Кольцо Пяти Драконов - Гейл Линдс

Звезд-адмирал Киннний Морка растянулся обнаженным на веранде своего павильона, купаясь в бледном лунном свете. Он лежал в ажурном кресле-качалке; еще одно такое же кресло-качалка стояло рядом. Аккуратные ряды подстриженных, ветвистых аммоновых деревьев скрывали веранду от любопытных глаз. Пол из искусственного камня, белого, как снег, отражал и усиливал лунный свет.

Звезд-адмирал услышал тихие шаги и сразу понял, кто приближается, потому что отдал приказ пропускать в павильон только его молодого адъютанта.

— Знаешь, Курган, ночь — время интриг.

— Теперь знаю, господин.

— Где ты был? — рявкнул звезд-адмирал совершенно другим тоном. — Твое отсутствие после банкета было замечено.

— Женщина, господин. — Курган замер по стойке “смирно”.

— Женщина? В твоем возрасте?

— Лооорм, господин. — Ложь соскользнула с губ легко, почти весело. — Она учит меня.

— Хорошо, когда в жизни есть такой учитель, адъютант. Нас учат испытывать к тускугггунам, особенно лооормам, только презрение. Но в жизни наступают времена, когда кто-то заползает тебе под кожу, и ты вдруг понимаешь, что испытываешь чувства, на которые считал себя не способным. Тогда, и только тогда, становится ясно, что ты упустил, будучи кхагггуном.

— Надеюсь в один прекрасный день найти такую тускугггун.

— Если найдешь, то, уверяю тебя, все равно не сможешь решить, благословение это или проклятие. — Киннний Морка поднял сильную руку. — Но довольно о чувствах. Подойди, адъютант. Сбрасывай мундир и присоединяйся ко мне. — Почувствовав колебания мальчика, он привстал на локте. — Это часть моего ночного режима. В путешествиях я подвергался самому разному атмосферному излучению и скажу определенно: кундалианское самое ласковое. — Он подмигнул. — Между нами, я обнаружил, что это оздоравливает интимнейшие из интимных мест.

Курган разделся и занял соседнее кресло.

— Наверняка нам обоим надо немного восстановиться после отвратительного банкета, устроенного твоим отцом.

— Я думал, все прошло неплохо.

— Правда? Полагаю, ты заметил удивление на лице твоего отца, когда ты выстрелил в спину Кефффира Гутттина.

— Нет.

— Его обличительная речь была продумана заранее. Он хотел спровоцировать одного из них: Бака Оуррроса или Кефффира Гутттина. Бак Оурррос слишком умен для прилюдных перебранок с регентом. А вот Кефффир Гутттин оказался не столь осмотрителен.

— Я знаю, что отец желает смерти Бака Оуррроса.

— Они желают смерти друг другу, — фыркнул Киннний Морка. — Однако регент задумал еще что-то. Он придумал для меня хитрое испытание — на проверку верности.

— Разве вы уже не доказали свою верность?

— По-моему, твой отец проверяет практическую осуществимость, скажем так, нового межкастового общества, которое мы с ним создаем. Это совершенно неведомый мир; я не виню его. — Морка поднял левую руку. — Я только-только начал понимать действие моего нового окумммона; как ему понять меня? — Он тяжело повернулся. — Но он совершенно не рассчитывал, что ты убьешь его врага.

— Отец ничего мне не сказал.

— А чего ты ожидал?

— Что он поздравит меня с первым убийством. Звезд-адмирал вздохнул.

— Тогда, адъютант, ты обречен на разочарование. Я вот действительно горжусь тобой, потому что ты понял, что надо сделать, даже раньше, чем я дал тебе знак. Молодец. Но твой отец? Нет, никогда. Он не из таких.

Курган понял, что Киннний Морка прав. Он, как и прежде, думал о регенте как об отце. Старый В'орнн был бы недоволен плохо усвоенным уроком. Надо сосредоточиться; надо покончить с заблуждением: больше он никогда не примет Бенина Стогггула за отца.

— Счастлив, что доставил вам удовольствие, звезд-адмирал. Я размышлял, можно ли мне присоединиться к одному из подразделений, борющихся с кундалианским Сопротивлением.

— А ты кровожадный юнец! — Звезд-адмирал улыбнулся. — Кампания развивается неплохо, мне незачем рисковать тобой. Представь, как разгневается твой отец, если с тобой что-нибудь случится.

— Для чего же я служу, если не могу участвовать в боевых действиях? — сказал Курган. — Разве звезд-адмирал сомневается в моей отваге?

— Не сомневаюсь, адъютант. В этом отношении ты показал, чего стоишь. Но для мокрых дел в моем распоряжении много превосходных кхагггунов. Есть другие кампании, на других фронтах, для которых ты больше подходишь. — Звезд-адмирал шевельнул ладонью, и перед ними медленно возникло голографическое изображение Кундалы. — Скажи-ка, адъютант, почему мы не присутствуем здесь, на южном континенте?

Курган пожал плечами.

— Во время первого набега было установлено, что прибыль не покроет расходов на оккупацию. Негостеприимный климат — рассадник многочисленных вирусов, в обычных условиях не патогенных, но способных становиться таковыми, если иммунитет ослаблен. Аборигены континента, саракконы, примитивны и к тому же ксенофобы.

Киннний Морка хмыкнул.

— Однако мы торгуем с ними, не так ли?

— Как и кундалиане, звезд-адмирал. Саракконы умны и склонны к бродяжничеству. Они добывают множество высокорадиоактивных веществ, которые гэргоны рассматривают как постоянный источник питания.

— Скажи, ты знаешь, что произошло с первой экспедицией кхагггунов? Нет? Треть личного состава погибла от радиационного поражения раньше, чем остальные смогли отступить. Не спасали даже биоскафандры. Те, кто вернулся, провели в карантине много месяцев, пока гэргоны работали над дезактивацией. Их биоскафандры и личные вещи были распылены, а челнок был сочтен непригодным для жизни в'орннов и отправлен на дно моря Крови.

— Опасное место, звезд-адмирал.

— Тут мои коллеги единодушны. — Кургану показалось, что он уловил намек на ухмылку на лице Киннния Морки. — Саракконская колония есть в Гавани, не так ли?

— Да, звезд-адмирал.

— А ты по крайней мере отчасти знаком с этим районом, не так ли?

— Господин?

— Я хочу сказать, что твой брат... м-м... живет в том районе города. — Киннний Морка сжал губы. — И, если память мне не изменяет, там устраивают калллистот.

Курган затаил дыхание и попытался собраться с мыслями. Интересно, что известно звезд-адмиралу. Он напомнил себе, что нельзя недооценивать ни коварство Морки, ни его сеть информаторов.

— Я действительно время от времени посещал калллистот.

— И время от времени участвовал.

— Мне нужно отвлечься от обыденности, — осторожно сказал Курган.

— Точнее сказать — развлечься, — сухо произнес звезд-адмирал.

Значит, он знает все. Курган закусил губу. Нечего удивляться. Хотя поток информации, конечно, надо перекрыть. Киннний Морка закрыл глаза и глубоко вздохнул.