Орден Хранителей. Оперативник - Александр Золотько

— Ты мне об этом варианте хотел сообщить?

— Нет, — покачал головой Токарев. — Был еще один, непроверенный. Мы… Я прикидывал, как его проверить и не подставиться…

— Не придумал…

— Нет. А ты откуда знаешь?

— Ты же меня убить пытался, забыл? — Иван засмеялся. — Если бы вариант придумал — убивать бы не стал. Так?

— Так, — кивнул Токарев и снова вздрогнул, когда очередной удар обрушился на дверь. — Но вышло по-другому…

— Почему? У тебя пистолет. Ты можешь меня грохнуть, отправить в ад. Хотя бы за то, что я тебя сюда заманил. Ты знал, что Ян — Охотник на демонов? — спросил Иван.

— Какой Ян? А… Этот… Не знал. Они держат в секрете своих парней. Может, из-за этого… Из-за этого появился демон? Об охотниках разное говорят… Даже врали, что иногда демона на мертвого охотника ловят. Что демон не может пройти мимо своего врага… Твою мать! — Токарев ударил кулаком по колену. — Если бы я знал… Твою… Нужно было просчитать… Можно было просчитать. Это Круль все придумал или его хозяин. Они это специально… Думаешь, они хотят галат уничтожить или отринувших?

Токарев вдруг упал с табурета на колени, лицо его оказалось перед лицом Ивана, рука сжала шею.

— Ни хрена подобного! Если бы они действительно хотели уничтожить галат, то давно нашли способ. Это просто — убивать одного за другим и допрашивать в аду. Убил, уточнил, двинулся дальше, снова убил и снова пошел дальше… Полагаешь, понадобится больше недели, чтобы вычистить Иерусалим? Только им это не нужно. Им нужно, чтобы галаты… и мы, чтобы мы взрывали и убивали, чтобы… Им хорошо в любом случае, выгода появляется всегда…

Глаза Токарева косили, говорил он торопливо, сглатывая слова.

Ивану захотелось оттолкнуть прочь своего бывшего начальника, но он сдержался.

— Если мы есть — то являемся угрозой для обычных людей, убиваем славных добрых Администраторов, взрываем клиники, убиваем ни в чем не повинных людей… Да еще именем Бога… Нас ненавидят… и идут в Службу Спасения. Если нас не будет — аду еще лучше, никто не будет мешать их делишкам. Никто…

— Вы действительно хотели спровоцировать ввод войск в Иерусалим? — тихо спросил Иван.

— Что? А, да, хотели. Готовились. Теперь, наверное, не получится. Не выйдет теперь, наверное. Но не поэтому все закрутилось вокруг тебя. Не поэтому… нет, — Токарев потряс головой, отпустил шею Ивана и сел на пол. — У них другой план, совсем другой. Они… Дьявол не врет, понятно, но и всей правды не говорит. Он мастер лжи, он ее Князь.

Токарев положил пистолет на пол, потер ладони, будто было холодно, перехватил взгляд Ивана на оружие и засмеялся:

— Не дергайся, не нужно. Можешь вообще его забрать. Ты теперь вообще сам можешь решать… Можешь все решать сам. Вот, возьми пистолет.

Токарев подтолкнул пистолет по полу к Ивану.

Удары в дверь не прекращались. Иван осторожно взял пистолет, подержал его в руке и положил в сторону, так, чтобы Токарев не дотянулся, если вдруг придет ему в голову такая мысль.

Но Токарев, похоже, думал не об этом.

— Фома… — проговорил отринувший. — Фома это затеял… Или даже нет, не затеял, первым попал в эту кашу. Через Игольное Ушко к нам приходят послы с тех Земель. Я не знаю, зачем это допустил Бог, но они приходят для того, чтобы провести переговоры. Предложить обмен…

— Какой обмен? — механически спросил Иван, прислушиваясь к ударам в дверь — они становились все сильнее.

— Простой. Взаимовыгодный. Господь не разделил Землю между иноверцами. Он сделал три Земли, для каждой веры — свою. Не знаю как. Не знаю зачем. И не уверен, что только три… Это для трех религий Иерусалим святой город, а ведь еще были буддисты, язычники, синтоисты — много всякой всячины. И боюсь, что каждая из религий получила свою Землю… Да, но не в этом дело. Мы все получили Земли одинаковые, со всем, что было на них и в них тоже… Все месторождения, все клады — все в трех экземплярах… В трех… Например, мусульмане открыли новое месторождение нефти у себя… Это значит, что нам достаточно пойти у себя в то же самое место, чтобы его заполучить. Его — точно такое же — не знаю, как это назвать правильно. Знаю, что так делали. И не один раз… Религиозные войны ведь не только у нас шли, и Смута тоже… Все люди одинаковы… С пейсами, в тюрбанах, с тонзурой — одинаковы, к сожалению… Вот и горели священные книги, исчезали иконы или свитки… Я сам видел у мусульман «Мону Лизу», а у нас ее нет, сгорела вместе с Лувром на третий год после Возвращения. Стоит Айя-София, которую мы у себя сгоряча взорвали, а вот иерусалимской церкви Святого Петра у них нет, и Ватикан не сохранился. Библиотека конгресса в Америке куда-то исчезла, зато сохранилась у нас и иудеев… Три Алмазных фонда в трех Кремлях, три храма Гроба Господня… Понимаешь, почему об этом не рассказывают людям? Ни у нас, ни у них. Иудеи пришли к нам — просить какие-то свитки, которые у них сгорели. Предложили взамен любую из икон Андрея Рублева на выбор из тех, что у нас после Возвращения были уничтожены…

Токарев поднес палец к губам:

— Можно меняться, нельзя только брать дубликат. Это может вредно сказаться на вере слабых и убогих… Только если у нас погибло, то можно брать у них… Ты ведь слышал, как сгорели два из четырех «Черных квадрата» пару лет назад? Нет? В общем, чушь, можно было обойтись и без них, но подумали, провели переговоры и вдруг среди руин нашли чудом уцелевшие полотна Малевича…

Следующий удар, обрушившийся на дверь, оказался необычно сильным, гораздо сильнее всех предыдущих. По стене с шуршанием осыпалось что-то с притолоки.

— Разогревается, — пробормотал Иван. — Ты видел когда-нибудь полностью разогретого демона?

— Нет, я ведь еще живой, — Токарев мельком глянул на дверь и снова уставился на Ивана. — Времени у нас еще меньше, чем я думал… Обидно. Ладно, я постараюсь успеть…

Интервалы между ударами в дверь стали больше, но сила их увеличилась.

— Эти послы… Они могут ходить в город. Тайно, так, что Конюшня не знает. Так договорились. Наши на это смотрят сквозь пальцы, сами пользуются такой возможностью… Мы проморгали первую встречу с Фомой. Возможно, мы проморгали сотню встреч Фомы с кем-то из мусульман, а может, они и не встречались вовсе, провернули старый трюк — передали информацию через другого человека. А потом назначили встречу в «Трех поросятах». Скорее всего не для обмена ценностями, а для того, чтобы сообщить друг другу места их расположения. Через Ушко ничего не пронесешь незаметно. Ну, может быть, что-то очень маленькое. Скорее всего, Фоме предложили информацию о месте, где нечто важное хранится. А он, в обмен, информацию о чем-то другом… Не знаю точно… Никто не знает. Мы понимали, что в тот день была последняя встреча, засекли их вместе, решили, что нужно брать посла. Фому списать, а посла — вывести и расколоть, что ему нужно и зачем. И что он предложил Фоме.

Удар — явственно лязгнул засов в петлях.

— Убить Фому, забрать мусульманина, но Фома как-то умудрился… Смог как-то… А потом вызвал тебя, мы не успели вмешаться. Нельзя было светиться… нельзя… А Фома… Фома использовал Обряд, чтобы вывести тебя из-под удара… Если бы не это, до общаги ты бы не добрался… нет, не добрался бы. Тебя бы выкрали, все выпытали бы и отправили в Рай. А так… Так с тобой нужно было вести себя осторожнее до тех пор, пока точно не станет понятно, сказал тебе что-то Свечин или нет. Включили программу с посылкой, тоже с ходу, без подготовки, Джек к тебе обратился в последний момент. Чтобы ты не стал проверять посылку, послали галат на акцию возле бара с приказом тебя и Хаммера не трогать, но ты чуть не нарвался на пулю, разозлив боевиков до полной потери дисциплины.