Я, ангелица - Катажина Береника Мищук

– Хорошо. Теперь нужно поговорить на тему дьяволиц, – сказал Архангел.

– Дьяволиц? – удивился правитель Ада.

– Не хочу тыкать пальцем, но говорят, в этих беспорядках участвовала как минимум одна твоя подчиненная.

– Виктория больше не моя дьяволица. – Люцифер попытался сделать вид, что не понимает, в чем дело. Он внимательно стал разглядывать свои ногти, словно вдруг увидел на них нечто невероятно интересное.

– Я говорю о некоей… – сделал паузу Гавриил, и его лицо на мгновение исказила гримаса тревоги.

Я посмотрела на трибуны, в которые он так вглядывался. Клеопатра впилась в него острым взглядом своих черных глаз.

– …о некоей Филис, – быстро договорил Архангел и отвел взгляд от Клео. – Что с ней?

Царица удовлетворенно кивнула. Я была восхищена. Она всех держала в своих руках.

Буквально всех.

– А, о ней не беспокойся. – Люцифер махнул рукой. – В настоящее время она находится в Канцелярии, где пытается прийти в себя.

– Прийти в себя? – удивился Гавриил.

– Ах, да-да. Она совершенно случайно получила серьезные травмы. Возможно, она не поправится.

– Она же мертва, – заметил Архангел. – Она всего лишь проекция души, волшебное тело. Все обычные повреждения должны исчезнуть максимум через сутки.

– Не забивай себе этим голову, Гаврюша, у меня все под контролем. Пока что Филис не сможет работать. В настоящее время моя единственная дьяволица – это Клеопатра.

– Тебе придется потом мне это объяснить, – кивнул Гавриил.

– Я? Я ничего не знаю. – Сатана умывал руки.

Архангел слегка улыбнулся и повернулся лицом к публике.

– Я хотел бы сообщить еще одну хорошую новость, – заявил он.

Насколько я поняла, информация о серьезных травмах Филис, по-видимому, тоже была хорошей новостью…

– В результате проведенных мною исследований рынка, а также многочисленных бесед с самыми умными жителями Аркадии, мы решили ввести профессию ангелицы.

– Простите, что?! – Люцифер чуть не упал с трона.

Гавриил улыбнулся ему. Теперь он получал удовлетворение от того, что говорил.

– Нашей первой ангелицей будет Виктория.

– ЧТО?! – зарычал Сатана.

По трибунам прокатился громкий гул. Кто-то вскрикнул, кто-то потерял сознание, кто-то облился чаем. Так, ничего особенного. Я уже привыкла, что вызываю столько эмоций во время слушаний.

– Мне послышалось? – холодный голос Клеопатры, словно кинжал, пронзил воздух.

– Разве это не прекрасная новость? – продолжал восхищаться Гавриил. – Виктория, как только умрет, станет нашей первой ангелицей, которая поможет обучить остальных кандидаток. Мы надеемся, что благодаря этому привлекательность Аркадии значительно возрастет.

– Гавриил, я и не подозревал, что ты будешь хвататься за такие дешевые уловки, – проворчал Сатана.

– Кто бы говорил, – парировал Архангел.

– Но мне-то можно! Я дьявол! Я всегда играю нечестно.

– Законы рынка, Люцифер. Это должно было произойти, чтобы мы не вышли из игры. Мы слишком долго придерживались традиций.

Сатана сердито постукивал пальцами по подлокотнику.

– Постойте-ка. Кто сказал, что Виктория после смерти попадет в Рай?! – Люцифер повернулся к Гавриилу.

– А кто сказал, что в Ад? – Архангел не остался у него в долгу.

Это и правда очень мило, что все так заботятся обо мне, но у меня было плохое предчувствие. Только бы в результате всего этого я не попала в Тартар…

– Может, увидим через семьдесят лет, а? – робко вмешалась я.

– А мы увидим, не сомневайся, – воскликнул Сатана. – Безобразие, он еще подкупает моих сотрудников…

– Тебе никто не принадлежит, – процедил Гавриил.

– А ты иди гладить щенков и слушать щебет птиц. Только это у тебя и получается, – буркнул себе под нос правитель Ада. – Ты совершенно не разбираешься в политике.

Они обиженно отвернулись друг от друга. Но как раз в политике Гавриил, кажется, постепенно начинал ориентироваться.

– Прекрасно. Раз уж мы все обсудили, то я больше не смею тебя задерживать, Сатана. – Архангел хлопнул в ладоши. – Спасибо всем, что пришли. Это был невероятно интригующий вечер.

Я медленно поднялась со стула. Поверить не могу, что это все. Никто не сотрет мне память? Никто не будет кричать на меня? Никто не будет на меня обижаться?

– Виктория Бьянковская! – пронзительный голос Клеопатры наверняка спугнул ранее упомянутых птичек с деревьев в радиусе как минимум километра.

Она подошла ко мне, волоча свою длинную юбку со шлейфом по полу. Юбка была на подтяжках. И все.

Да-да, это означало, что на Клеопатре не было блузки.

Да, в Древнем Египте это было модно.

Нет, эта мода наверняка не вернется, хотя звезды сцены пытаются раздеться все больше и больше.

Я пихнула Петрека, чтобы он был так любезен и перевел взгляд на ее лицо.

– Что значит ангелица? – Царица уперлась руками в бока. – Ты встанешь по другую сторону баррикад?

Из-за моей спины робко выглянул Азазель. Он пожирал Клеопатру взглядом, в особенности все ее округлости. Наряд из тюля тоже ничего особо не скрывал.

– Пока что я пытаюсь выжить, – тяжело вздохнула я. – Меня впутали во все это, и я не знаю, выйдет ли из этого хоть что-нибудь.

– Ясно. – Клеопатра расслабилась.

Она считала меня полной недотепой. Ее не удивило, что я не знаю, что происходит. Меня это тоже не удивило.

– Здравствуй, Клеопатрочка, – тихо проговорил Азазель, высовываясь из-за наших спин. – Ты выглядишь потрясающе.

– Естественно, – фыркнула она. – В конце концов, я самая красивая женщина во всем мире.

– Я скучал, – признался дьявол.

– Как-то ты не спешил меня навестить.

– Котик, я сидел в тюрьме. Ты тоже не мешкала и быстро нашла себе любовника…

– Котик, я должна заботиться о репутации. Я не могу быть одинокой женщиной…

Они оба сердились друг на друга. Наполеон многозначительно откашлялся и попытался схватить царицу за локоть, но она вырвалась из его рук. Она впилась взглядом своих черных миндалевидных глаз в Азазеля.

У-у-у… скоро дойдет до рукоприкладства…

– До скольких действует пропуск? – спросил дьявол.

– До полуночи, – ответила она.

– Значит, у нас есть еще несколько часов. Показать тебе Рай? – предложил он.

Клеопатра лучезарно ему улыбнулась. Она схватила Азазеля за руку и крикнула через плечо оставшемуся в одиночестве Наполеону: