Предательство - Фиона Макинтош

— А ты пользуешься большим успехом у наших девочек, как я погляжу.

— Они — само очарование, — его улыбка обезоруживала. — Честь Академии.

— Несомненно.

Нет, сейчас не время для сцен ревности. Хотя… Она не ожидала, что это будет столь невыносимо — желать прикосновения этого человека. Или думать о том, чтобы делить его с другими женщинами. Делить даже на мгновение, даже с десятилетними девчонками… Ксантия взяла себя в руки. Потом повесила на лицо сияющую улыбку и задала вопрос:

— Как ты спал?

— На удивление крепко, благодарю тебя.

Лицо девушки залила краска: она представила, как он лежит обнаженным в постели… Пожалуй, стоит сменить тему.

— Знаешь, одна из Старейшин во время завтрака заикнулась, что видела утром великолепного сокола. Он кружил над Академией.

— Правда?

— Конечно! Ты бы видел, как у нее глаза горели! В этих местах соколов не видели уже несколько десятков лет.

— Это мой сокол, — улыбнулся Тор.

В первый момент Ксантия не поверила и решила, что Тор решил ее разыграть.

— Ты шутишь!

— Клянусь. И лучшего сокола во всем Таллиноре не сыщешь.

— Он ручной?

— Конечно. Тебе надо непременно с ним познакомиться.

Ксантия наслаждалась этой легкомысленной болтовней. После того, как целую вечность ей приходилось прятать свои чувства за семью замками…

— О, официальное представление! Значит, твоя птица умеет разговаривать? — она кивком указала на вход в коридор, по которому им предстояло идти.

— Конечно,- он подмигнул и взял ее под руку. — Но только со мной.

Никогда в жизни Ксантия не испытывала такого трепета. Казалось бы, простой жест вежливости… но от этого нежного прикосновения ей словно хмель ударил в голову — второй раз за несколько мгновений. Перед глазами поплыло… Это было новое, совершенно незнакомое ощущение. Ксантия не смела заговорить, опасаясь, что волшебство развеется. Но Тор сам нарушил молчание.

— Так какие у нас планы на сегодня, мой прекрасный проводник?

Он отпустил ее руку, заметив приближение Старейшин. Разочарованию Ксантии не было предела. Как она наслаждалась его прикосновением!

— Я хочу сводить тебя в нашу библиотеку, которая находится в склепе. Н познакомить тебя с нашим архивариусом.

— А, точно… Говорят, это удивительная женщина.

Ксантия не ответила. Лучше промолчать, чем потом жалеть о сказанном… а ей придется пожалеть, если ее слова достигнут ушей Старейшин.

— Старейшина Айрис сказала, — Тор словно не замечал ее смятения, — что ваша хранительница архивов — дама не только весьма ученая, но и очень красивая…

Ксантия неохотно кивнула и пригласила его свернуть налево, в новое ответвление коридора, которое вело в подземелье. Воистину, смертоносное сочетание, — раздался у нее за спиной голос Тора.

Книги соскользнули у Элиссы с колен, с грохотом свалились на каменный пол и разбудили ее. Сна как не бывало. Во имя Света! Так она всю ночь провела в подземелье! Сколько же сейчас времени? Вечный полумрак библиотеки не позволял ответить на этот вопрос, и Элисса посмотрела на свечи на столе. Обе сгорели до основания. Если бы не светильники, масло в которых, кажется, никогда не иссякало, она оказалась бы в полной темноте. Желудок деликатно напоминал о пропущенном завтраке, но это было еще полбеды. Куда больше Элиссу беспокоило, что ее отсутствие на завтраке заметили Ксантия, Соррель- а главное, Старейшина Айрис. Глава Академии считала, что все послушницы и Старейшины должны хотя бы раз в день собираться за одним столом.

Она потерла глаза и попыталась привести в порядок растрепанные волосы. Теперь придется тайком пробираться к себе в комнату — обходными путями, выбирая самые пустые коридоры. Так что лучше не задерживаться.

Девушка наклонилась, чтобы поднять упавшие книги… и вдруг замерла. Откуда-то доносились приглушенные голоса. Элисса прислушалась. Ошибки нет: кто-то спускается по лестнице, ведущей в подземелье.

И один из голосов принадлежал Ксантии. Как неловко вышло… Элисса не боялась, что Старейшины застанут ее здесь, но Ксантия непременно постарается сделать из этого историю и предать ее огласке. Вот только что ей понадобилось в архиве? Ведь Ксантия терпеть не может подземелий. Наверно, притащила с собой на буксире кого-нибудь из послушниц… Поэтому Элисса не стала торопиться. Она подняла книги с пола, сложила на столе и собиралась вернуться в свой укромный уголок, чтобы сложить плед, когда поняла, что нежданные гости уже близко.

— Добрый день!

— Один момент! — крикнула она из-за стеллажей.

— Ты где?

— Здесь, — ответила Элисса, появляясь у них за спиной… и с удивлением уставилась на очень высокого молодого человека, который стоял рядом с Ксантией.

Оба разом обернулись. В тот же миг сияющая улыбка гостя погасла. Улыбка, знакомая до боли, до безумия. И столь же знакомые ярко-голубые глаза, которые изумленно расширились.

Впрочем, Ксантия этого не заметила. Зато обратила внимание, что ее соперница, которая всегда отличалась безупречной опрятностью, сейчас несколько растрепана.

— Во имя Света! — она натянуто рассмеялась. Впрочем, смущение Элиссы ее и в самом деле порадовало. — Только не говори, что ты снова заснула над книгами! Позволь представить тебе…

— Торкина Гинта, — закончила Элисса. Замечательно. Нет, эту встречу Ксантия задумывала совсем иначе.

— Правильно догадалась, — она постаралась не выдать раздражения. — Почтенный Гинт, это…

— Элиссандра Квин, — тихо произнес он.

Ксантия тупо посмотрела на него, потом на Элиссу, потом снова на Тора… Пауза затягивалась.

— Так вы знакомы?

Тор кивнул, не в силах отвести взгляд от Элиссы. Во имя Света, как она похорошела! Даже сейчас, с растрепанными волосами, с алым пятном на щеке — похоже, спала, положив голову на подлокотник кресла, — в одеянии послушницы, которое ей совершенно не к лицу… Она была еще прекрасней, чем в его воспоминаниях.

Элисса опомнилась первой. Она шагнула вперед и поклонилась, как требовали приличия, но боялась поднять глаза, чтобы не встретить упорный взгляд васильковых глаз.

— Простите, почтенный Гинт… Все так неожиданно. Я засиделась за работой допоздна и не заметила, как уснула… Пожалуйста, подождите немного… я приведу себя в порядок… — она быстро повернулась к Ксантии. — Сейчас вернусь.

И бросилась вверх по каменным ступеням — так быстро, как только позволяли длинные полы мантии. В один проход, из него в другой… Ее гнала паника: не важно, куда — главное, убежать подальше… И Элисса почти не удивилась, когда оказалась у конюшни. Едва переводя дух — но не от бега, а от потрясения — она упала в каком-то углу, боясь только одного: что Тор следует за ней.