(не) девственница для дракона - Мария Люта

Несмотря на поздний час, в окнах лавки мадам Жюстин горел свет, а на дверях не виднелось замка. Как же тут не воспользоваться давним приглашением проницательной швеи!?

Не дав Феликсу времени прийти в себя и понять, что с ним произошло, я решительно толкнула двери и фактически затащила принца внутрь, пока нас кто-нибудь не увидел.

— Леди Анна! Какой приятный сюрприз! — мадам Жюстин, как и в прошлую нашу встречу, отложила мужскую сигару и неспешно опустила ноги со стола. Она широко улыбалась и, казалось, вовсе не выглядела удивленной. — Ваше Высочество, добро пожаловать!

Феликс с явным трудом выпрямился и сдвинул пятки вместе. Все-таки настоящий мужчина должен в присутствии женщин всегда быть джентльменом:

— Благодарю, леди! Всегда мечтал оказаться… — принц оторвал взгляд от глубокого декольте мадам Жюстин и осмотрелся вокруг: панталоны, кружева, нательные сорочки… — здесь.

Меня же ни манеры, ни, тем более, выдающееся прелести мадам сейчас нисколечко не волновали. А вот бокал, что стоял возле подставки с сигарой, мигом приковал мой взгляд. Я редко искала успокоения в алкоголе, но сейчас был особенный случай. На трясущихся ногах я подошла к столу и опрокинула в себя содержание сосуда. Всего полглотка… Но явно не вино. Нечто точно покрепче обожгло мое горло и заставило слезиться глаза. Потом же блаженное тепло разлилось по телу, и я осела на пол. Меня била дрожь. Осознание произошедшего лишь сейчас накатило на меня, ввергая в предпаническое оцепенение.

— Дорогая, что-то случилось? — мадам Жюстин встревоженно осмотрела меня и тут же заботливо плеснула в бокальчик загадочной чудо-жидкости.

Я отрицательно взмахнула головой: отвечать я пока не могла, а пить больше не хотела.

Зато Феликс, старательно стараясь не морщиться и держать спину ровно, доковылял до стола и осушил стакан. Придерживаясь за стену, он попытался присесть рядом со мной, но тут в комнате возник еще один человек: Дарк.

Я было ринулась к помощнику Арденса, ведь он наверняка принес вести! Но нет: когда Дарк увидел нас с принцем, то сам был пораженным настолько, что даже не сразу ответил на пылкий поцелуй мадам Жюстин. Мадам же любовно обвела изуродованное лицо мужчины пальчиком и вновь наполнила бокал. Дарк же поцеловал Жюстин руку и полностью перевел внимание на нас с Феликсом:

- Капитан прислал срочный вестник с приказом немедленно явиться к "моей любимой". Теперь я понимаю необходимость этих шифров. Что произошло?

Я молчала. Что и как я могла сказать!?

Тогда принц Загорья возвел Полог тишины и ответил так, будто сам не верил в произносимые слова. При этом он все равно умудрился улыбаться на свой потрясающий манер:

— Анна убила императора Загорья.

Повисла напряженная тишина.

— Анна? — голос друга Арденса прозвучал так настороженно и вкрадчиво, словно он обращался к раненому, душевно больному животному. Не думала я, что когда-нибудь увижу потрясенного Дарка, да вот довелось.

— Это правда, — ответила на удивление ровно. — Поэтому мы здесь. Феликс, дай-ка я займусь твоей спиной. Ты же с трудом дышишь, — как всегда, чужие травмы помогали мне взять себя в руки быстрее, нежели вино или успокоительные снадобья.

— Это не только от удара, Анна, поверь. Не думаешь, что тебе следует немного объясниться? — иронично ответил Феликс, не сдвинувшись с места.

— Думаю. Но не могу, — я таки подошла к другу и положила руку ему на спину, с облегчением отмечая, что тот не отстранился.

Дарк прищурился:

— Не можешь? Потому что как, во имя всех богов, такое вообще можно объяснить, пребывая в здравом уме!? Или же потому, что тебе что-то мешает? Клятва, например?

Я подняла палец вверх и облегченно кивнула, радуясь сообразительности помощника Арденса.

— Ясно, — кивнул Дарк. — Нет, конечно, ничего толком не ясно… Но ясно. Я должен вернуться к Арденсу. Вестниками пока что я пользоваться поостерегся бы… Что ему передать?

— Что я люблю его.

Дарк кивнул и было прикоснулся к артефакту перемещения, но я остановила его:

— Погоди, Дарк. Теперь не известно когда… Да и встретимся ли вообще… — я едва не начала заикаться. Упоминание Арденса словно выдернуло из меня остатки самообладания и я едва не разрыдалась. — Словом, давай я еще раз подлечу твои шрамы.

Дарк же слитным движением переместился ко мне и прижал к себе так сильно, что я не выдержала и разрыдалась, уткнувшись мужчине в плечо.

— Успокойся, девочка. Я верю тебе. Не понимаю пока, но верю. И он поверит. Все образуется и встанет на свои места…

— Через семь дней, — всхлипнула я.

— Что? Через семь дней образуется? Прекрасно. Не думаю, что всего за одну неделю сможет случиться что-то непоправимое. Береги себя, леди Анна, — друг Арденса подмигнул и исчез.

Я шмыгала носом и понемногу успокаивалась, как загипнотизированная наблюдая за плавными покачиваниями бедер мадам Жюстин, когда она переходила от окна к окну плотно закрывая ставни.

— Анна, — не отрываясь от своего занятия, низким грудным голосом молвила мадам, — ты можешь оставаться у меня, сколько тебе угодно. Я обещала тебе помощь, и я сдержала бы свое слово в любом случае. Но… Дарк красивейший из мужчин, невзирая на уродливые шрамы. Но твое лечение имеет огромное значение для него, я ведь это вижу, чувствую. Так что я перед тобой в долгу, — наконец "роскошнейшая из женщин" повернулась ко мне, ловя мой взгляд.

Я поспешно оторвала взгляд от "ниже талии" мадам и подняла глаза выше, не сдержав легкого вздоха разочарования… И услышала другой точно такой же, принадлежавший Феликсу. Улыбка сама наползла на лицо, чудодейственным образом поднимая настроение. И чего я это и вправду раскисла, ведь не произошло ничего фатального: с заклятьями я справилась, так что Багратион вскоре вернется в мир живых и наведет порядок. А то, что оказалась в Арате — так тоже не беда. Как раз прекрасная возможность наведаться к себе домой и найти окончание рукописи об Истинной. Пусть начало осталось в Загорье и прочесть его я не успела, так оно и так ясно. А вот развязка действительно интриговала. Главное, что никто не знает, что я в Арате. И чем дольше мое пребывание на Родине останется незамеченным — тем лучше.

Только, похоже, у Всевидящего было свое виденье ситуации, так как передо мной возник сверкающий золотой вестник, увитый причудливыми орнаментами.