Я, ангелица - Катажина Береника Мищук

– Да, Азазель… я понял твой вклад в эти события, – вздохнул Архангел.

На этот раз со своего места вскочил Мороний.

– Это все наглая ложь, – крикнул он, брызгая слюной. – Она врет, Гавриил. Ты же меня знаешь. Я ангел. Такой же, как ты. Я бы не захотел стать Богом. Все это время я пытался ей помешать. Это она со своим парнем придумали весь этот план. А дьявол Белет им помогал!

Красивый брюнет вскинул голову и посмотрел на Архангела.

– Могу я кое-что сказать? – спросил он.

Гавриил кивнул и велел Моронию сесть и остыть.

– Все, что сказала Виктория, правда, – заявил Белет. – Я обманом пытался завоевать ее любовь. Впрочем, как и всегда. – Он снисходительно улыбнулся Петреку. – В отличие от некоторых мне приходится пытаться. У меня не было преимуществ на старте.

– Белет, я… – начала я, но он перебил меня:

– Я знаю, ты хочешь мне сказать, что я проиграл.

– Нет, это…

– Хорошо, хорошо, садитесь все. – Гавриил поднял вверх обе руки, не давая мне договорить. – Замолчите хотя бы на секунду. После этого у вас будет много времени на разговоры.

Люцифер тихонько посмеивался. Похоже, он и не предполагал, какое веселье ждало его здесь. Хоть раз кто-то навел беспорядки в Раю, а не в Аду. Ему было не о чем беспокоиться.

– Мой дорогой Гавриил, – отозвался он с немалым удовлетворением в голосе. – Должен заметить – это, конечно, исключительно как совет коллеги коллеге, – что если бы вы были более открытыми, то ничего бы не произошло. Если бы вы послушали Викторию и Петра, вместо того чтобы посылать на них големов, сейчас не было бы проблем с силами Виктории, разве нет?

– Я не посылал золотых големов, Люцифер. – Лицо Архангела окаменело. – Когда это случилось, я был на Земле. В мое отсутствие именно ангел Мороний устроил весь этот хаос.

– Ну… очевидно, ты усвоил урок, что не следует покидать свой пост, не так ли? – Сатана даже затопал ногами от радости. – Тебе следует брать пример с меня. Я свой пост в Аду не покидаю и все время забочусь о своем загробном мире.

Со скамеек для зрителей донесся приглушенный смех.

– Хорошо, Люцифер, – с достоинством ответил Гавриил. – Я подумаю над твоим замечанием. Уверен, оно окажется очень полезным.

Архангел смерил нас уставшим взглядом. Он подпер подбородок и задумался, что с нами делать. Надеюсь, ничего ужасного. В конце концов, мы не разбили его лампу. Она цела. Ну, может, немного поцарапалась в том месте, где ее случайно ударил пламенный меч во время боя с големами в саванне, но в целом она была как новенькая. Всегда можно смотреть на нее с нетронутой стороны, не так ли? Она была все так же красива.

Где-то о пол разбилась чашка с чаем. Сразу семь маленьких путто с розовыми тряпочками бросились в ту сторону.

Гавриил вздохнул. Видимо, он наконец принял решение.

– Азазель… – начал он.

Дьявол вскочил на ноги.

– Я ничего не сделал, – быстро сказал он. – А если и делал, то только для того, чтобы помочь. В конечном счете я ведь в плюсе… правда?

– Азазель. – Архангел, казалось, не слышал его болтовни. – Ты получил ангельское гражданство сроком на семьдесят семь лет. Его у тебя не отнимут. За помощь Виктории и Петру с тебя снимаются обвинения в проникновении на закрытую территорию Озера Времени, и ты будешь освобожден из ангельской тюрьмы.

По Залу Суда пробежал шелест голосов. Клеопатра недовольно надула губы. Она была уверена, что Азазеля отправят в Ад.

– А как же вечное ангельское гражданство, которого я пытался добиться? – спросил Азазель.

– В связи с твоими махинациями и помощью Виктории и Петру в нарушении ангельских законов ты его не получишь. Когда минет семьдесят семь лет, тебя попросят покинуть Аркадию и вернуться в Ад. – Гавриил весело улыбнулся, словно почувствовал от этого облегчение.

Наверняка почувствовал. Зато Сатана… он выглядел так, будто вот-вот расплачется. Ибо что такое семьдесят семь лет спокойствия по сравнению с вечностью в компании Азазеля, постоянно строившего планы по захвату власти?

Клеопатра радостно улыбнулась. Ее все устраивало. Следующие несколько десятков лет она намеревалась провести с Наполеоном, который ввел ее в общество французской аристократии. А потом? Кто знает? Людовик XIV, король-солнце, вовсе не был таким уродливым.

А когда Азазель вернется в Ад… Ох, уж она ему покажет, где его место. Этот лживый негодяй месяц не выйдет из спальни. Взгляд царицы затуманился, ее губы растянулись в блаженной улыбке. А может, два месяца?

– Клео, что случилось? – из упоительных раздумий ее вырвал чуть визгливый голос Наполеона.

– Э-э-э, нет, ничего, – быстро ответила она и принялась обмахиваться руками, чтобы прогнать со щек румянец.

Тем временем Архангел приказал Моронию подняться со своего места.

– До сих пор я был к тебе милостив, – объявил он ему. – Я простил тебе создание Церкви и то, что ты вел людей по неправильному пути. Я закрывал глаза на твои интриги. На этот раз чаша моего терпения переполнилась.

– Но как это? – запротестовал ангел. – Я же ничего такого не сделал. Я действовал только в защиту Рая. Я защищал его от нее. – Он указал на меня пальцем.

– Как в твоем распоряжении оказалась енохианская рукопись? – спросил Гавриил. – Откуда ты узнал про ключи?

Мороний молчал и не собирался отвечать. Я почувствовала, как меня всю пробрал страх. Он еще не сказал своего последнего слова. У меня было ощущение, что у него в рукаве припрятано еще много идей, как стать Богом.

– Хорошо, – подытожил его молчание Архангел. – Я приговариваю тебя к семи тысячам лет заключения в ангельской тюрьме.

Азазель нагнулся к Белету и в полном восторге поднял вверх большие пальцы. Кажется, впервые это не он получил высшую меру наказания.

– НЕТ!!! – взревел Мороний и послал в сторону Гавриила сноп голубого света.

Люцифер лениво махнул рукой. Красный луч без труда развеял смертоносный удар ангела. Удивленный Архангел даже не успел среагировать.

– Семь тысяч лет? Гаврюш, ты подумай хорошенько, – фыркнул Сатана. – Может, лучше семьдесят семь тысяч? Смотри, как бросается.

– Нет. – Архангел покачал головой. – Мы милосердны. Семи тысяч лет достаточно.

Дюжина путто, с ангелом во главе, с ожесточенным выражением лица подошли к Моронию. Они схватили его под мышки и вывели из Зала Суда.

– Белет, – обратился Гавриил к дьяволу. – Тебя ждет то же, что и Азазеля. Я не буду принимать во внимание твои отношения с Моронием и отнесусь к тебе так же, как к твоему Адскому другу. По истечении семидесяти семи лет ты должен будешь покинуть Аркадию.

Дьявол покорно кивнул и сел на свое место.

– Петр. – Парень встал. – Сначала я хотел бы извиниться перед тобой за то, что ты в невыгодном свете впервые увидел Рай и ангелов.