Неподвластный богам - Брайан Толуэлл

«Подарок к юбилею профессора»

В кабинете Тезиаса расположились четверо. Как всегда, карлик восседал в глубоком кресле за письменным столом, верный Брахо стоял по правую руку от него, на диване же расположились Гости – Джейк Митчелл и доктор Луиджи Фонтанелли; в глазах последнего застыло неподдельное изумление, смешанное с торжеством пылкого ученого, только что блестяще доказавшего свою научную правоту…

Беседуя с Гостями из Будущего, Тезиас никак не мог избавиться от ощущения, что перед ним его верные противники – могучий Конан и мудрый Пелиас, старый учитель, взрастивший его. Как чудесно все-таки распорядилась Судьба!…

– …И вот только я произнес последние слова Заклинания Времени, вновь родилась гроза – не такая могучая, как в первый раз, когда в мой мир прибыл Джейк, – она бушевала только здесь, в этой крепости, да еще в башне чародея, который похож на вас, доктор, как две капли воды. Уже через минуту возник огненный шар, и вышли вы, мой ученый Друг, – засмеялся

Тезиас. – А я – я рад приветствовать второго Гостя из Будущего в моей скромной обители!

– Изумительно! Изумительно, мистер Тезиас! Я всегда считал, что путешествия людей во времени возможны, но чтобы это произошло со мной самим! О, как я вам благодарен! Вы воистину великий ученый, опередивший время, мистер Тезиас! – горячо говорил Фонтанелли.

– Спасибо на добром слове, доктор. В устах такого человека, как вы, похвала дороже золота. Надеюсь, вы не слишком огорчитесь, если возвращение домой несколько задержится?

11 – Ну что вы, что вы, мистер Тезиас! Я буду только рад общению с вами! Мне не терпится услышать из первых уст о ваших научных опытах!

– Вот и отлично. Как и прежде, будете работать вместе с Джейком; я принял его к себе на службу.

– Неужели? Поздравляю, Джейк! Ну и что ты будешь делать?

– На меня возложена чрезвычайно ответственная миссия, – буркнул Митчелл, отворачиваясь. Он, конечно, далеко не ангел, но противно слушать, как этот коротышка делает из дока круглого идиота!

– Должен вас предупредить, мистер Тезиас, – Джейк, не обижайся на меня! – мистер Митчелл нередко берется за грязную работу и он знает мое сугубо негативное отношение к его методам! – доверительно сообщил док. – Надеюсь, миссия, которую вы ему поручили, пойдет во благо людям.

Тезиас оскорбленно вскинул брови; коротенькие ручки вытянулись в протестующем жесте.

– • Полноте, доктор, за кого вы меня принимаете?! Разумеется, во благо! Вся моя научная деятельность направлена на процветание человечества! Если б вы знали, как дик и примитивен мой мир! Вот мы с вами беседуем как образованные люди, а – да будет вам известно – лишь один процент местного населения умеет читать; писать же умеют и вовсе единицы!

– Какой кошмар! – всплеснул руками доктор. – Это даже хуже, чем в средние века!

– Вот видите! А знали бы вы, кто правит народами этой земли! Какие-то варвары; руки их по локоть в крови! Люди злы и жестоки, образование не пользуется уважением в моем мире. Знания монополизированы узкой кастой злобных жрецов; они используют его во вред людям. На планете продолжаются бессмысленные междоусобные войны. Простые труженики вынуждены брать в руки оружие, чтобы защитить себя, близких и нажитое имущество!

– Как мне это знакомо! – горестно воскликнул Фонтанелли. – Я ведь и сам воевал во вторую мировую!

– Тогда вы понимаете меня. Не удивляйтесь, но и мне, человеку, обделенному, так сказать, физической силой, пришлось не так давно вступить в жестокий бой во имя науки. Я достиг многого, но силы варварства пока не сломлены; вот почему я не могу позволить себе расслабиться. Моя главная цель – нести в мир знания и блага подлинной цивилизации. Сначала будет трудно, придется преодолевать известное сопротивление – агрессивное невежество въелось во все клетки человеческого организма. Но и отступать я не намерен. Я верю во всепобеждающую силу науки. Когда уже все битвы останутся позади, прозревшие люди возблагодарят нас за наши труды! – закончил Тезиас свой патетический монолог.

– Если будет кому, точно возблагодарят, – пробормотал Джейк, но профессор, кажется, пропустил мимо ушей его замечание. Сам Джейк все более недоумевал: Тезиас говорит так страстно и убежденно, что поневоле задумаешься, а вдруг и вправду этот коротышка не просто заботится о власти над миром, но и задумал некую историческую миссию?!

– Вы не только великий ученый, но и великий человек, мистер Тезиас, – сказал между тем доктор. – Такие, как вы, должны вершить судьбу человечества! Политики продажны и тупы – я говорю о своем мире, но, уверен, в вашем дела обстоят не лучше: политики есть политики! Только ученые, умудренные знаниями, опытом и интуицией, могут и должны править миром! Собравшись вместе, они составят некий правящий ареопаг. Их будут сотни; власть на планете будет принадлежать лучшим умам человечества!

– Зачем же? Я и один справлюсь, – сквозь зубы процедил Тезиас.

Но Фонтанелли, похоже, не слышал и его. Увлеченный своей идеей, он продолжал:

– Если ученые получат власть, все вокруг изменится! Энергия цивилизации пойдет не на разрушение, но на созидание. Сколько неразгаданных тайн хранит Вселенная! Тайны времени и пространства, они всегда привлекали людей. Есть ли жизнь на далеких планетах? Существуют ли параллельные миры? Возможна ли телепортация?…

– Возможна, – перебил профессора Тезиас. – Очень даже возможна. Многие здешние маги владеют ею в какой-то мере. А я – в совершенстве.

– Бросьте, – отмахнулся док. – Я ученый, и мне нужны научные доказательства!

– Доказательства? Так вы их получите! – вскричал задетый за живое карлик.

Блеснули агатовые глаза, все вокруг поплыло, точно в сказочном сне, но уже секунду спустя кабинет Тезиаса обратился залом-амфитеатром; как и за миг до того, карлик сидел в глубоком кресле, рядом стоял невозмутимый магистр, но дивана не было – Митчелл и Фонтанелли стояли посреди пустого чертога!

– Господи, да что же это было? – ошеломленно оглядываясь, молвил седовласый профессор.

– Это была телепортация, как вы и заказывали, – иронично заметил карлик. – Я перенес нас из моего кабинета в этот зал. Вас устраивают предъявленные мною доказательства?

– Да… Наверное… – пролепетал док.

Джейк Митчелл, которого научная сторона проблемы мало интересовала, игриво задел профессора плечом.

– Как, док, тебе это, а? Нелегко, наверное, на старости-то лет в таких экспериментах участвовать!

Фонтанелли неожиданно побледнел. Если бы не Брахо, заботливо подставивший свои руки, док, по всему видать, не удержался бы на ногах.

– Что с вами, друг мой? – воскликнул Тезиас. – Вам плохо?

– О Боже! – прошептал профессор. – У меня же сегодня день рождения! Мне семьдесят пять лет! Какой ужас!