Передышка в Барбусе - Юрий Никитин

— Ваше Величество!.. Ваше Величество!..

Аспард инстинктивно сделал движение загородить собой тцара.Мрак отодвинул его жестом, Квитка хватал ртом воздух.

— Ну, — сказал Мрак с неудовольствием, — эт я— Ваше Величество. Или — Его Величество, хрен вас поймешь... Чё, пожар?

— Да, Ваше Величество!.. Нет, Ваше Величество!.. Тампривели настоящий пожар, Ваше Величество! Конь-огонь, Ваше Величество!..Говорят, желают подарить только вам-с, Ваше...

Аспард не сдержался, присвистнул. Манмурт подскочил,зачем-то посмотрел в потолок, будто надеялся увидеть звёзды.

Мрак медленно воздел себя с трона, хотя на самом деле елесдержался, чтобы не сойти с трона в лихом кувырке через голову. Оглядел всехорлиным взором, крякнул, повёл головой из стороны в сторону, и все разомприсмирели.

— Звёзды не врут, — сказал он внушительно. —Кому воробья, кому — овцу, а Моему Величеству — коня. Тцар я или не тцар?

— Тцар, — раздались голоса со всех сторон. —Тцар, ого какой тцар!

— Тогда пошли принимать коня, — решил Мрак.

— Такому тцару могли бы и слона, — сказал кто-тольстиво.

На площади перед дворцом широким полукругом собрался народ.Даже на высокой стене, что опоясывает городскую площадь, часто поблескивало,это из-за каменных зубцов высунулись стражники. Аспард показал им кулак, тамсделали вид, что снова смотрят на внешнюю сторону.

Мрак со ступеней озирал мир тцарственным взором. Переддворцом, в трёх шагах от нижней мраморной ступени, казалось, полыхает жаркоепламя. Крупный ярко-красный жеребец, весь налитый огнём, перебирал ногами отизбытка силы и желания понестись вскачь. Длинная оранжевая грива из жидкогозлата трепетала по ветру, таким же слепяще оранжевым выглядел роскошный хвост.Грудь коня шире, чем у буйвола, а длинные мускулистые ноги заканчивалиськопытами, шириной с тарелки.

Самое дивное же, что повод заканчивался в сморщенной ладонисгорбленного старика. Старик был в старой латаной-перелатаной одежке, весьпокрыт пылью, словно шёл по солнцепеку посреди дороги целые сутки.

При появлении Мрака народ разом выдохнул: «Тцар!», стариквздрогнул, Мрак начал неспешно спускаться по ступенькам. Глаза старикастановились всё шире, брови поползли на лоб, а за ними полезли и выпученныеглаза.

Мрак остановился на предпоследней ступени, так виднее всехвдаль, сказал по-державному отечески:

— Ну и чё те надобно, старче?..

Старик бросился на колени, поклонился, намереваясьстукнуться лбом о мостовую, но короткий повод не пустил, конь негодующе дернулголовой, и старика вздёрнуло на ноги. Он начал часто-часто кланяться оттуда,наконец пролепетал задушенным голосом:

— Ба-а-атюшки... Великие боги!..

— Да ладно те, — ответил Мрак скромно. — Нетакой уж я и великий... Или не самый великий. Говорят, ты коня мне привел?..Это я подсказываю, вдруг ты забыл.

Старик вздрогнул всем телом, похоже, в самом деле всёвылетело из головы, настолько потрясён тцарским величием, проговорил трясущимсяголосом:

— Да-да, привёл... Как есть, привёл!

— Ага, — сказал Мрак. — Ага... А чё, неплохойконь...

В толпе раздались вздохи, ахи, приглушенные восклицания, нодругие их толкали в бока, чтоб не мешали слушать. Старик судорожно передохнул,сказал торопливо:

— Как скажешь, светлый тцар... Ваше Величество...

Мрак поинтересовался:

— Сколько за него просишь? Старик пролепетал:

— Да разве ж можно такого коня продавать? ВашеВеличество, это никак нельзя.

— Ага...

— Это подарок... Ваше Величество! Подарок.

— Ага, — сказал Мрак. — Откуда у тебя такойконь? Небось краденый? У кого спёр?

Старик взмолился:

— Ваше Величество! Ну как я могу украсть такого коня?..Я цыплёнка не сопру, просто не сумею, а вы — коня!.. Да еще такого. ВашеВеличество, хватайте, пока... пока можно. Другого такого коня на свете нет.

Мрак обошёл коня, потрепал по шее, сказал с удовольствием:

— Да если даже и краденый... Эх, какой конь, какойконь!.. Такого и украсть можно...

Конь потянулся к нему, обнюхал, узнавая, шумно вздохнул иположил голову на плечо. Даже глаза призакрыл. В толпе радостно зашумели. Коньприоткрыл один глаз, вздохнул с укоризной. От Мрака веет той мощью, чтопозволяет мчаться, не сдерживая себя, и любой конь мечтает о таком всаднике.

— Да, — сказал Мрак наконец, — тут ты прав.Такого больше нет. Спасибо!.. Раз не хочешь продавать, то принимаю как подарок.Но, тцар я или не тцар? Вот, как тцар, изволю возжаловать тебя взад, таксказать, лично — ответным даром... Вон на том краю Барбуса хороший добротныйдомик. Он вроде бы и в городе, но вторая половина прямо на простор, там большойсад. Яблоки как раз созрели, сам бы через забор полез воровать... Этот дом исад жалую тебе. Перевози туда старуху и обоих детей... живите счастливо. Наобустройство и переезд я велю выделить из казны. Так что собирай яблоки,околачивай груши. Спасибо тебе, старик!

Старик низко поклонился, на глазах блеснули слёзы.

— Вам спасибо, Ваше Величество... Вот уж дивное дело!Мрак ухватил коня под уздцы и сам повёл в конюшню.

По бокам бежали испуганные конюхи, разрываясь между страхоми желанием поскорее заняться чудо-конём.

Мрак ввёл коня в ворота, навстречу пахнуло свежим сеном,холодной водой и пшеницей. Навстречу хромал главный конюх, седой, как лунь, нолучший знаток коней во всей Барбуссии.

— Вот что, паря, — сказал Мрак грозно, — этовот конь, видишь?..

— Ваше Величество, — вскричал воспламененныйстарик. — Какой же это конь? Это песня, а не конь!.. Это всем коням конь,это ж тцар коней!.. Это огненный дракон, принявший облик коня! Это бог, а неконь!

— Ага, — сказал Мрак глубокомысленно, — ага.Так вот, ты этого коня береги и холи. Корми тоже, понял?.. Мне ещё предстоит нанем, предстоит. Не щас, но предстоит...

Конюх счастливыми влюблёнными глазами осматривал волшебногоконя.

— Как только скажете, — поклялся он, — таксразу! Этот зверь для подвигов, ему ли чахнуть под крышей?

К вечеру Аспард доложил, что кувшин от имени тцара пожалованхозяину лучшей оружейной мастерской. Доспехи и кольчуги, что делают в ней,всегда нарасхват, но хозяин бережёт имя, не гонится за количеством, а каждуювещь делает добротно и очень тщательно. Потому советники одарили его деньгами,а тцар пожаловал кувшином дивной работы.

На кувшин сходились смотреть оружейники всего квартала, апотом уже и всего города. Небольшой, узкогорлый, без ручки, весь в драгоценныхкамешках, он был неописуемо красив, и старшину оружейников кисло поздравляли,хлопали по плечам, просили не задирать нос, помнить о друзьях.