Вождь из сумерек - Николай Ярославцев

А навстречу им уже бежали люди. Веселые и счастливые.

Шагнул им навстречу.

Поискал глазами знакомые лица. Встретил тревожные, ждущие глаза. Повернулся к Толяну. У того по лицу – малиновые пятна. Прячется за Войтика. Вздохнул. Что делать с парнем? Аллергия на власть. Морда пятнами. Скоро чесаться будет.

– Третьяк! Плетень!

Заподозрив что-то неладное, с явной неохотой подошли парни.

Виновато отвел глаза в сторону.

– Вот вам воеводы, люди. Дружины у меня с собой нет. Сами дадите. От семей сыновей отрывать не будут, а как служить – они укажут. Третьяк, отправь молодых ребят, пусть соберут оружие убитых орков. Ну и все, что от фъердингов осталось. Только уговор! Воевод наших не обижать! А вы, ребятки, не уроните славы волчьего рода. Верой и правдой служите людям, – наклонился и шепнул на ухо: – Горы перед вами. Все, до чего руки дотянуться смогут – ваше!

Парни приуныли, но возражать не посмели.

Сердито засопел Войтик.

– А ты-то чем недоволен?

– Всех разведчиков у меня растолкал, командир, – скорбным голосом посетовал Войтик.

– Новых возьмешь. Любых, на ком глаз остановишь. А если захочешь, и для тебя теплое место могу найти?..

Войтик в испуге шарахнулся в сторону. Знал командир, чем достать гиганта-разведчика.

– Нет уж, лучше я с тобой, командир.

– Зато мягко спать, сладко есть будешь. А рядом со мной – какая радость? Не пивши, не евши, и кулак под головой вместо подушки. И в животе урчит.

– Не уговаривай, командир. Сказал – с тобой, значит – с тобой! Правда, Толян? – обернулся он за поддержкой к другу.

– Верняк!

– Слышал, командир? Толянов зуб даю!

– А свои жалко?

– Зачем тебе два? У тебя своих девать некуда.

Прервал их занимательную беседу Зорень.

Кивнул в сторону насупленного принца, спросил:

– Не напрасно ты с ним так, Слав?

– Он дружину свою положил не за понюшку табака. И ничего не понял. И моих ребят в ту же кучу?

– Эльфов…

– Бойцов!

– Он же хотел, как лучше.

– А получилось, как всегда. Слышали мы уже такое. Пойми, брат. Пока есть вера, есть надежда. А вера без людей – ничто. Где бы нам на постой остановиться? Грязь с себя смыть…

– Только пальцем покажи, господин, – забежал вперед бойкий мужик.

– Нет уж, показывать не буду. Сами ведите, – улыбнулся Зорень. – Где у вас гости торговые останавливаются? Там и мы остановимся.

За ужином эльфы сели за отдельный стол. Рэдэльф замялся в растерянности.

– И что же ты стоишь? Тебе есть, о чем поговорить с твоими друзьями. Так и поторопись, пока время есть, – понимая его растерянность, разрешил Стас.

Эльф благодарно наклонил голову и без слов отошел от стола.

– Страдает! – проговорил Войтик и впился зубами в огромный кусок окорока. – Вот ради такого ужина стоит терпеть все. Разве дома был бы такой кайф? А здесь? Коняжеский пир! Правда, Зорень?

Зорень уже давно привык к подобным вольностям. Одна кровь теперь гуляет в их жилах. А Толян, к тому же, сегодня угрожает украсить плечо волчьей головой. Но трижды прав этот стервец Войтик! И правда легко, нараспашку дышится и жарко живется. И порой не очень хочется возвращаться в свой Соколянь…

Стас иногда ловил на себе взгляды принца, но старался не обращать на них внимания.

И принц не выдержал. Встал, чуть не опрокинув лавку, и подошел к их столу.

Стас поднял глаза, внимательно посмотрел в его тонкое холеное лицо и молча указал место напротив.

Веселин поднял свою кружку и пододвинулся.

– Бодрен, я знаю все, что ты хочешь сказать мне. Не утомляй себя. И меня тоже. Ешь и пей.

– Там, в горах…

– Знаю. Камень, в котором сохранились остатки силы кольца всевластья. Но это уже моя забота.

– Это камень эльфов!

– Нет, друг мой Бодрен, – нехотя возразил Стас. – Он на нашей земле. И несчастья, принесенные этим кольцом, грозят сейчас нашей земле. Вы добросовестно, со всем стараньем и прилежанием крушили свой мир, а когда тесно стало, забрались к соседям. Причем, не спросив их согласия, чтобы столь же старательно поразвлечься и здесь. Нет, мой добрый эльф, не получится. О себе мы позаботимся сами. Вот конязь Зорень, побратим Войтик, добряк Веселин. Это их дом.

– Но, Слав, тебе неведома страшная сила камня, тех заклятий, которые заключены в нем и могут проснуться в любую минуту!

– Прорвемся! Правда, Веселин? Вот, посмотри на Рэда, принц. Парень до конца держал для тебя забытую дорогу. А когда не стало сил, наглухо забил ее, ради тебя отказавшись от своего дома и от своего мира. Хочешь помочь нам, вот тебе моя рука. Но мешать себе я не позволю.

Принц Бодрен долго смотрел на открытую ладонь Стаса, на Рэда, на остатки своей дружины, и наконец со вздохом вложил в нее свою узкую точеную руку.

– Вот и славно! – Зорень прикрыл ее сверху своей ладонью.

– Крутая у нас компашка подсобралась. Два конязя, принц, в довесок куча эльфов. Вообще реально! – и рука Толяна со шлепком придавила их руки.

– Войтик, а ты что ждешь?

Руки Стаса и принца скрылись под горой ладоней.

– Мировую, командир?

– Наливай, Толян. И сразу разгонную. Отбой…

Ночью в комнату к нему пробралась Купава.

Отмылась до розовой кожи.

Долго и со всем старанием юной плоти вымаливала в очередной раз свое прощение. Наконец, посчитав, что сделала все возможное и даже невозможное, облегченно вздохнула и закрыла глаза.

Уснул и Стас. Но ненадолго.

Разбудил его тихий, шелестящий, как листья в лесу перед дождем, голос.

– Человек-волк, если слышишь меня, отзовись.

– Кто это?

В руке Стаса появился метательный нож.

– Не надо слишком громко. Нас могут слышать.

– Что? И кто ты? Почему я никого не вижу?

– Я тот, кого все, и ты в их числе, считают меня виновником всех несчастий. И даже будущих. Я принц темных эльфов.

Стас на какое-то время растерялся и не сразу нашелся с ответом.

– Я приглашаю тебя к себе, человек-волк, в свой замок. Ты мне нужен, – шелестел в сознании тихий мелодичный голос.

– За каким чертом я тебе понадобился?

– Ты можешь не опасаться за свою жизнь. Но я уверяю тебя – вам могу помочь только я. Но и ты должен и можешь помочь нам… мне. У берега ждет лодка.