Милость Монтуна - Немченко

Фэй почувствовала, что слишком устала, чтобы вспоминать их разговор с Кенроном, что произошел до отбытия из лагеря. Неужели он и вправду дал им какой-то ценный совет, а они его пропустили мимо ушей. Тогда вся вина за то, что их с Баллирой поймали и вправду лежала ни них самих. Фэй совершенно не хотелось признавать такую возможность.

— Стоило слушать меня внимательнее, — добавил Кенрон. — Вы сами попались и сами выбрались, так чего жалуетесь? Сейчас не до этого. У нас проблемы, вы видели кого-то по пути сюда? Слышали что-то необычное?

— Нет, ничего такого, — Фэй покачала головой. — Если не считать все, что происходило в деревне этих дикарей.

— Значит, он явится чуть позже.

— Кто? — спросила Фэй.

— Мы не знаем, — отозвалась Лиара. — Тот, кто отомстит нам за Азара.

— Нам лучше встретить его в добром здравии, — сказал Кенрон. — Все вопросы потом. Вы ведь достали то, что я просил?

Фэй вытащила из рюкзака самодельную флягу, в которой плескалась речная вода, Кенрон тут же протянул руку.

— Не все так просто, нам нужна надбавка, — заявила Фэй. — За непредвиденные сложности.

— Так не пойдет, — без малейших колебаний ответил Кенрон, — я и без того пообещал вам крупную сумму. Десять тысяч за поход, десять за поимку. Сорок тысяч золотых на двоих.

— Нас поймали и чуть не убили, — напомнила Фэй. — Это чего-то да стоит.

— Ваше задание было рискованным, не спорю, — сказал Кенрон. — Мне эти деньги тоже досталась не даром. Я, как и вы, рисковал в лесу, чтобы их заработать.

— Ты силен, — сказала Фэй, — тебя не ловили и не сажали в клетку на всю ночь. Ты никогда не переживал то, что пережили мы. Нас били палками, кололи копьями и морили голодом. За это я прошу всего пять тысяч сверху.

— Дело не в сумме, а в уважении к нашему договору, — ответил Кенрон. — В Дайгоне все держится на договорах и репутации. В городах можно установить законы и следить за их выполнением. В лесу же законов нет, есть только устные договоры. Понимаешь, в чем дело, если один может нарушить договор, то может и другой.

Фэй пошатнулась, она оперлась рукой о стену кузова, в надвигающейся темноте этого никто не заметил.

— Ты намекаешь, что можешь вовсе нам не заплатить? — спросила она. — Я была о тебе лучшего мнения.

— Я найду, что еще поручить вам, и попрошу заключить новый договор, — заверил Кенрон, — Но только, если вы в точности выполните старый.

— Хорошо, я тебя услышала, — сказала Фэй, она уже не чувствовала, что у нее остались силы на споры.

Она направилась к Кенрону, протягивая руку со флягой. Ноги ее подкосились, в глазах потемнело, она повалилась на землю, не понимая, что происходит. Фляга упала рядом с ней, отскочила от земляного бугра подкатилась к ногам Кенрона, тот поднял ее мельком осмотрел, не появилась ли щель.

К лежащей на земле Фэй тут же подбежали Лиара и Баллира.

— Что с ней? — спросил Кенрон, оторвавшись от разглядывания фляги.

— Еще дышит, — сказала Лиара. — Кажется, без сознания.

— Не ела и не спала больше суток, — добавила Баллира. — Я и раньше видала, как кобольды падают в обморок от усталости. И самой доводилось. Обычно, день без еды мы выдержать можем. Видимо, каждый сложен по-своему.

— Отнесите ее в кузов, — сказал Кенрон.

Баллира положила руку Фэй себе на плечо и подняла ее с земли, Лиара тут же пристроилась с другого бока, вдвоем они отнесли Фэй кузов и положили на скамью у борта.

— С ней все будет в порядке? — спросил Кенрон, когда они вернулись на поляну. — Я не силен в физиологии кобольдов.

— Проспит до утра, я думаю, — сказала Баллира.

— Тогда ночью нужно раздобыть еды, — сказал Кенрон и взял в руки недавно полученную флягу. — Итак, момент истинны.

Он поднес флягу к ноге, прислонил и принялся ждать. Лиара с Баллирой молча наблюдали за этим процессом. За несколько минут не произошло никаких изменений.

— Похоже, у жука нет настроения тебе помогать, — наконец, произнесла Баллира. — Может, попросишь повежливее.

— Я собираюсь посадить жука на ногу и посмотреть, что произойдет, — сказал Кенрон. — Мне нужна помощь одной из вас. Кто не испугается подержать в руках эту мокрицу, положить ее мне на ногу и проследить, чтобы она не сбежала?

Лиара и Баллира переглянулись. Для последней ситуация была понятна без слов.

— Вот, в чем дело, дайгонец, — сказала Баллира. — У нес нет лучшего специалиста по жукам, чем Фэй, а ты довел ее до обморока. Хочешь излечиться побыстрее? Увы, не выйдет, ты потерял эту ночь и сам в этом виноват.

Кенрон стиснул зубы, он понимал, что Баллира права.

Глава 36

Фэй разглядывала прутья деревянной клетки, все они в точности походили один на другой, что непременно бы вызвало у нее немало вопросов в другой ситуации. Краем сознания она понимала, что уже с десяток часов назад выбралась из заточения, но ей никак не удавалось зацепиться за эту мысль. По другую сторону деревянных прутьев стояли многочисленные дикари в белых черепашьих масках и одежде из высохшей травы. Каждый из них держал копье или палку и мог в любое время пустить в ход свое незамысловатое оружие. Фэй отчетливо это понимала, как и то, что один из болшепов, который на нее сейчас смотрел, был тем, кого ночью загадочное и пугающее щупальце утащило в лес.

Живые и мертвые собрались, чтобы наблюдать за ее казнью. Со всех сторон клетку полилась вода. Фэй поднялась и ухватилась руками за прутья. На мгновение она подумала, что руки ее должны быть связаны за спиной, а в клетке, кажется, сидел кто-то кроме нее. Тот, кто в итоге и помог ей сбежать. В этот раз все оказалось иначе, помощника у нее не было, приходилось действовать в одиночку. Она попыталась раздвинуть прутья, те скрипели, но не поддавались, она трясла их изо всех сил — никакого результата. Вода постепенно залила клетку так сильно, что только голова Фэй осталась над поверхностью. Вперед вышел главарь болшепов в красной маске, он принялся раскручивать посох, клыки, привязанные к его вершине, гулко защелкали. Болшепы вокруг стали беззвучно смеяться, она поняла это по их дергающимся плечам и вздувающимся животам.

Фэй открыла глаза и увидела перед собой лишь темноту. Она вскочила на ноги и снова ударила руками в то место, где по ее мнению должны были находиться прутья клетки. Ладони врезались в гладкую холодную поверхность, раздался гулкий звук, похожий на удар в огромный барабан. Она принялась ощупывать