Место средь павших - Адриан Коул

— Моррик! — взмолился Гайл, которого Земляные Люди все еще удерживали в горизонтальном положении. — Сними их с меня!

Элберон начал осторожно спускаться с откоса.

Две влажные дорожки заблестели на щеках Сайсифер в лунном свете. Этого не должно было случиться, это ошибка, кошмарный сон!

— Это был несчастный случай! — продолжал вопить Гайл. — Не позволяй им убить меня за это! Скажи им, пусть освободят меня немедленно!

Элберон сделал было шаг в сторону вопившего Гайла, но девушка остановила его властным жестом:

— Одно движение, и твой драгоценный наследник престола умрет!

Элберон замер на месте.

— Но за что?

Сайсифер повернулась к Гайлу.

— Ты убил его, — бросила она злобно. Ей вспомнилось прикосновение руки Гайла к ее плечу, и от этого гнев ее вспыхнул еще сильнее. — Несчастный случай, как же! Ты сделал это намеренно. Ты хотел его смерти.

Гайл отчаянно замотал головой:

— Пощади! Чего ты хочешь добиться? Разве мало испытаний пришлось на нашу долю в этом проклятом путешествии?

Сайсифер почувствовала, что еще секунда, и переполняющий ее гнев вырвется на свободу. Атмосфера этого проклятого места словно подпитывала любые негативные эмоции, побуждая их разрастаться в приступы неконтролируемой ярости.

— На нашу долю? С тобой?

Голос Киррикри ворвался в ее затуманенный злобой рассудок: «У Вольгрена был нож. Гайлу пришлось защищаться».

— Послушай! — продолжал молить Гайл, уверенный, что его ждет скорая смерть. — Что тебе проку от моей смерти? А сохранив мне жизнь, ты много выиграешь. Подумай об этом, Сайсифер. Я буду Императором. Императором! И ты можешь разделить со мной трон. Подумай об этом!

Элберон набычился, уязвленный таким отсутствием выдержки в предполагаемом наследнике престола. Сайсифер не торопилась прервать вызванное трусостью словоизвержение Гайла.

— Пощади же! Это был несчастный случай, уверяю. Когда здесь все закончится, поедем со мной на Золотые Острова, и ты будешь Императрицей. Хочешь, бери с собой и Брэннога, я сделаю его Главнокомандующим.

При этих словах трусоватого наследника ручищи Элберона сами собой сжались в кулаки. «Ну, это уж и вовсе ни в какие ворота не лезет! Чего он добивается? Неужели он убил мальчишку из ревности?» Элберон давно уже заметил, какие взгляды Гайл бросает на девушку: это был тот самый случай, когда мужчина выдает себя с головой. Оба знали, что Вольгрен ее прямо-таки боготворит, но Элберон и мысли не допускал, что Гайл видит в нем серьезного соперника.

Сайсифер подошла к поверженному Гайлу. Навалившиеся на него человечки ждали, готовые нанести смертельный удар по первому ее слову. Девушка устремила напряженный взгляд на Элберона.

— Ну? — бросила она нетерпеливо. Слово упало глухо и веско, как вонзившийся в самый центр мишени нож.

Суровый воин не двигался. В глазах его застыл холод.

— Отпустите его, — скомандовала Сайсифер человечкам. Те немедленно повиновались. Гайл с видом оскорбленного достоинства поднялся на ноги и направился было к девушке, но одного взгляда на ее лицо оказалось достаточно, чтобы он изменил решение.

— Оставь себе свое королевство. Мне от тебя ничего не надо. — С этими словами она повернулась к нему спиной и замерла над телом Вольгрена. Земляные Люди уже окружили его.

Гайл подошел к Элберону. Тот упорно глядел мимо него, словно искал что-то среди деревьев. Так как военачальник и виду не подал, что заметил его, то незадачливому наследнику пришлось пройти мимо и начать в одиночестве карабкаться вверх по невысокому, но крутому откосу.

Минуту спустя к Элберону подошел Корбилиан.

— Дурное место, — сказал он.

— Ты видел? — переспросил Элберон горько.

— Самый конец. Это не Гайл говорил. Но Элберон только покачал головой:

— Это ничего не меняет. Я знал, что боец он никудышный, но считал его талантливым администратором, способным привести в порядок дела Империи, которые окончательно запутались за годы правления его двоюродного брата. Но теперь…

— Владеющее этим местом зло отыскало лазейку в душу каждого из нас и теперь набухает там, как гной в ране. И если мы поддадимся ему, оно натравит нас всех друг на друга.

— Значит, надо как можно быстрее с ним покончить, — проворчал военачальник, поворачиваясь к нему спиной.

Корбилиан выругался про себя. Переживания Элберона прямо на лице у него написаны. Стоит солдатам заметить в нем перемену, и боевой дух армии поминай как звали. Он подошел к заплаканной Сайсифер.

— Мертв? — задал он бесполезный вопрос. Она кивнула:

— Его уже не спасти. Да здесь это и невозможно.

— У меня тоже дурные новости. Она подняла голову, но его измученное лицо удержало ее от слов.

— Иласса, — выдохнул он.

— Что же делать? Мы ведь не можем похоронить их в этой земле.

Корбилиан отрицательно покачал головой, вспомнив Тарока:

— Костер. Только огонь может очистить их тела.

Он оставил девушку предаваться печали и вернулся на дорогу, где, неподвижные как менгиры, его встретили Брэнног и Варгалоу.

— Несчастный случай, — сообщил он им. — Мальчик погиб. Но Гайл ни в чем не виноват.

Брэнног застонал так, словно клинок вонзился в его собственную плоть:

— Нет, только не он, только не мальчик! — и тут же побежал вниз, к дочери. Варгалоу проводил его взглядом.

— Нельзя здесь оставаться, — сказал он Корбилиану. — Все равно никто не сможет уснуть. Здесь дышать нечем от разлитого в воздухе зла. Боюсь, как бы до кровопролития не дошло.

— Ты прав, — согласился Корбилиан. — Надо немедленно начинать подъем. Однако сначала придется предать огню тела умерших.

— Я пока людей подготовлю.

Брэнног нежно прижал дочь к своей груди, чувствуя, как бремя разделенного горя понемногу становится легче.

— Ты любила его? — спросил он тихо.

— Он не был моим возлюбленным, но я знала, что он жаждет моей любви. Он был еще так молод, и все же ты сам говорил, что он уже не мальчик.

— Это был несчастный случай?

— Они подрались. У Вольгрена был нож, это правда. И он уже угрожал Гайлу прежде.

«Я хотел отобрать у него нож, — зазвучал вдруг в ее сознании голос Киррикри. — Я боялся, что он вот-вот пустит его в дело. Странная ярость владела им в тот момент. Если бы я не вмешался, ничего этого не случилось бы».

«Ты ни в чем не виноват!» — горячо запротестовала девушка.

Она повторила слова птицы отцу, и тот кивнул:

— Гайл вынужден был защищаться.