видела, как мужчины плачут. Только в фильмах. А теперь вижу своими глазами.

«Настоящие мужчины не плачут! — заметил песец. — У настоящих мужчин есть выдержка!»

«Выдержка бывает только у коньяка и фотоаппарата. У человека прежде всего должно быть сердце!» — ответила я, отступая в темноту.

— Я приду… Обещаю… Подожди немного, и мы снова будем вместе… Спи мой милый светлячок, спи неуловимый… — решила закрепить успех я, тихо прошептав по памяти слова, делая еще один шаг назад. Мне казалось, что эльф сейчас не выдержит и бросится за мной.

— В одеяло-лепесток завернись, любимый… — растерянно прошептал король, неотрывно провожая меня взглядом. Через секунду меня обняли холодные руки и проглотила тьма. Пока я всхлипывала и рыдала, длинные холодные пальцы утирали мои слезы. Иери молчал.

«Куда мы сегодня будем целовать черствое чудовище? В звездочки или в штатив?» — съехидничал полярный лис, пытаясь добить мою логику ее же собственным аргументом, а потом оттащить в сторону и похоронить рядом с Одиночеством.

* * *

Я расхаживала по офису, кусая губы, вытирая слезы и сморкаясь в салфетки. Мой взгляд останавливался на часах. Я снова набрала номер, делая глубокий вдох, и терпеливо пережила короткую очередь гудков.

— Я на остановке, — прошептал голос, глотая слезы. Было слышно, как где-то поблизости проезжают машины. — Я не знаю, когда придет мой автобус… Простите, что так долго… Просто у меня нет денег на такси… Если надо, я пешком дойду… Вы подождете или у вас рабочий день заканчивается?

— Где вы находитесь? Я все оплачу. Скажете водителю, что вас встретят, — заявила я в порыве душевной щедрости, приготовив ручку и записав адрес, чтобы тут же вызвать такси и перезвонить Свете.

Такси прилетело через двадцать минут. Я выпотрошила кошелек, вручая таксисту новенькую купюру и помогая Свете выйти из машины.

— А сдача? У меня сдачи не будет! — заметил таксист, перерывая бардачок и хлопая себя по карманам. — Я перед вами все сотки отдал…

— Купите жене цветочек! — выдохнула я, осторожно ведя Свету в офис. Закрыв дверь, я кратко обрисовала ситуацию.

— А я думала, что сошла с ума… — шептала Света, прикусывая палец, чтобы не зарыдать. — Я думала, что я спятила… Думала, что это от лекарств…

— Знаете, теперь я себя чувствую сумасшедшей! — усмехнулась я, глядя ей в глаза. У нее действительно удивительные глаза, которых я раньше почему-то не замечала. Большие, синие и очень красивые… И, глядя в них, не замечаешь шрама. — Возьмите кольцо и давайте сходить с ума вместе! Я поверила вам, вы поверьте мне.

— А ваш директор не будет ругаться? — выдохнула Светлана, с задумчивым стоном глядя на свой телефон. — Вы тратите на меня свое рабочее время, хотя мне нечем заплатить…

— Конечно, будет… — фыркнула я, глядя, как она отключает телефон и смотрит на экран. — Но очень тихо и сквозь зубы… Не переживайте, поругается и перестанет… К тому же рабочий день уже закончился.

— Вот я и умерла для всех… — заметила Света, задумчиво глядя в черный прямоугольник экрана. — Хотя нет, это случилось три месяца назад… Когда я стала для всех обузой…

* * *

Остроухая стража смотрела на нас пристально, с недоверием. Света тяжело дышала, глядя на деревья. В ее глазах стояли слезы. Нам приходилось часто останавливаться. Я, как могла, поддерживала ее и морально, и физически.

— Айвиэль, — ахнула она, глядя на одного из пограничников, и протянула ему руку. — Ты меня не узнаешь? Ты так вырос…

— Откуда человек знает мое имя? — натурально обалдел и почему-то обиделся ушастый пограничник, поглядывая на группу поддержки.

— Ты ведь подарил матушке розы, которые нарвал в королевском саду? Помнишь белые розы? Ты еще укололся о самую красивую розу и сказал, что эта роза — особенная. А помнишь, как сидел у меня на коленях и по секрету рассказывал, что твой букет был самым красивым, но мама отругала тебя за то, что попросил меня о помощи… — прошептала Света, изумляясь своим воспоминаниям и заглядывая в глаза остолбеневшему эльфу. — А потом ты подарил мне фигурку, которую сам вырезал из дерева. Ты меня не узнаешь?

— Не могу в это поверить… — выдохнул ушастый, заглядывая Свете в глаза и падая на колени. — Не могу… Простите… Я вас умоляю… Я не мог себе даже представить, что это вы, ваше величество… Раэль знает? Мы проводим вас!

— Не надо… Я хочу пройтись сама… Я хочу вспомнить все… — ответила Света, опираясь на палочку и на мою руку.

Мы медленно шли по улице, пока не дошли до фонтана с лебедями, который все так же нежно журчал перед входом во дворец.

— Лебеди… — шептала Света, прикасаясь рукой к фонтану. — Он и она… Это — мальчик, а это — девочка. Я помню их… Здесь была скамья… Я играла здесь в детстве… Как же давно это было… Белые колонны с розами… Как же называется этот сорт… Забыла… А ведь когда-то помнила…

Стража преградила нам путь, но тот самый пограничник подбежал к страже и что-то прошептал на ухо. Нас тут же пропустили, изумленно переглядываясь. Город медленно просыпался. В окнах загорался свет. Скоро тут будет куча недоверчивых зрителей, которые сначала будут свято верить, что им ездят по ушам, а потом…

Свет тысячи огоньков освещал колонны и пустой трон.

— Запах… Я помню его, — едва шевелила губами Света, перебирая пальцами душистые соцветия. — Розы… Другие… Те уже погибли… Те, что помнят меня…

Света прикасалась к каждой колонне, разглядывала каждый цветок. Перед дверью в сад, к которой она сама меня привела, Света повисла на мне и прошептала: «Я боюсь! Боюсь, что он меня не узнает… и не примет… А вдруг я ему такая не нужна?»

— Света, посмотри на меня, — я зевнула от волнения и посмотрела в ее красивые глаза. — Он готов тебя принять даже бородатым, лысым гномом мужского пола!

Мою шутку для поднятия боевого духа не оценили. В синих глазах появились слезы, губы Светы предательски задрожали.

— Я не знаю, как расплачусь с вами… За то, что вы мне поверили… Что вместо того, чтобы выбросить бумажку с номером, вы потратили столько времени и сил… Я не знаю, кто вы на самом деле… Просто мне кажется, что ни один человек на такое не способен… — тяжело дыша, прошептала Света, положив руку на дверь и поглаживая узор.

— Один точно нет. Два. Два способны, — нетерпеливо ответила я, предвкушая трехлитровую банку слез, которые я соберу за этот вечер. Но если выжму платок, то еще и соплей.

— Простите, вы не можете открыть мне дверь… — прошептала Света и провела пальцами по красивым цветам, а потом показала мне на маленький отломанный листочек. — Это я сломала когда-то. Когда обиделась на Райя… Мне было очень стыдно… Он тогда посмеялся и сказал, что пускай так и остается… Единственное, чего он боялся, так это того, что я порезалась… Вот так мы и помирились…