Прикосновение Змея - Мария Камардина

Контролировать себя, собирать по кусочкам личность, держать в узде эмоции и не отпускать, ни в коем случае. Строжайший режим, снова спортзал, жесткая диета. Полный порядок, абсолютное спокойствие, мощнейший ментальный блок, и новая, неизвестная ранее способность — умение вызывать измененное состояние по собственному желанию и выходить из него без вреда для окружающих.

— Через два месяца интуиты перестали от меня шарахаться, ещё через полгода удалось пройти обязательный медосмотр. — Кир покосился на Ориена. — Три года в Диких землях, шесть лет в Управлении магобезопасности Баоны. Начальство смирилось, привыкло, и даже научилось извлекать выгоду из сложившегося положения, у меня-то точно была мотивация следить за черно-красными. Ну а когда стало известно про Таро, сюда могли отправить только меня.

— А говорил про дружбу, — ядовито хмыкнул Ориен. — Все-таки приказы, а?

Каон подобрал оружие, но заметно расслабился. Майор глянул на него, потом, очень серьезно, — на Ильнара.

— Ты зря думаешь, что я ничего не боюсь. У меня дома есть запись из больницы, в момент, когда я потерял контроль, сломал руку главврачу, и меня скручивает охрана. На видео точно я, но я не помню, что и как делал. Совсем. И вот это действительно страшно — не думать, не осознавать своих действий, как будто перестать быть. За девять лет я входил в измененное состояние раза три, при прямой угрозе жизни, будь моя воля — не делал бы этого вовсе. — Кир замолчал, словно произнести следующие слова было непросто. — В Управлении все удивляются, зачем это мне в группе нужны интуиты, и чего я с вами тремя вожусь. Так вот, я себя контролирую и себе доверяю, но шанс на ошибку есть всегда. Если я начну слетать с катушек, вы это заметите первыми. И если вы все ещё рядом — значит, я жив.

Сферотехник осторожно откашлялся, пытаясь сформулировать вопрос, хотя бы один, но голова, как назло, отказывалась соображать. В итоге выскочило совсем не то, что он хотел сказать.

— Но Фин-то не интуит, а с ним ты тоже возишься.

Майор пожал плечами.

— А Фин — индикатор моего чувства юмора. Если мне хочется смеяться — значит, все хорошо.

— Так ты же не смеешься.

— Не смеюсь. Но только потому, что иначе он совсем отобьется от рук.

Сказано это было все тем же совершенно серьезным тоном, и догадаться, что майор шутит, могли только те, кто знал его достаточно хорошо. Но смеяться все равно не хотелось, хотелось ругаться, и ведь если Кир так им доверяет, мог бы и раньше рассказать! Раз уж он видит ауры, то без слов должен был понимать, что его откровения никого особенно не шокируют. Но было похоже, что рассказать о своих тайнах ему было ничуть не проще, чем самому Ильнару — в первый раз заговорить о Таро. Даже сложнее — как же, у непрошибаемого майора есть, оказывается, свои страхи и слабости!..

Хотя, конечно, правду о прошлом Кира стоило знать не всем. Но в том и смысл дружбы — знать о недостатках и все равно быть рядом. Приходить на помощь по первой просьбе и даже вопреки ей. Доверять и знать, что тебе доверяют тоже.

Честно говорить то, что думаешь.

Ильнар устало вздохнул и на пару секунд прикрыл глаза.

— Если капитан Элори все-таки организует клуб людей, которые тебя ненавидят, я вступлю первым.

Кир хмыкнул и, помедлив, все-таки улыбнулся.

— Ему уже двадцать лет как некогда. Разве что займешься сам.

И последнее слово все равно за ним.

Как обычно.

Значит, все в порядке.

* * *

— Здесь, — Ориен ткнул пальцем в узкую арку, возвышающуюся в самом центре руин. Выглядела она вполне обычно, и на вход в секретную лабораторию не тянула. Хотя, похоже, в этом и был весь смысл.

— И нам туда?

Кир сидел на невысокой стенке и смотрел на арку с неприкрытым скепсисом. Времени зашивать разодранную големом ногу не было, но бинта Эл не пожалел, как и обезболивающего, так что с помощью друзей майор мог кое-как передвигаться. Он уверял, что и не такое срасталось, но на попытку стоять самостоятельно доктор отвесил пациенту подзатыльник и велел не дергаться. Теперь оба косились друг на друга с неудовольствием, а Ильнар честно пытался не хихикать.

— А что тебе не нравится? — уточнил Ориен, копаясь в рюкзаке.

— Слишком близко к городу. — Майор с неудовольствием огляделся. — Мне как-то не верится, что до секретной лаборатории мага можно было добраться пешком.

— А кто сказал, что мы добрались до лаборатории? — каон хитро усмехнулся. — До нее еще километров пятьдесят.

Пояснять он явно не собирался, во всяком случае, сразу. Ильнар подошел ближе, стараясь шагать ровно и не хвататься за стены. В месте, где он сражался с угнездившейся под землей чернотой, обнаружилась неглубокая воронка с осыпающимися краями. Сферотехник рассеянно подумал, что потом, когда все закончится, останки жертвы непременно нужно будет выкопать и нормально похоронить. Только сейчас он полностью осознал, что темнота, вцепившаяся в его руки, не пыталась утащить его к себе. Дух давно погибшего человека просил помощи — и помощь он получил.

«Пожалуй, ты прав, — задумчиво проговорил Таро. — Помнишь, тебе показалось, что символы в книге похожи на те, что в тетради? Дух был привязан к костям почти тем же заклинанием. И если так, то мои двести лет ещё не так плохи».

Ориен покосился на приблизившегося сферотехника через плечо и недовольно сощурился.

— Как себя чувствуешь?

Организм, словно почувствовав внимание, немедленно отреагировал головокружением и тошнотой. В голове шумело, жар пульсировал под чешуей, волнами поднимаясь от запястий к плечам, и если учесть, сколько энергии сквозь него прошло… Ильнар поспешно стиснул зубы и постарался дышать медленно и ровно. Нет уж, никакого приступа. Не так много осталось потерпеть.

— Лучше, чем Кир.

— Врешь, — подал голос майор. Каон оглянулся на него, хмыкнул и покачал головой:

— Ладно, протяни ещё минут десять, сейчас пройдем портал, и что-нибудь с вами обоими сделаем. Ему потом заряжаться ещё сутки, пешком Лейро нас не догонит при всем желании, а там пусть его Тайная канцелярия отлавливает по лесу.

Кир поморщился, словно очередное напоминание о его собственном самочувствии было ему неприятно, и, вынув из рюкзака свой приборчик, определяющий координаты, принялся крутить настроечные колесики. Ильнар с полминуты последил за ним, понял, что ничего не понимает, и снова повернулся к арке. Странно, но чем больше он смотрел на нее, тем явственнее проступал на камнях отпечаток магического рисунка, вокруг которого проявлялись едва заметные силовые линии.

— Портал, значит, — пробормотал он. — Красивый рисунок.

Осталась всего пара шагов. Дальше — неизвестность. Таро и сам не вполне представлял себе работу артефакта, а по краткому описанию Дайлона в тетради неподготовленному человеку понять принцип было сложно. Оставалось надеяться, что Ориен знает больше, чем говорит, идея разбираться с неизвестным оборудованием самостоятельно оптимизма не внушала. Нет, если бы у него было побольше времени, сканер, инструменты и Фин рядом, да еще если бы собственная жизнь не зависела от результатов исследования, все это было бы очень интересно. Но сейчас, пожалуй, лучше не рисковать.