Расколотый мир - Анастасия Поклад

— Пока что ей удается выживать, — заметил Артасий. — Даже от тебя сумела вырваться.

Эдамор Карей скривил губы.

— У нее хорошее чутье на таланты. Не знаю, где она нашла того мальчишку, колдующего не по правилам, но второй раз у них ничего не выйдет.

— Если бы я мог, то послал бы к ней убийц. Но горцы ясно дали понять, что не потерпят этого. И как эта самозванка сумела задурить головы самым ревностным хранителям памяти обд?

— Наверное, им опостылело столетиями верить в невозможное, но принять, как мы, что обда никогда не вернется, они не смогли. Вот и сочинили себе красивую сказку с первой попавшейся авантюристкой, — колдун невесело усмехнулся.

— Только бы они не опомнились от дурмана ее речей слишком поздно, — Артасий Сефинтопала потер переносицу, желая отогнать сонливость. — А сейчас остается уповать на Орден, как ни смешно это звучит. Наиблагороднейший не может стерпеть существование их ночного кошмара. «Обда вернулась» — этими сказками матери на той стороне пугают маленьких детей.

— Если только «обда» не выкормыш Ордена, — заметил Эдамор Карей. — Мы знаем, она училась в Институте. Что если Орден специально послал ее посеять у нас смуту? Так думают многие.

— У них нет сведений, которые поставляет мне моя разведка, — покачал головой правитель. — В Ордене сейчас все слишком напуганы. И не дайте высшие силы им понять, что пока обда по большей части вредила только нам.

— Мы не дадим слабину, — Эдамор Карей выпрямился, его единственный глаз сверкнул.

— В столице слишком малый гарнизон, — вздохнул Артасий. — Мы здесь давно не знали войны. Да, нам удастся выдержать длительную осаду, но не уверен, что армию обды получится разбить, если только мы не положим в битве всех своих. Я до последнего не мог узнать о численности ее войска, оно собиралось по частям под Редимом, Локитом и Вириортой. Теперь это сила, которую не распылить тысячей бойцов. Еще восемьсот может дать ополчение, но наши горожане совсем разучились воевать. Вдобавок, упущено время, когда я мог отозвать к столице войска с границ. Хотя, ослаблять границы тоже не слишком умно.

Эдамор Карей сдернул материю с клетки. Там, разделенные мелкосетчатой перегородкой, сидели два серых сокола с ярко-желтыми загнутыми клювами.

— Пусть мы, сударь правитель, не можем стянуть к столице войска с границ, но известить Компиталь и Опушкинск в наших силах. Они в паре дней пути отсюда — и в паре часов лету. Компиталь издавна предан столице, и, насколько я знаю, оттуда еще не отправлена на границу последняя партия новобранцев, это две с лишним тысячи. А в Опушкинске вся моя родня и старые боевые товарищи, они поднимут на бой все ближайшие села и придут даже на дно ущелья, если я позову.

Артасий посветлел лицом.

— Птицы-вестники? Я слышал, что у горцев принято слать письма с птицами, но никогда не видел своими глазами. И не знал, что такая возможность есть у тебя.

— Я держу парочку соколов на всякий случай, хотя попусту никому не показываю, — колдун открыл клетку, взял первую птицу и ловко примотал к ее лапке крохотную бумажную трубочку, которую все это время сжимал в ладони. — Бывало, эти пернатые здорово выручали меня.

— Нынче они выручают нас всех, — заметил правитель.

Эдамор Карей протянул ему сокола, сам принялся за второго.

— В горах не проедешь на лошади, а с пешими вести идут слишком долго и не всегда доходят. Обученная и прикормленная птица пролетит над ущельями и доставит послание так быстро, как если бы оно передавалось из головы в голову. Я мало жил в горах, но некоторые горские обычаи хороши и на равнине. Хочешь приобщиться к горским традициям, сударь правитель? Открывай окно, выпустим их вместе. Просто кинь птицу в воздух, она лучше всякого сильфа держится на лету.

В комнату ворвался порыв свежего весеннего ветра, пестрые серые крылья захлопали в голубоватом предутреннем воздухе.

— До чего же просто послать за помощью, если знать, как, — пробормотал Артасий, глядя, как соколы взмывают в небо и пропадают из виду. — Надеюсь, обде ничего не известно о горских обычаях.

— Откуда ей знать! — убежденно отмахнулся Эдамор Карей. — Она никогда не была в настоящих горах, а в Западногорске давно не пользуются птицами-вестниками. Будь спокоен, сударь правитель. Мы отбросим девчонку от Фирондо, и в итоге ее прибьют свои же. А горцы поймут, как заблуждались, и приползут к нам на пузе.

Артасий кивнул, соглашаясь, но в памяти опять всплыли эти черные глаза, похожие на омуты капищенских колодцев. Слабо верилось, что обладательница таких глаз позволит себя прибить в случае неудачи. Конечно, обдой Климэн Ченара быть не может, но и к обычным людям ее не причислишь. Почему она смела требовать власти, а теперь собирается атаковать Фирондо? Не поддающаяся описанию наглость? Сумасшествие? А может, одержимость? Кто знает, какие страшные ритуалы проводил с нею ее колдун… Уж не возрождается ли в Принамкском крае культ крокозябры?

Если бы знать тогда, летом, чем все обернется! Что стоило убить девчонку сразу!

* * *

Члены штаба обды, единодушно задрав головы, смотрели в небо. Одни — обеспокоенно, другие — моляще, третьи — почти с вызовом.

Но Небеса во все времена глухи к надеждам и чаяньям людей.

— Ни облачка, — упавшим голосом резюмировал глава кавалерии.

— Закат обещает быть алым, — не очень уверенно произнес ответственный за снабжение. — Моя бабушка говорила, что алое небо — к большой непогоде.

— Еще рассвета толком не было, а ты уже про закат, — буркнул бывший начальник редимской стражи, теперь переведенный на должность помощника главнокомандующего.

— Не время паниковать, судари, — твердо перебил всех Гера. — У нас есть план на случай неподходящей погоды. Колдуны, за какое время сможете нагнать тучи?

Тенька и его локитские коллеги тоже глянули вверх. Погода была отменная: даже дымки на горизонте не видать.

Старший колдун вздохнул.

— Земля влажная. Мы нагреем ее и заставим изойти паром — тогда к полудню появятся облака. Но родят ли они грозу, неизвестно.

Войско обды расположилось на отдых часах в четырех пути от Фирондо. Это была запланированная остановка: требовалось изучить погоду и отдать распоряжения согласно одному из планов, продуманных штабом заранее. Правда, все до последнего надеялись, что Небеса расщедрятся на хорошую весеннюю грозу, и никакие планы, кроме основного, самого простого и победного, не будут нужны.

Когда все убедились, что от пристального смотрения в небо тучи не появляются, подъехала Клима на крепкой пегой лошадке. Обда только что закончила обходить свое войско, как делала это почти на каждом