Риджийский гамбит. Дифференцировать тьму - Евгения Сафонова

— Я ни на что не намекаю, принцесса. Я просто изложила факты, ибо они пришлись к слову о некоторых ответах, которые так и не нашли. А теперь мне пора, — я поклонилась коронованным особам и скользнула взглядом по Кристе, которая упрямо сидела отвернувшись. — И поберегите силы до вечера. Нам всё-таки предстоит важное дело… важное не только для дроу.

Закрывая дверь, я до последнего видела лицо Дэнимона, на котором стыло мучительное раздумье.

Им действительно есть над чем подумать. Пока над горами не настанет новое утро, вместе с которым придёт время долгожданных переговоров.

А если, вернувшись к эльфам, Восхт начнёт копать в том направлении, которое я указала…

— Судя по твоей улыбке, всё прошло хорошо, — послышался за спиной голос Лода.

— Пока трудно сказать. Но надеюсь, что да. — Я обернулась. — Как думаешь… того, кто стоит за тем убийством, ещё можно найти? Всё-таки прошло много времени.

— Что такое восемнадцать лет для эльфа? — Колдун шагнул ко мне. — Идём. Сейчас нам нужно разобраться с другим покушением.

Я кивнула, и он снова повёл меня к лестнице, ведущей вниз.

Мы шагали по чёрному мрамору — неторопливо, спокойно, рядом, — и я не чувствовала ни боли, ни тоски, которых ожидала. Ни сейчас, ни утром.

Мы прекрасно играли в то, что ничего не изменилось. Его тон, взгляд, манеры — всё осталось прежним. И его присутствие не смущало, не тяготило, не вызывало неудобства, лишь привычно разливало вокруг сердца восхитительное тепло, растапливая лёд моего дежурного одиночества. Только жарче и отчётливее прежнего.

Странно и почти забавно — то, что для маленького счастья мне не требовалось никаких отношений.

Достаточно было просто впервые в жизни оказаться любимой.

Миновав анфилады третьего этажа, мы свернули в боковой проход, заставленный низкими скамейками вдоль стен. Притормозили перед двустворчатыми дверьми в конце.

— Готова? — спросил Лод, протянув руки к створкам.

— Да.

Когда мы вошли в приёмную Повелителя, все уже были там. И Алья, восседавший за столом в дальнем конце длинной комнаты. И Морти, стоявшая по левую руку от него.

И семеро дроу из гвардии принца.

Когда мы вошли, они обернулись на скрип дверей. Их было семеро, но Артэйза среди них я узнала сразу. Не по знакомому шраму, рассекавшему бровь, а потому что лишь на его лице при моём появлении проступило потрясение.

Он явно не ожидал увидеть меня ещё раз.

По крайней мере, живой.

— А, вот и вы, — заметил Алья. — Что ж, теперь все в сборе.

Кабинет совсем не походил на уютные покои башни Лода. Скудная отделка, тёмные тона, немногочисленные предметы аскетичной мебели. Под стать хозяину — который сидел, откинувшись на высокую спинку кресла, положив руки на подлокотники чёрного дерева. Кресло выделялось из окружения кровавым пятном — спасибо красному бархату обивки. Отделанное серебром, оно было в кабинете единственным предметом роскоши. Сиденье, достойное короля.

Артэйз быстро взял себя в руки, навесив на лицо то же холодно-пытливое выражение, что светилось в глазах остальных… но я уже узнала всё, что нужно. И когда я проследила за взглядом Лода, то поняла — он тоже.

А потом колдун, взглянув на меня, коротким кивком велел мне идти вперёд.

Опустив глаза, глядя в пол, я прошла мимо молчаливой компании дроу, один из которых был моим несостоявшимся убийцей. Низко поклонилась Алье, затем Морти — и, выпрямившись, встала слева от принцессы. Та на миг коснулась моего плеча, легко и ободряюще, снова заставив меня мучиться вопросом, сколько в этом жесте игры — в то, что для неё тоже ничего не изменилось.

Когда часом раньше Морти будила меня, чтобы я вовремя приняла очередное лекарство, то вела себя с той же заботливой приветливостью. Правда, быстро убежала, но она и раньше редко задерживалась для беседы со мной. Впрочем, даже если принцесса всё поняла — я ведь ей не соперница. Она безоговорочно верит в Лода. Как показала практика, не без оснований.

И даже узнав, что я влюбилась в её избранника, Морти скорее посочувствует мне, чем испытает неприязнь.

— Друзья мои, — заговорил Алья, когда Лод занял место по его правую руку, — позвольте представить повод, по которому я собрал вас здесь. — Повелитель дроу, не глядя на меня, изящно изогнул ладонь в мою сторону. — Снезжана. Девочка из другого мира. Я уже говорил о ней… и вы уже её видели, но Лод не решился вас познакомить. Пришла пора это исправить.

Дроу смотрели на меня, молча и недоумённо. Явно не понимая, зачем они здесь.

Все, кроме одного, восхитительно изображавшего то же удивление.

— Вчера она едва не умерла. От царапины, в которую попал яд, всем вам хорошо известный: хейлаблосфахт. И я точно знаю, что отравил её один из вас. Когда вы встретились с ней и Лодбергом. — Дроу стали переглядываться, что-то говорить друг другу вполголоса, но под взглядом Альи быстро смолкли. — Да, Лод вчера хорошо запомнил ваши лица. Как вы знаете, у него отличная память. И поскольку его с этой девочкой связывала клятва Эйф, он едва не умер вместе с ней.

Вот тут-то в глазах Артэйза и плеснулся страх.

Потому что одно дело — отравить зверушку Лода, и совсем другое — убить его самого.

— Ранее я не счёл нужным сообщать о клятве ни вам, ни кому-либо ещё. Но незнание не отменяет того, что один из вас едва не убил моего Первого Советника. Я знаю, что вы смазываете свои клинки хейлаблосфахтом. Из всей моей гвардии — только вы семеро. И лучше тому, кто покусился на её жизнь, признаться в этом. Прямо сейчас.

Они молчали. И я не знала, от того ли, что никто из шестерых правда не знал, кто нанёс мне удар, или от того, что не хотели предавать товарища.

— Я очень ценю вас. Вашу дружбу. Вашу службу мне, — голос Альи оставался бесстрастным и ледяным. — И оказал бы милость преступнику, если б он сознался по доброй воле.

Я впервые видела его таким. Не другом Лода, но Повелителем дроу. Спокойным, сдержанным, полным достоинства. С глазами тигра, околдовывавшими прозрачным золотом.

Со своими подданными он был совсем другим, нежели со своими врагами.

На миг я, пожалуй, почти поняла тех девушек, что мечтали быть рядом с ним.

Ответом ему по-прежнему было молчание. Артэйз не покосился на меня, не заметался взглядом в панике — он смотрел только на Алью, неотрывно и неподвижно.

— Ясно. Жаль. — Повелитель не переменил ни тона, ни позы, но кто-то из дроу нервно выдохнул. — Как вы знаете, кара за покушение на моего советника — смерть. Это не то преступление, которое можно оставить безнаказанным. Мы должны выяснить правду. И, как бы мне ни хотелось просто вас отпустить — придётся допрашивать, — Алья чуть повернул голову к своему придворному колдуну. — Начинай с любого, Лод. Пытки оставляю на твой выбор. Главное, чтобы потом смогли оправиться.