Врата трех миров - Ян Ирвин

Склон горы Каркарон, по которой девушки сейчас поднимались, стал еще круче, когда они шли над глубоким ущельем. Кое-где еще оставались тонкие мостики из прозрачного льда. Карана рассказала о своем безрассудном бегстве по одному из таких ледяных мостов.

— И ты еще читаешь мне лекции об осторожности! — тихо сказала Магрета, глядя вниз на камни на дне ущелья. Она не скоро смогла продолжить свой рассказ.

— Позже, когда занялись моим образованием, я утратила дар воображения. Его меня лишил суровый режим, которому была подчинена моя жизнь. Это было невыносимо — спрятаться мне было некуда. Позже я выстроила для себя убежище, интеллектуальное, но оно не было столь утешительным.

— Мне бы хотелось услышать о твоих детских фантазиях, — попросила Карана. Ее глубоко трогали беды детей — ведь после смерти отца ее собственное детство было таким грустным! И снова она поразилась параллелям между ее жизнью и жизнью Магреты.

— Большинство фантазий и мечтаний исчезло, хотя Титракс остался. Полагаю, тоска по нему была слишком сильной.

Теперь они шли по дороге, ведущей в Шазмак. Это была крутая тропинка, которая, петляя, все время поднималась выше и выше. Ветер здесь никогда не утихал.

— Не знаю, живут ли люди в Великих Горах. Вероятно, там ничего нельзя вырастить. Правда, раньше я думала иначе. Я воображала себе, как поселюсь внутри теплого сердца горы. Меня будут окружать другие люди, похожие на меня, дружелюбные, любящие меня, которым я буду нужна. Можешь себе представить, как много значили для меня горы, особенно после того, как я потеряла море. Это было единственное, что не могли у меня отнять: ведь когда я взбиралась на любой пригорок в Мирриладеле, то снова могла их увидеть.

— В Титраксе находится главный город аркимов, — сказала Карана. — Глубоко, в самом сердце горы.

— Наверно, это чудесное место.

— Да, так я слышала. Я никогда там не бывала.

— То, что ты за мной увязалась, доставляет большие неудобства, — сказала Магрета в тот вечер, когда они ели свой скудный ужин. — Я захватила еду только на себя. До чего же ты приставучая! — Но она улыбнулась и протянула Каране еще одну крошечную порцию.

Карана сразу же положила этот кусочек себе в рот, словно боясь, что Магрета его отнимет.

— Но ведь это всего на четыре-пять дней, — заметила она. — Даже если у нас ничего не останется на последние день-два, мы от этого не умрем.

— Если мы явимся в Шазмак, умирая от голода, едва ли нам от этого будет легче.

Карана проверила рану Магреты, щурясь при ярком свете костра. Состояние раны не ухудшилось, но и заживать она не стала. Карана снова забинтовала плечо.

— Да, трудно было бы тебе сделать перевязку одной, — заметила девушка. — А от загнившей раны тебе было бы хуже, чем от голода.

Они снова пустились в путь и шли до позднего вечера. Потом немного вздремнули, а к рассвету уже снова были на ногах. Девушки добрались до вершины восточного перевала на третий день после того, как покинули Каркарон. Это был прекрасный результат. Правда, в такую хорошую погоду было легко идти.

Карана оставила все свои страхи в Каркароне и говорила себе, что они с Магретой просто совершают приятную прогулку. Они посмотрели вниз, на Шазмак, и Карана вспомнила, как стояла здесь когда-то, девочкой двенадцати лет. Она смотрела тогда на эту пустынную местность со страхом — впереди были лишь камни да снег, и ей грозила смерть от голода.

Вспомнила Карана и другие времена — главным образом счастливые, — когда она приходила в Шазмак или покидала его с Раулем или другими своими друзьями-аркимами. Независимо от того, уходила она оттуда или возвращалась, на этом месте ее всегда охватывало волнение.

Теперь все это в прошлом. Рауль утонул в Гарре, со времени трагедии прошло больше года. Шазмак, который она знала, исчез навеки. Старинные враги аркимов завладели их городом. И Карана сыграла в этом не последнюю роль.

Должно быть, Магрета почувствовала настроение Караны, потому что больше не обращалась к ней. Когда уже почти стемнело, она обняла ее за плечи здоровой рукой:

— Пора разбить лагерь. Ты говорила, здесь есть какое-то укрытие?

Карана повела ее по едва приметной тропинке в укрытие под нависшим выступом. Они обнаружили там маленькую круглую пещеру, высеченную в скале, которую в непогоду можно было закрыть каменной плитой, заменявшей дверь.

— Это делали не аркимы, — сказала Магрета.

— Да, слишком грубая работа для них. Это сделано давно, когда аркимов еще не было.

— И Стражей тоже не было?

— Да. Наверно, Стражи испортились, когда пал Шазмак.

Девушки поели и, забравшись в спальные мешки, заснули. По крайней мере, Карана спала. А Магрете опять не хотелось. Плечо болело, но усилием воли она заставила себя забыть о нем. Над горами мерцали звезды, но к середине ночи их заволокло туманом. Магрета лежала в темноте, размышляя и наблюдая.

Когда наступил самый темный час ночи, она поднялась, вынула из своего рюкзака остатки пищи и положила на пол возле Караны. Потом наклонилась и, коснувшись виска Караны кончиками пальцев, тихо произнесла: «Спи!»

Карана вздохнула и уснула еще крепче. Магрета вскинула на плечо рюкзак, который стал теперь намного легче, натянула сапоги и вышла из пещеры. Сквозь густой туман тускло светила луна. Прикрыв каменную дверь, Магрета на минуту задержала на ней пальцы, потом повернулась и в полном одиночестве зашагала по дороге, ведущей в Шазмак.